Наталья Котрасева - Первый осколок зеркала

— Кай, Кай! — кричала Линор ему в след, — вы едете слишком быстро, отвяжи санки!

Но мальчик то ли ее не слышал, то ли делал вид.

Кай быстро потерял ориентацию — в конце концов, в Городе Зимы он бывал не часто. Минут через десять он решил-таки последовать совету Линор, но веревка будто примерзла к большим саням, ее было не оторвать.

— Эй, остановитесь! — закричал Кай, но теперь уже женщина сделала вид, что не слышит его голоса.

И тут начало творится что-то странное: снежинки, порхавшие вокруг, начали расти, расти, и вдруг стали огромными белыми рыбами, впряженными в сани. А затем оказалось вдруг, что они не едут уже по дороге, а летят по воздуху.

Женщина обернулась и пристально посмотрела на Кая своими холодными глазами, и Кай с ужасом заметил, что рук у нее гораздо больше нормы — кажется, их была целая тысяча, а может, и все сорок тысяч! Женщина подняла несколько над головой, и Кай увидел, что на ладонях у нее глаза с бледно-голубыми зрачками.

Мальчику еще никогда не было так страшно. Он крепко зажмурился и решил больше на женщину не смотреть, что бы ни произошло.

Тем временем санки стали опускаться. Скоро Кай снова услышал скрип снега под полозьями и осторожно приоткрыл один глаз. Они въезжали во двор большого дома. Вокруг ходили люди, и страшная женщина, кажется, никого, кроме Кая, не пугала. Тогда он открыл и второй глаз и просмотрел вперед. Видимо, тогда ему просто показалось, потому что сейчас у женщины рук было только две, как и положено обычным людям, правда, есть ли глаза на ладонях, Кай не видел.

— Ну что, хорошо прокатился? — женщина вылезла из саней и подошла к Каю. — Смотри-ка, — она подергала за веревку, — на улице сегодня такой холод, что веревка совсем примерзла! Нужно будет отогреть, а то ты не сможешь забрать свои санки обратно.

— В-вы… Вы мне их отдадите? — испуганным голосом спросил мальчик.

— Конечно! — рассмеялась женщина. — Зачем они мне? Но давай зайдем в дом, пока сани будут греться, а то сами примерзнем к сиденьям! Тебе ведь холодно?

— Д-д-да, — стуча зубами ответил Кай. Он украдкой еще раз посмотрел на руки женщины. Глаз там точно не было.

— Ты иди в дом, погрейся, — снова предложила женщина. — А я отвезу сани в сарай, чтобы и они оттаяли.

Кай послушно подошел к дверям дома и постучал. Он обернулся, чтобы посмотреть на женщину, но и она и ее большие сани куда-то пропали, словно испарились.

Послышались чьи-то торопливые шаги, а затем дверь открыл молодой человек лет этак двадцати. Он посмотрел на мальчика сверху вниз и удивленно сказал:

— О! Ну надо же, кажется, у нас прибавление! И в такую погоду!

— Я просто хотел погреться, — объяснил Кай.

— А, ну раз так, проходи, проходи, — пригласил его молодой человек. — Сейчас я позову Тролля, он с тобой разберется.

— Тролля? — удивился Кай. — Того, что продает зеркала?

— Да, Тролля, он здесь главный.

Если раньше у Кая были какие-то опасения, то теперь он радостно вбежал внутрь. У Тролля было столько прекрасных зеркал, Кай очень жалел, что не успел рассмотреть их все в прошлый раз. К тому же, Тролль наверняка знал, почему вещи в зеркале отражаются именно так, а не иначе.

Мальчика провели в большую комнату и усадили на диван. Но, хотя женщина и предложила ему погреться внутри, на взгляд Кая, здесь было так же холодно, как и снаружи. Если не холоднее. Кай съежился и начал громко стучать зубами — не очень вежливое поведение для гостя, но тут уж он ничего поделать не мог.

Вскоре появился сам Тролль.

— А, — сказал он, — старый знакомый! Зачем пожаловал? Хочешь все же купить у меня зеркало?

— Здравствуйте, — поздоровался Кай дрожащим голосом, — меня привезла сюда женщина в санях. Она сказала, что я могу погреться в вашем доме, пока сани оттаивают в сарае. Но на самом деле, я бы и на зеркала еще раз посмотрел. Мне одно тогда очень понравилось — то маленькое, с простой рамкой.

— Женщина? — удивился Тролль. — Какая же это женщина? Во дворе никого нет — я только что там был.

— Белая. В санях. Мы играли с друзьями на Площади Спокойствия, и я привязал свои санки к ее повозке, а они прилипли, и я никак не мог их отвязать. Потом мы долго ехали и оказались здесь. А женщина сказала, что я могу посидеть внутри, в тепле. Только, — Кай зябко поежился, — здесь не очень-то тепло.

Тролль задумчиво посмотрел на мальчика.

— Вот как, интересно. А если хочешь согреться, сосредоточься на холоде.

— Сосредоточиться на холоде? — удивился Кай. — Так ведь я тогда совсем замерзну!

— Не замерзнешь! — успокоил его Тролль. — Ты сконцентрируйся на ощущении холода и посмотри, что будет.

— А может, лучше я так посижу? — ответил Кай. — Я совсем не так уж мерзну. Лучше, покажите мне еще раз зеркала? Пожалуйста!

— Ну что же, только потом пеняй на себя, если отморозишь себе руки, ноги! — предупредил Тролль. Затем он достал свой саквояж и положил его на диван, между собой и Каем.

Мальчик радостно склонился над зеркалами, совершенно забыв о морозе. Впрочем, забыть о нем удалось не надолго — скоро у Кая так замерзли руки, что он не мог даже согнуть пальцы. Тролль, заметив его затруднения, сказал:

— Ну что я тебе говорил, мальчик! Сосредоточься на холоде, и тогда тебе станет легче.

Кай с сомнением посмотрел на Тролля, но все же решил последовать совету. И правда, ему сразу же стало гораздо теплее.

— Ах, какой талантливый мальчик! — обрадовался Тролль. — С первого раза получилось! А не хочешь ли пойти ко мне в ученики?

— В ученики? Вы возьмете меня в ученики? — Кай даже подпрыгнул от радости. — Конечно же хочу!

— Ну и славно, — кивнул головой Тролль. — Тогда пойдем, я покажу тебе, где ты будешь спать.

Кай побежал за Троллем в радостном возбуждении. Правда, на секунду он задумался над тем, что надо бы предупредить Линор или родителей, но эта мысль в его голове надолго не задержалась. Все, о чем он был сейчас способен думать, это зеркала Тролля и обучение.

Линор же долго ждала Кая на площади, но мальчик все не появлялся. Вечерело, уже зажгли фонари, но Кая все не было и не было. Девочка звала его по имени, заглядывая во все переулки, спрашивала о нем у остальных детей и прохожих, но никто не мог ей ничем помочь — Кай будто в воздухе растворился.