Александр Хомяков - Весенние заморозки (СИ)

-Прекратить безобразие!

Крик у Дигбрана вышел слабенький, но уверенный. Оборачиваясь на знакомый голос, люди признавали того, кто командовал в округе раньше. И признавали за ним право решать и командовать сейчас. Перед ним расступались - известно было, что Дигбран шутки шутить не любил. Косились на его спутника-эйтория с его огромной секирой, о котором уже прошел слух, что он в одиночку порубил семерых наемных убийц, подосланных к Ланнаре Ахроем.

К наспех сколоченному помосту был прибит столб. Под настилом лежали вязанки дров, и сноровистый крестьянский парень уже прикидывал, куда сподручнее воткнуть факел. К столбу приковали мельника. На его синем лице, вид которого до сих пор пробивал в голосе Дигбрана воющие нотки, чувств не было вовсе. Привык, похоже, что жгут его по всякому поводу. Пытались уже раньше.

-Ану брось факел! - рявкнул Дигбран на парня. Тот бросил.

-Кто велел казнить мельника Ора? - это уже был вопрос ко всем.

Многие потупили взоры. В задних рядах о чем-то вполголоса переговаривались. Кое-кто впереди набирался храбрости для достойного ответа.

-Всем миром решили, Дигбран, - нашелся наконец трактирщик Майраг. - Не защищай колдуна. Зло нам от него, зло и от нас к нему.

-Ты чего это себе позволяешь?

Лицо Дигбрана перекосилось; больше от боли, нежели от гнева, но Майраг поспешно отступил на несколько шагов назад.

-Ты чей вассал, Майрах?

-Всяко не твой, - огрызнулся трактирщик; однако быстро сообразил, что сейчас Дигбран слезет с коня и совершенно точно даст ему в ухо, и спешно поправился: - Барона Доха Глойдинга вассал.

-Хорошо сказал, - Дигбран окинул взглядом толпу. - Есть тут чьи другие вассалы? Нету? А вам барон Глойдинг чего пять лет назад повелел? Забыли? Я напомню: мельника за колдовство велел не жечь. Вы что, сукины дети, баронскую волю выполнять не желаете? Бунт учинить надумали?

'Бунт' было словом страшным. Люди на севере не восставали веками, а о прошлых временах жуткие сказки сказывали. Бунтовать было плохо - а с другой стороны, и незачем. Не зажирались благородные на севере, меру знали.

Словом, бунтовать никто не захотел. Поворчали для виду, побухтели под нос, да и угомонились. Очень все просто для Дигбрана вышло. Только не за этим он ехал.

-Не о том думаете, люди, - вещал он с помоста, пока за его спиной расковывали Ора. - Враг на пороге, а вы мельников жжете. За оружие браться пора. По-вашему, барон Глойдинг нанялся ваши шкуры спасать? Оно, конечно, на то и барон, чтобы своих вассалов защищать. Но я вижу тут много здоровых лбов, которые и сами могут мечом махать. Не дети малые.

И так далее. Завести народ Дигбран умел. Без этого не был бы он воеводой. Помянул все: и стариков с детьми, и отчий дом, и нажитое имущество. Нажал на мужество и отвагу. Словом, правильно сказал, просто и понятно.

Один только Лагорис видел, что еле на ногах стоит Дигбран. И, конечно, только Лагорис и видел, как Дигбран упал без чувств, едва войдя в замок. Чуть не убила его немощь.

Мальтори. Удача.

Из-за непрерывного скрипа, громкого и нервирующего, даже морские птицы предпочли убраться к прибрежным скалам. Людям было хуже - убраться им было некуда. Хотя от скрипа они страдали не меньше птиц.

Осадная башня подползла к краю склона и полезла вверх. Дорога в этом месте переставала вдруг быть прямой, как стрела, и дальше извивалась к воротам замка серпантином. Каждый новый виток обрывом нависал над предыдущим, создавая дополнительные препятствия осаждающим. Но при этом дорога была достаточно широкой, чтобы по ней могли проехать две такие башни.

Башня... Я до сих пор плохо разбираюсь в такого рода сооружениях, даже после прочтения фундаментального труда Лайоха ЭахВеррела в миакоранском переводе. Но уже сейчас могу сказать, что выглядит она как компромисс чьих-то амбициозных планов и чьего-то инженерного таланта. Иными словами, она огромна и практически неприступна. Первое очевидно. Второе пока что подтверждается только мнением Вальда.

Вальду я поражаюсь все больше и больше. Старик, он ведь и мыслить должен по-стариковски. Сидеть на лавке и псевдомудрые заумности кряхтеть, каждая начинается со слов: 'Вот в мои годы...' Жрать, громко чавкая, под себя ходить, храпеть противно и вонять мерзко. И уж всяко не суетиться по такому мелкому поводу, как какая-то там осада. Грубо? Зато точно. Я не утрирую - таковы старики в каждом Младшем народе. В том числе и у нас, нерберийцев, Младших с претензиями на исключительность. Старики жалки, ненужны и отвратительны в большинстве своем. А в меньшинстве из трех этих качеств одно-два всегда присутствует. В Вальде нет ни одного.

Напротив! Если кто в замке Риммор и проявляет живой интерес к осаде, это именно Вальд и есть. Еще, наверное, Тирвали, но так он же не старик. Молодым - им живость ума и любознательность природой положены.

-Ну, чего ты там высмотрел, Вальд? - не выдержал затянувшегося молчания и бездействия Арварих.

Как показывает практика, скрывать что-либо от людей, которым ты доверяешь, не более разумно, чем ставить капкан на дороге, которой ходишь каждый день. Правда обязательно вылезет наружу, причем именно тогда, когда ты будешь менее всего к этому готов. Не менее глупо всегда прямо выкладывать таким людям все, что есть на душе. Близкий человек - он близкий до тех пор, пока ты сам укладываешься в сложившийся у него образ. Но зачем впадать в крайности? Упрощение жизненных ситуаций при их анализе должно помогать, а не мешать.

Дав понять Арвариху, что я профан в осадном деле, я только завоевал его уважение. Профан - это только одна сторона медали. Полководец, обладающий идеальным набором талантов, при отсутствии умения учиться и подбирать себе помощников - покойный полководец. За примерами далеко ходить не надо: тут, невдалеке от берега, один такой рыб кормит. Мар Валендинг его звали.

В моем нынешнем положении надо было всего-навсего понять логику Арвариха. В его глазах я натурально не могу стать достойной заменой барону Валендингу. Я иностранец, этой причины уже довольно. Следовательно, у меня просто обязаны быть недостатки, в первую очередь как у полководца. А если при этом я их осознаю, не делаю из этого трагедии и просто занимаюсь своим делом - 'мужик, уважаю. Давай, давай. Не зря ведь тебя господин барон комендантом оставил. Он, освети Лайта путь его наследников, и сам Вальдова совета не чурался. Соображаешь, мужик. Ежели что, меня зови'.

Просто. Для тех, кто в натуре соображает. Я - да, без ложной скромности. Облапошил Арвариха.

-Башня сия впечатляет, господин Арварих, но планов наших не нарушит.