Юлия Баутина - Чужая война

— А кто такая эта Зарина?

— Ведьма.

— Ведьма? — Глеб хмыкнул, потому что воображение тут же с готовностью нарисовало классическую сгорбленную старушенцию с бородавками на крючковатом носу, обитающую в избушке на курьих ножках. Местность, кстати, вполне подходила… — И чем нашей беде может помочь ведьма? Подсказать, где меч-кладенец найти?

— Нет, — Инари, кажется, даже не заметила попытки «гладиаторца» пошутить. — Одолжить кусок горного хрусталя, если он у нее где-нибудь завалялся, что вполне вероятно.

— Всего-то? И стоило так далеко лезть из-за такой мелочи. Я и в Туле пару магазинов, где он продается, с ходу назвать могу.

— Неужели? И каверны там, наверное, тоже на каждом шагу попадаются?

— А это еще что такое?

— Камни с полостями внутри. Ну, так что? Попадаются?

— Не знаю даже. Никогда про такие не слышал.

— Вот то-то и оно…

Соблюдать совет ведьмачки по поводу бесшумного передвижения оказалось вдвойне непросто еще и потому, что перемещаться по лесу размеренным шагом она, кажется, принципиально не собиралась.

— Я больше не могу, — признался Глеб после сорокаминутного бега по таким зарослям, через которые и по-пластунски пробраться было бы затруднительно.

Ведьмачка окинула спутника оценивающим взглядом.

— Ладно, — вынесла она вердикт, — для роздыха можно и пешком пройтись, но недолго. Привыкай.

«Роздых» продолжался минут десять, потом снова был бег, еще передышка — столь же короткая, и завершающий марш-бросок. Когда далеко впереди забрезжил-таки пробивающийся сквозь неплотно прикрытые ставни огонек, «гладиаторец» не поверил своему счастью, но, как оказалось, глаза его не подвели. Никаких курьих ножек у стоящей на укромной лесной полянке бревенчатой избушки не было, не было так же и приличного забора — невысокая плетеная изгородь не смогла бы остановить даже вознамерившегося проникнуть на территорию зайца, если тут таковые водились. Однако, уже на подходе к изгороди, начинало ощущаться неприятное покалывание кожи, свидетельствующее о наличии поблизости магии. Похоже, избушка вместе с ее обитателями не была такой легкой добычей, как казалось на первый взгляд.

Войдя во двор, ведьмачка переливчато свистнула. Поначалу из домика не последовало никакой реакции, затем дверь отворилась, и из помещения наружу хлынул трепещущий свет живого огня, прокладывая длинную золотую дорожку, ведущую прямиком к крыльцу. Вместо горбатой крючконосой бабульки на пороге стояла невысокая худенькая женщина средних лет с небрежно переброшенной через плечо пышной золотисто-русой косой. Правда, иллюзия по поводу возраста Зарины длилась недолго, а точнее, до тех пор, пока Глеб, подойдя поближе, не встретился с ведьмой взглядом. Проницательные зеленовато-карие глаза, несмотря на сохранившуюся ясность, неуместно смотрелись на гладком, без морщинок, лице и куда больше подошли бы глубокой старухе. Наверное, Зарина все-таки была помоложе ведьмачки, однако, поскольку никаких примесей эльфийских кровей у нее, во всяком случае внешне, не наблюдалось, прожитые годы сказались на ней куда сильнее, чем на Инари.

— Инорэль? — с удивлением переспросила ведьма. — Вот так встреча! Не думала, что ты в ближайшие лет пять вспомнишь про наше захолустье. И все же добро пожаловать. Нежданные гости — они всегда приятнее.

— Здравствуй, Зарина, — немного напряженно отозвалась Инари. — И прекрати свое любимое сюсюканье, сколько уже просить можно, в самом-то деле? Знакомься: это — Глеб, мой… ученик.

— Вот как? — ведьма снова взглянула на «гладиаторца», на сей раз как-то лукаво. — Интересно, а я и не знала, что в Каер Морхен еще остался кто-то, кого можно учить.

— Как видишь, остался. Ну, что, так и будем на пороге стоять, или все-таки внутрь пригласишь… если у тебя там, конечно, других гостей нет?

По лицу Зарины скользнула понимающая улыбка.

— Да откуда им сейчас взяться, другим-то? Вдвоем мы здесь — я и Тамия.

Комната, в которую провела «гладиаторца» с ведьмачкой хозяйка, была жарко протоплена. Возле камина, вальяжно развалившись на камышовом коврике, дремала здоровенная черная кошка. Лениво приоткрыв золотистый глаз, зверюга глянула на новоприбывших, сладко зевнула и снова вернулась в мир грез.

— Красавица, — восхищенно сказал Глеб.

— Тамия! — гордо произнесла Зарина и, присев на коврик рядом с питомицей, почесала ее за ухом.

Кошка блаженно заурчала, расправляя… покрытое мехом огромное крыло, которое до сих пор было плотно прижато к боку, придавая и без того упитанной зверюге дополнительный объем.

— Она — семаргл, — обыденным тоном сообщила в пространство ведьмачка, предугадавшая вопрос спутника. — Зарина, мы не надолго. Мне нужен хрусталь. Каверна. Есть такой?

— Возможно, и есть, — задумчиво сказала ведьма, — так не припомню, взглянуть надо. Да и какой бы спешка не была, без ужина вы, надеюсь, все равно не уйдете? Тем более что в ночь по болотам бежать… тебе-то не привыкать, соколица, но хоть ученика своего пожалей.

— Жалеть, не жалеть — это мне виднее, — фыркнула Инари. — За него не бойся, не замучаю. До утра мы все одно никуда не пойдем, так что времени на отдых хватит. И говори уж сразу, чтобы не тянуть, сколько я за каверну должна буду?

— Ну, куда ты так торопишься, соколица? Найдется камень — тогда и поторгуемся, пока лучше на стол помоги собрать, а ты набирайся сил, ученик.

Зарина на пару с ведьмачкой куда-то исчезли. Чувствуя себя немного не у дел, Глеб притулился на скамье возле окна. Сил у него вопреки опасениям хозяйки еще вполне хватало — видать, организм, собравшись с мыслями, начинал-таки привыкать к задаваемому Инари темпу, но на «нет» и суда нет. Раз не просили помочь, значит, наверное, и сами справятся.

Вышедшая из дремотного состояния Тамия оценивающе зыркнула на человека золотыми угольками глаз, встала, потянулась и взобралась на колени к «гладиаторцу» с нахальством, отличающим всех представителей семейства Кошачьих вне зависимости от размера. Глеб мысленно охнул — семаргл была увесистой.

— Ты ей понравился, — сообщила Зарина, расставляя на столе шеренгу мисок и горшочков, источающих аппетитные запахи. — Тамия редко когда чужих привечает.

— Я несказанно горжусь оказанным мне доверием, — «гладиаторец» почесал вытянувшуюся в струнку семаргл под нижней челюстью. Тамия утробно мурлыкнула и несильно толкнула парня лапой в бок — мол, чего остановился, продолжай.

Закончив с расстановкой приборов и блюд, ведьма уселась за стол напротив «гладиаторца», молча и очень внимательно изучая его, а когда Инари принесла блюдо, на котором горкой высились мелкие зажаренные птицы невыясненной видовой принадлежности, Зарина жестом волшебницы извлекла откуда-то из пустоты пузатую бутыль, в которой плескалась янтарная жидкость.