Дылда Доминга - Деревянное чудо

— Это безумие, — прошептала я.

— Безумие — влюбляться в такого, как Сайрус, — отрезал Клай, и я впервые вынуждена была с ним согласиться.

Глава 20

Кухарка только всплеснула руками, когда два добрых молодца втащили бесчувственное тело Гора домой, и побежала наверх за Даральдой.

Тетка особо не церемонилась и вылила на племянника кувшин холодной воды. Гор мучительно разлепил глаза и бессмысленно уставился на родственницу.

— Посмотри, до чего себя довел! — каждое ее слово больно ударяло по голове. — Тебя отвергли? Так борись! А не напивайся до свинского состояния, когда даже мне, родной тетке, смотреть на тебя противно!

— Тише, — прошипел Гор, пытаясь подняться.

— Ты сколько уже заказов не брал? Деньги все пропил? Нет? А что будет дальше? Начнешь горшки из дому выносить?

Кухарка перепугано глянула на хозяйку и нервно прижала к груди кувшин.

— Да уймись ты, — Гору все же удалось зацепиться за стол и водрузить свое тело на лавку.

— Пати, дай-ка мне чего выпить, — попросил охотник кухарку. Та кинулась было выполнять, но была схвачена за руку Даральдой.

— Дома еще пить надумал?

— Воды, чтоб тебя, — чертыхнулся Гор, и тетка выпустила несчастную кухарку.

— До чего ты себя довел? — снова взялась за свое Даральда, глядя, как Гор жадно поглощает воду из кувшина. — Это все из-за Олянки, да? — неожиданно с чувством спросила она.

— Я… подвел ее, — нехотя проворчал Гор.

— Не нарочно ведь?

Гор только покачал головой.

— Ну, так что она, не поймет?

— Понять-то поймет, вот только я себя не прощу.

— А ну перестань! — тетка поднялась во весь свой немаленький рост и хряснула кулаком по столу. — Она — девка нормальная, хоть и маг. Поговори с ней.

— Не могу.

— Отчего это? — прищурилась Даральда.

— Она, считай, что в тюрьме.

— Ох ты, — тетка рухнула назад на лавку. — Горушка, а ну рассказывай, что вы натворили?

Я шла по коридору, когда услышала голос Паитона за дверью и приостановилась. Он говорил с кем-то еще на повышенных тонах.

— Я не буду подвергать ее риску! Самое главное, что нам все еще удается сохранить баланс между деревьями. Если же это изменится, мы потеряем все!

— Вы преувеличиваете, дорогой Паитон, — раздался вкрадчивый голос, и я узнала в нем Дигина. Неприятный холодок скользнул вдоль позвоночника.

— К тому же, Ваша главная цель — исследовать, изучать возможности, а не оберегать объект, — продолжал он. — Мы должны выработать максимально развернутую стратегию для последующих объектов — вот наша текущая задача.

— Последующих? — засомневался Паитон. — Вы собрались создать армию?

— Не армию, Паитон, нет. Быть может, одного-двух, но профессиональных магов, а не это… — Дигин издал какой-то невнятный звук. — Нет смысла тратить время на ее обучение, когда мы можем извлечь максимум из исследований с тем, чтобы не допустить просчетов в дальнейшем.

— Иными словами Вы хотите, чтобы я препарировал ее?

— Вы сгущаете краски, дорогой Паитон, — ушел от обвинения Заместитель.

— Чего же конкретно Вы от нас хотите? — сухо поинтересовался маг.

— Заставьте ее работать на пределе и посмотрите, что именно приведет к необратимым последствиям. Попутно записывая, конечно, возможности и их рост. — Так и не дождавшись никакого ответа, Дигин вкрадчиво уточнил: — У Вас еще есть ко мне вопросы?

— Нет, — отозвался Паитон, и я постаралась убраться от двери, как можно быстрее.

Кто сказал, что подслушивать плохо? Одна беда — я все равно не знала, что делать. Удрать я не могла. А как бороться с Коллегий внутри Коллегии?

На занятие к Клайдону я явилась мрачнее тучи.

— О, кто-то у нас не в духе, — заметил он.

— Был бы ты в духе, если бы тебя, как морскую свинку, решили пустить под нож? — риторически поинтересовалась я, но Клай, очевидно, не понял моей иронии.

— Кто-то хочет тебя убить? Здесь?

— Кто-то, — согласилась я. — И скоро вы все получите его приказ.

— Дигин, — сходу догадался Клай. — Я не ждал ничего хорошего от его кураторства. Но Паитон не пойдет на это, не переживай, — заверил меня Клай.

— Уже пошел.

— Ты все еще здесь, — иронически вскинул бровь Клайдон.

— Потому что твое занятие первое, — в тон ему огрызнулась я.

— Хорошо, я поговорю с Паитоном, — Клай отложил папку и направился к двери.

— Не надо, — я поймала его за руку. — Не надо, Клай, — попросила, глядя в глаза и не отпуская.

— Черт, — выругался Клай. — Я не дам им навредить тебе.

— А что ты сделаешь? — вяло возразила я. Что он мог один против Паитона и Идриса? А там, если надо, и Кавер с удовольствием присоединится. А может, Паитон намеренно привлечет к последним исследованиям только Кавера. Чтобы не смущать малыша Идриса излишней жестокостью и не пререкаться с Клайдоном. А Сайрус? Дигин наверняка доложит Главе Совета потом, что что-то пошло не так, и они ничем не смогли мне помочь. Если Главу к тому моменту хоть сколько-нибудь еще будет волновать моя судьба.

На следующем занятии меня встретили все трое: Паитон, Идрис и Клайдон. Я занервничала, но взглянув в спокойное и сосредоточенное лицо Клая, немного успокоилась.

— Программа обучения станет еще более интенсивной, — провозгласил Паитон, и я застыла от неожиданности.

— А исследования? — робко заикнулась я. Глаза Паитона в ответ полыхнули мрачным огнем.

— Любые достижения во время обучения будут фиксироваться в качестве исследований.

— Спасибо, — выдавила я, глядя как они расходятся. Вместо них в комнату зашел новый магистр. Тарк принадлежал стихии воды. С ним я должна была разучить основные виды защит.

Потом были магистры Дарокс, Экарм и Тонвель. Все они оказались уже известными участниками моего спасения. Дарокс и Экарм обучали меня боевым приемам, причем, к своему страху и огорчению, я узнала, что во времена сопротивления оба были на стороне Коллегии, но тем не менее, почему-то по-прежнему оставались в ее рядах. Тонвель был мастером иллюзий, и занятия с ним больше всего напоминали волшебство. Правда, если учесть, что это волшебство в дальнейшем могло спасти мне жизнь, относилась я к нему со всей серьезностью.

— Ты спишь? — наседал на меня Клай, но я и на самом деле почти спала, потому что времени на сон катастрофически не хватало.

— У нас и так с тобой было два занятия в день, а теперь — три, — пожаловалась я.

— И пять будет, если понадобится, — заявил Клай. Теперь, помимо магии земли, мы с ним изучали иномирную географию, биологию и зоологию. Я, как никто другой, понимала важность подобного предмета после укуса китсы, но все же была не железной, поэтому нервы все чаще начинали сдавать, а деревья гудеть, будто от сильного ветра.