Сергей Уксус - Путь к жизни

— Брат Тервиз, а может, лучше пригласить этого немёртвого сюда, в храм?

На лице некроманта появилось неподдельное удивление:

— Брат Зорнис, с вами всё в порядке? Да его же любой жрец опознает! И потом, он же на любое нападение отреагирует крайне агрессивно! Да весь его путь от долины сюда будет трупами завален! И это, прошу заметить, если он вообще согласится поехать!

— Простите, брат Тервиз, — теперь удивился настоятель, — что значит — вообще согласится?

— Да то и значит! — воскликнул старик. — Мы для него никто! Ни я, ни тем более Храм! Он о нас не знает, никогда не слышал и, возможно, слышать не хочет! С чего ему куда-то отправляться? И потом, вы не думали, что будет, если про него Светлые узнают?

Зорнис вздохнул: во-первых, волноваться Наставнику было строго противопоказано. Целитель это несколько раз повторил, словно подозревал, что о его рекомендациях очень быстро забудут. Во-вторых, сам он просто не подумал о том, что кто-то может не прислушаться к мнению некроманта. А вот что касается опасностей в пути… Учитель их явно преувеличивал — никто ведь не собирался везти мертвеца открыто и без сопровождающих. Если же по дороге попадётся какой-нибудь тупой упрямец… В конце концов, этот покойник важнее десятка… нет, даже сотни дворян, поскольку от него зависит будущее. Так что…

— Я понял вас, Наставник. Но давайте хотя бы попробуем. А не получится — подготовим ваше путешествие. Как следует подготовим.

Гельд не слушал: живые по своей привычке говорили лишнее. Маг опять объяснял, что нужно сделать (мертвец ещё в первый раз запомнил — вылезти, добежать, прилепить амулет, вернуться. Зверьё бить, только если пройти мешают), какой-то коротышка с важным видом желал удачи, остальные… В общем, тоже ничего умного.

Наконец бестолковая возня закончилась и все встали по местам: двое с молотами — у выбранной стены, Гельд — в полутора шагах от них, рядом — маг, а позади — трое с большим бронзовым щитом, которым будут «затыкать дырку», как выразился Грибник. Дальше всех оказался важный.

— Все готовы? — спросил он.

Мертвец покачал головой и показал пустые руки: Брухтарк так и не выдал ему главное — амулет. С полминуты маг непонимающе чесал бороду, потом смущённо крякнул и полез в мешок:

— Вот, значит, — на всеобщее обозрение явился грубо отёсанный каменный кирпич. — Вот это вот, господин Гельд, и прилепишь.

Внимательно наблюдавший за происходящим важный буркнул под нос что-то вроде «Ох уж эти маги!», поднял сжатую в кулак руку и резко опустил:

— Начали!

Он даже договорить не успел, а два молота врезались в стену, заставляя камень пойти трещинами и осыпаться. В образовавшуюся дыру тут же проскочил мертвец: следовало поторопиться, пока твари не ринулись в штольню. Оказавшись в пещере, Гельд повернул влево, большими прыжками доскакал до нужной дыры и с маху шлёпнул амулетом о стену. Что-то чавкнуло, раздался еле слышный гул, и мертвец понёсся обратно. Какая-то то ли особо нахальная, то ли — что вернее — вконец оголодавшая зверюга попыталась было откусить кусок от чужака, но… В штольню Гельд ввалился, сжимая в левой руке длинную толстую змею с огромной, усеянной мелкими зубами пастью.

— Это… это чего это у тебя, а?

Пожав плечами, мертвец протянул добычу важному, но тот, вместо того чтобы принять и поблагодарить, шарахнулся назад и замахал руками:

— Убери это! Убери! Убери!

Грибник тоже почему-то не выразил энтузиазма, хотя мог бы сделать чучело и продать: Хасси рассказывал, что богатые… Ну, это которые… у которых, да. Так вот, у них много денег. И они любят покупать такие вот чучела, а потом хвастаться, что сами добыли. Однако Хасси рядом не было, а Гельд объяснял не очень хорошо, поэтому он просто пожал плечами, высосал из змеи жизнь и разжал пальцы, роняя останки на пол.

Тем временем гул амулета докатился до штольни, но теперь он был громким и неприятным. Казалось, сама гора сердится. И ругается. Так ругается, что аж зубы вот-вот выпадут. У всех. То-то за челюсти похватались. А с той стороны заслонки плеснуло сырой Силой. Сильно плеснуло. Удалось даже ухватить немного. А что? Всё равно просто так пропадает!

Потом гул смолк, и живые принялись ругать мага. Мол, ты чего, молоток ржавый? Гельд понимал плохо — язык дварфов он учил мало — но выражения запомнил. Потом попросит кого-нибудь объяснить. Если придумает, как повторить. А то вдруг и его самого так ругать будут. Надо же знать, за что убиваешь. А Грибник не обиделся — стоял и скалился, как будто так и надо. А потом сказал:

— Пока вы тут глотки дерёте, там нечисть очухивается.

И все замолчали, а важный опять спросил:

— Готовы? — а когда узнал, что маг снова амулеты не выдал, обозвал его непонятным словом «рас…дяй».

Бегать пришлось ещё четыре раза: два — к длинной дыре, там нужно было по нескольку амулетов лепить, а два — к маленьким, через которые вода текла. А потом самое интересное началось. Зачистка! То есть, конечно, в первую очередь — обучение. Это мастер Брухтарк ещё во время первого прихода в башню показал. Оказывается, заклинания делать совсем не обязательно. Можно ещё просто скрутить Силу в жгут и получить третью руку. Или ногу. Или ещё чего-нибудь. И этой рукой или ещё чем-нибудь можно, например, камни бросать. И убивать тоже можно — воткнуть в кого-нибудь и жизнь высасывать. Вот только тренироваться не на ком. Раньше было. А сейчас — пожалуйста! Для того-то в щите и щель проделана, сейчас дверцей закрытая: ясно же, что после всех этих выскакиваний с пробежками у дыры много зверья соберётся. Из тех, что не в засадах сидят, а сами добычу ищут. Да вот, пожалуйста! Стоило только эту дверцу-заслонку открыть, как нате вам! Не голова, а сплошные зубы! И язык. Длинный, на четверть длины раздвоенный. Трепещет. Воздух щупает… Хотя нет, уже не трепещет: хозяин умер. Только что. И что интересно — не Гельд его убил! Кто-то ещё нашёлся. Из пещерных жителей. Откусил, похоже, хвост. По самую голову. И вообще, с той стороны так и тянуло смертью. Точнее, болью и смертью. Похоже, там большая охота началась — друг на друга. Жаль, конечно: столько Силы зря пропадает. А с другой стороны — да и пусть! Пещера большая, всяких тварей в ней много, что-то да останется. Пока же можно один вопрос выяснить…

Наклонившись, мертвец подобрал один из валяющихся на полу обломков гранита и прямо на полированной поверхности щита выцарапал «Чучело». Затем отодвинулся, чтобы не мешать, и ткнул в надпись пальцем. Грибник и подошедший ближе важный прочитали, а затем непонимающе уставились на Гельда:

— Э-э-э… Это в каком смысле? — поинтересовался важный.