Владимир Журавлев - Неудачная реинкарнация

Ознакомительный фрагмент

- Санни-эре-э-э! - протянул он, за насмешкой пряча истинные чувства. - А ты знаешь, праздник взросления был? О, не знаешь. Я так и думал. Ну и хорошо, что не знаешь. Нечего тебе праздновать. Взрослым ведь тебя признали, Эре-дурачок.

Отец непроницаемо глядел на него. Ждал вопросов? Так не дождется, хотя от неопределенности захолонуло в груди. Но он давно отучился показывать свою суть. Привычка - вторая…блин!… Короче, привычка.

- Ни к какой работе ты не способен, - сказал отец сдержанно. - И я просил. И мать просила. Хоть бы за скотиной ходил. Хоть бы сад обихаживал. Глух ты к просьбам оказался. Ну, и Творец оказался глух к нашим просьбам о твоей судьбе. Деревенское общество отправляет тебя в город, Эре-дурачок. Там ищи свою судьбу. Или сгинь. Завтра поутру покинешь дом.

Отец развернулся и ушел в сад. Сына-дурачка он не любил, но о судьбе его по-своему переживал. Хороший он мужик, отец…

Так, спокойно, подумал он. Бывало и хуже… Память услужливо подкинула парочку ситуаций, когда бывало хуже, и стало совсем неуютно. Блин, да это же полный крах всех планов, какое тут спокойствие?! Где этот Творец?! Что бы с ним сделать, с уродом? Ненавижу!…

Глава вторая.

Он проснулся ночью оттого, что отец положил ему ладонь на лоб.

- Жара нет, чего тогда бредишь? - недовольно сказал отец. - Разбудил вот. А мне на работу завтра рано… Кстати, если уж бредить, то лучше на знакомом мне языке. Лады?

- А тебе все языки незнакомые, - пробормотал он и наконец выпал из дурного забытья. - Кроме родного…повезло…

Он сел на кровати и потер лоб. Так. Ну и где мы? Понятно, что дома. Но вот ГДЕ дома? С этим раздвоением души ни один вопрос корректно не задать, блин… А, бумажные обои. Понятненько.

- Слушай, ты тоже собирался меня из дому выгнать? - вдруг спросил он, движимый внезапным наитием.

Отец смутился.

- Почему тоже? - пробормотал он. - Я… просто тебя в милиции… ты же на учете, и семья неполная… говорили про интернат - но только предлагали! Я же не согласился! А… откуда ты узнал?

- Чего тут узнавать? Не ты первый…

- Если б ты старался жить нормально! - с горечью сказал отец. - Если б хотя бы нормально учился в школе! Вовочка Переписькин - это же ходячий анекдот, над тобой вся школа потешается! И драки каждый день! И по дому ничего не делаешь, ходишь вечно неумытый, расхристанный…!

Так, отца понесло. Он глубоко вздохнул. Задержал выдох. И еще раз. Так…

- Стоп, - сказал он, и отец послушно умолк. - Разберемся по порядку. Я хорошо учусь, папа. Просто этого не замечают.

- Ага, русский язык, например…

- А ты сам попробуй! Когда в голове десятки языков, а уж алфавитов сколько! И все уродские! Меня все время на руны стягивает, потому что они удобнее! И язык этот, якобы родной, уродский! Ни одного ударения постоянного нет, исключений больше, чем правил, пишется не так, как слышится, а уж говорится как! Почему здесь не изучают фонетическое письмо Арктура? Вот его я хорошо знаю.

- А еще география…

- Да знаю я географию! А вот учительница - нет! Ее бы на Жерь Светлолиственную, я бы на нее посмотрел!

- А еще математика, физика…

Он выжидательно уставился на отца, и тот осекся.

- Ну, физику и математику ты знаешь, - нехотя признал он. - Только… ты же знаешь лучше, чем учителя! Ты понимаешь, что их это бесит?! И меня бы взбесило, если б какой-то сопляк… -…берхь сопливоносый, - услужливо подсказал он - Да! Если б всякий берхь сопливый указывал мне, как проводить уроки - да еще правильно указывал! Я бы его!…

- Ты не отдавай меня никуда, - попросил он негромко. - Без твоего участия меня не смогут забрать. Я же стараюсь.

- А драки каждый день? - печально спросил отец.

- А что я могу поделать? - спросил он в ответ. - Они же пристают сами…все.

- Почему-то к другим не пристают.

- А другие трусливые, - пояснил он. - Предпочитают унижаться и подчиняться старшим… или сильным. А еще они все толпами ходят. Забавно: миры разные, но шакалы везде ходят толпами. А я - один.

- Да, маленький ты у меня. И тощий. Вот был бы ты здоровым…

- Радуйся, что маленький! - резко сказал он. - Я, когда здоровый, совсем по другому пути иду! Сначала самый здоровый в детском саду, потом в школе, потом на улице, потом бандиты начинают уважать, потом у бандитов за своего… и вылепляется знаешь какое чудовище! Аспанбык из бродячего клана убийц - слышал про такого? А потом государству дорогу перейдешь, хлоп - и на кладбище, и привет, сопливая реинкарнация! Больше сорока лет ни разу не жил - а хочется!

- Ладно, давай спать, - вздохнул отец. - Никуда я тебя не отдам. Вдруг из тебя великий фантаст получится, гордиться буду. Вон как складно выдумываешь… Только ты постарайся хотя бы учиться хорошо, лады? А то комиссия от меня не отцепится - и от тебя тоже!

- Я стараюсь. Но мне трудно! Когда и там, и здесь, и еще вон там живешь - знаешь, какая каша в голове?!

- Вот я и говорю, что фантаст… Ладно, не сверкай глазами! Вот сможешь объяснить, как это ты одновременно везде живешь, тогда и будешь сверкать!

- Я-то объясню! - проворчал он, укладываясь на узкую кровать. - Только ты не поймешь ведь. Малограмотный ты у меня…

- А кто поймет? Ученые?

- Эт-то вряд ли… Мне бы самому понять, как вам это объяснить…для начала…

- Лечиться тебе надо, сын, - серьезно сказал отец. - В психбольнице.

- Эти налечат…

Отец вздохнул и отправился спать. С последним утверждением он и сам был согласен. Там, пожалуй, налечат…

Эпсар Борз, командир отряда имперской полиции Эпсар Борз оглядел окрестности мутным взглядом. Отряд имперской полиции теснился сзади, чтоб не заставлять начальство глотать дорожную пыль. А еще - чтоб не попадаться под тяжелый похмельный взгляд эпсара. Командир был, мягко говоря, сволочью распоследней - потому и был командиром, кстати. Работа в полиции - не из особо чистых.

- Что за деревня? - спросил эпсар.

- Просто - деревня, - доложил заместитель. - Может, и название есть, только…

- Я что спросил?!! Зачем мне твое название, ишак ты голозадый!..

Заместитель побледнел. В отряде он служил недавно и еще не привык к специфическим внутренним взаимоотношениям.

- Я тебя пристрелю на первой операции! - пообещал эпсар и поехал вниз с перевала. - Иш-шак… Десятник, что у нас по деревне?

- У местного тхемало долгов по налогам - два раза можно повесить.

- Сепаратист, что ли?

- Пьяница.

- Ну, тогда попьем вместе…

За спиной подобострастно засмеялись. Как пил их командир, они уже неоднократно видели. Этому тхемало было бы лучше, если б его повесили, честное слово. Кстати, может, еще и повесят. Вместе с семьей. По пьянке всякое случалось.