Александр Хомяков - Весенние заморозки (СИ)

Хотел иметь цель, иметь занятие, которое не даст ему времени на жалость к себе. 'Заведи себе трактир, - посоветовал барон, зная его беду. - нет более хлопотного занятия'. Он и завел.

В дальнем, полутемном углу зала хлебали свою похлебку двое веггарцев. Им нечем было платить за еду и постой, Дигбран пустил их так, из сострадания, да в надежде на вести о бароне Глойдинге.

Ни шиша они, конечно, не знали. Слышали, что остатки дружин баронов Глойдинга и Кирдинга отошли в холмы на границе Веггара и Сиккарты. Так это Дигбран и без них слышал.

-Пора ополчение собирать, Нилрух. Зеленокожие в дверь стучатся. Ахрой, поди вон.

Эти двое были как страшный сон барона Глойдинга. Замученный воевода Нилрух, в заляпаных грязью сапогах и серой от пыли одежде, с красными от бессонницы глазами и струпьями под сглоданными ногтями. Лоснящийся, чистый и опрятный Ахрой, полностью расчухавшийся после встречи с Лагорисом и Эрви. Отходчивый, гад. Вон как голубенькие глазки блестят. Совсем доконал Нилруха.

Только волосы младший сын барона Глойдинга зачесывал теперь на левую сторону. Ухо-то обратно не отросло.

С Дигбраном он не спорил - боялся. Вышел и даже дверью не хлопнул.

-Ты что же это ему позволяешь? - возмутился Дигбран. - Учу тебя, Малыш, учу - все без толку. Ты воевода иль баба? Чего этот урод на тебе ездит, а ты терпишь?

Нилрух потупил взор и просопел что-то неразборчивое. Дигбран переспросил.

-Не оправдал я... доверия.

Еще один нытик. Будто Дигбрану себя мало. А ведь в натуре - не оправдал. Подвел его Малыш, подвел барона, Ланнару подвел. Поставили одного управляющим.

-В замке хоть порядок?

-Угу.

-Сам вижу, какое тут 'угу', - желчно передразнил его Дигбран. - Совсем сопли распустил.

Нилрух не пошевелился. И усом не дернул - как вроде так и надо. 'Наказывайте меня, ругайте. Заслужил я'.

-Эх, чего уж тут, - Дигбран отпер бар, достал бутылку нерберийской кислятины. Разлил в два стакана. - Будем благородное баронское пойло глотать и думу думать.

Не мог он в полной мере осуждать Нилруха. Сам ведь - такой же, если не хуже.

-Я за ополчение говорил. Ты меня слушал?

-Угу.

-Чего?

-Слушал, Дигбран.

-Вот так оно лучше. Скажи мне, Малыш, что слышно с востока? Только правду, не досужие байки да лепет беженцев. Ты, я слышал, туда ездил?

Лицо Нилруха выражало странные чувства. Как вроде сожалел воевода, что ругать его больше не будут.

-Ездил. До Веггара не доехал, потерян уже Веггар. А в холмах заслон стоит. Наша дружина и Кирдинга. Жив наш барон, привет тебе передавал. И Кирдинг жив. Но мало там дружинников осталось. К ним кое-кто из веггарцев прибился, но главная сила - ардены. Мало не пять тысяч мечников.

-Ардены? - не поверил Дигбран. - Кто их туда звал?

-Никто. Сами пришли. Говорят, повеление было ихнего Верховного прорицателя встать в холмах и оборону держать.

Лагориса он застал беседующим со своим соотечественником. Новый эйторий был точной копией самого Лагориса, только моложе, ниже ростом и в латах. Лошадь его, огромный тяжеловоз, бронирована была не хуже хозяина; привязанная к забору, она щипала редкую апрельскую травку. Броня полязгивала, и лязгали ей в ответ еще два десятка тяжеловозов, выносящих своих всадников-эйториев с парома на берег.

Беседа была вне дигбранова понимания. Эйторийская речь - это нечто совершенно иное, чем Старшая речь арденов и пошедшие от него наречия Младших Арденави. Дигбран постоял рядом, надеясь, что на него обратят внимание. Не дождался, фыркнул и ушел в трактир.

В зале было нетоплено и от того немного сыро. С кухни слышалось постукивание ложки о стенки кастрюли - Бенара что-то стряпала.

-Где Лани? - спросил он, еле доковыляв до кухни. Поездка в замок его мало не доконала.

-На улице посмотри.

На улице были все тот же Лагорис с похожим на него эйторием. Остальной отряд похожих на Лагориса эйториев расседлывал возле конюшни лошадей, снимал поклажу и броню.

-Лагорис, где Лани?

Старик удивленно посмотрел на него сверху вниз, с высоты своего огромного роста.

-Я ее видел возле парома. Что-то случилось?

-Пока еще нет.

Нет, но в отношении внучки у Дигбрана уже привилось устойчивое дурное предчувствие. После случая с мельником оно не отпускало его ни на миг.

-Не знаю, - паромщик покачал головой. - Тут где-то крутилась.

Дигбран окинул взглядом гладь реки. А ведь глубоко же! Ниже по течению лениво скользил чей-то челнок. Дигбран дернулся, как от удара.

-Где твоя лодка?! - рявкнул он так, что паромщик едва не выпал в реку.

-С той стороны привязана...

Лодки не было.

-Е-мое. Недоглядели. Лагорис!!!

Челнок мчался так, что чудом не переворачивался. Лагорис размахивал веслом, как ветряная мельница - крыльями. Дигбран, вцепившись в борта, только зубы сжимал от боли. Два старика спешили спасать маленькую девочку! Смех, да и только. Не приведи Лайта в округе прослышат.

Ближе, ближе. Удивленная мордашка Лани, с трудом удерживавшей весло.

-Дигбран, ты чего? Я покатаюсь и вернусь.

-Пороть! - проскрежетал Дигбран, ухватившись одной рукой за борт угнанного челнока, а другой сграбастав за шкирки внучку. Чудом сам не выпал. - Нещадно пороть!

-Меня нельзя пороть! - взвизгнула девочка и цапнула Дигбрана за руку. Он ойкнул и отпустил ее - но не раньше, чем втащил к себе в челнок. - Я благородных кровей, и наказание должно быть благородным. Порют простолюдинов.

Оглядевшись в поисках хворостины - тщетное посреди реки занятие, - Дигбран встретил насмешливый взгляд Лагориса и смутился.

Да, говорили стальные глаза, ты считаешь себя старым и мудрым. Но я в пять раз старше тебя. И в пять раз мудрее. Мне смешно, когда я слышу от тебя такие слова. Я знаю, ты не поднимешь руки на ребенка.

-А что мне с ней делать?

-Ланнара непоседлива по своей природе, Дигбран. Пороть ее за это - значит, бороться против ее природы. Сам понимаешь, что это глупо.

Воинственные эйтории не остались на ночь и в сумерках уехали на восток. Лагорис остался, донельзя обрадовав этим Дигбрана - тот еще днем почему-то решил, что и старый эйторий теперь его покинет.

-Кто это вообще такие?

Если бы у Лагориса была борода, он бы сейчас ее жевал - такое у него было выражение лица.

-Рыцари. Разве ты никогда их не видел?

-Нет. Какие-такие рыцари и чего им тут надо?

Усталая и скучная тишина еще одного вечера сменилась тишиной напряженной. Все, даже стражники, почувствовали, что Лагориса сейчас потянет на откровенность.

-Бродячие эйтории занимают в обществе определенную нишу. Знаешь, что такое 'ниша'? Пустое место. Это когда некому потешить слух чужеземной сказкой, или рассказать свежие сплетни из соседней деревни, или спеть балладу. Когда ты болен и мимо не пройдет странствующий лекарь, который чудесным образом исцелит хворь. Когда на полях страда, и страх как нужны рабочие руки. Когда богатому вельможе необходим телохранитель. Когда жаркий спор, готовый перейти в драку, и нет мудреца, который рассудит. Когда все свои и нет чужих, на кого можно свалить все беды - и это тоже, Дигбран. Все это - мы, эйтории, и не спрашивай, почему. И когда в лесу завелись лютые разбойники. И когда враг вторгся в тихую и мирную страну. Когда без вины осуждают человека на смерть. Когда с неоправданной жестокостью родитель порет ребенка, или пьяный муж колотит жену, или иная несправедливость, на которую нет закона. А главное - когда безвинно страдает эйторий. Все это - рыцари, и не спрашивай, почему. Потому что я не знаю ответа.