Михаил Бобров - Висенна. Времена надежды

В половине шестого Игнат, наконец, миновал улицу Курчатова, и по Рогачевской подошел к девятиэтажному зданию «Белоруснефти», откуда виден был и Новый универмаг, и 26-ая школа, и фирменный магазин винзавода, рядом с проходной и высоченными сусловыми танками самого завода. У проходной в ряд выстроились несколько грузовиков с яблоками — привезли сырье. Их шоферы собрались на лавочке перед общежитием, через дорогу от своих сухопутных кораблей. И, как настоящие моряки, «травили», то есть вдохновенно рассказывали байки: про последний набор добрых гаишников, где, впрочем, попалось некоторое число коварных; про сволочей-студентов, которые повадились выходить на трассу с феном или ручным миксером, чтобы направлять бытовую технику на подъезжающие машины. Издали-то не видно, фен или радар. Пугаются все водители: кто же хоть раз не превышал скорость? Кто же быстрой езды не любит? «Тот, на ком ездят» — хотел было вставить Игнат, но вовремя опомнился. Что ему до чужих проблем? Студент глянул вперед и увидел тройку друзей.

Сергей с Николаем сидели на высоком борту клумбы. Николай опустил длинные руки почти до плиточного мощения, и устало сгорбил мощные плечи. Рыжий Гришка прохаживался перед ними по бордюру, словно охраняя Сергеев мотоцикл. Он заметил Игната прежде всех, и первый подошел здороваться.

— Ну что? — для порядка спросил Игнат.

— Ничего, — хмуро бросил в ответ Сергей, — Пошли сейчас по гаражам пройдемся, и к автовокзалу. А то стемнеет скоро. И мне потом домой надо.

— Может, сразу бы и ехал?

Сергей пожал плечами:

— Да как-то… Вас брошу, неловко получится.

— Пять минут отдыхаем, и пойдем, — сказал тогда Игнат. — А то, извиняйте, я сейчас не сильно на ходу.

— А как ты шел? — поинтересовался Гриша. Крылов коротко описал весь путь. Николай и Сергей переглянулись. В их взглядах читалось ясно:

«Ни хрена мы не найдем. Ищет милиция. А мы — только для очистки совести».

Игнат вздохнул. Может, и так. Может быть, и ищут девушку патрули. Только патрули еще, кроме девушки, много всякого народу ищут. И откуда милиции знать, где найти вероятнее? С какой крыши Ирка больше всего любила смотреть на закат? И потом… перед самим собой стыдно, если совсем уж ничего не делать.

Подумав так, Игнат решительно поднялся на гудящие ноги.

— Вставайте, джентльмены… — обратился он к друзьям. — Нас ждут великие дела…

— Не всех! — буркнул Сергей. Николай не выдержал:

— Ты чего злой такой?

Сергей помолчал. Потом объяснил:

— В бане трубы меняли, вызывали сварщика. Черт дернул крючки на провода забросить… Вроде и темно было, но кто-то из соседей энергонадзор вызвал. Те приехали, колотятся в ворота. Ну, мы не открыли. А те без долгих слов х…як! И отрубили свет. Вот же суки!

— Энергонадзор?

— Да при чем тут надзор! Соседи ублюдки! Сами каждый день пилораму гоняют, слышно же. И что, думаешь, они такие честные, за свет платят? Х…й там! Так мы же их не сдаем… А они нас сдали.

— Чем ты удивлен, не понимаю? — спросил Гришка. — В нашем подъезде через быдло идею домофона не пропихнешь. А почему? А потому, что в первой квартире Галина водкой торгует, и каждая собака в районе об этом знает. Меня соседи все время просят ихнюю девочку из школы проводить, колдыри постоянно в беседке, страшно…

— А милиция?

— А что милиция? Говорят, ставьте домофон. А нашим никому домофон не нужен. Там половина старых бабок, им и так хорошо…

— Завязывайте! — оборвал их Игнат. — У меня сегодня тоже не лучший день.

Николай криво усмехнулся, гулко хлопнул ковшами-ладонями:

— Да уж!

— Но помирать я не буду, — насупился Крылов. — И вы тоже кончайте сопли пережевывать. Подключат тебя, не плачь.

Сергей невесело улыбнулся:

— Да уже подключили. Сто евро. Мать упросила, а то вломили бы штраф, миллиона два. Просто… Обидно, понимаешь? Ну рядом живем, ну что мы им сделали?

— Тебе посодють, а ты не воруй, — Гриша тряхнул рыжей гривой. — Елекстричество не воруй. Хорош сопли жевать. Об Ирке подумайте.

Все послушно подумали, вздрогнули, и поднялись.

Следующий час прошел в угрюмом молчании. Лица у четверки были такие, что даже вокзальная шпана старалась не замечать компанию. Впереди всех Сергей катил «Минск», как таран. Отупевший от усталости Игнат тащился следом. Гриша и Николай были посвежее; а, может быть, видели мрачность Крылова и старались облегчить ему душу хотя бы поисковым рвением. Они заглядывали во все повороты и ямы, не ленились подходить к гаражам и заугольям… Привокзальный район обошли не то, чтобы очень быстро, но все же справились до темноты.

А на площади их еще раз остановил патруль. Прежде, чем осоловевший Игнат успел открыть рот, Гришка вывалил старшему сержанту все, что знал: и о пропавшей девушке, и об их собственных поисках. Однако милиция, похоже, уже получила указания на этот счет, и мешать не стала. «Ну, ищите» — угрюмо пробормотал старший, и тройка камуфляжников растворилась в местном населении.

Попрощались. Гришка и Николай отправились на автобус, а Игната повез к дому Сергей. Уже остановив мотоцикл у подъезда, приятель стащил шлем и повернулся к Игнату:

— У тебя пожрать есть что-нибудь?

— Пошли… — отвечал Крылов, слезая с седла. — А не сопрут твоего коня?

— Тут вроде нормальный район, — Сергей пожал плечами. — Да я же и не на всю ночь…

— Да уж! — криво хмыкнул Игнат, — Мы все по девушкам больше…

Сергей улыбнулся:

— Шутишь, значит жить будешь.

Поднялись в квартиру, разулись. Сергей положил шлемы на пуфик в прихожей, облегченно пригладил ежик волос. Игнат тем временем успел пройти в кухню, умыться, достать из холодильника банку огурцов, тюбик сыра, по какому поводу вошедший Сергей съязвил:

— Одесса освоила производстсво голландского сыра. Малая Арнаутская не дремлет… Да режь, не стесняйся, ты что думаешь, я есть не буду? Да на тарелки-то не клади, что за Версаль? Я и с доски сожру, не поморщюсь.

Игнат и не хотел, а улыбнулся. Разлил по чашкам заварку, кипяток, открыл сахарницу. Приятель тем временем уже приступил к сыру, так и оставшемуся на разделочной доске. Ел Сергей быстро и сосредоточенно. Наверное, так же основательно он начинал всякое дело: чинил в гараже свой мотоцикл, чего-то подбивал и приколачивал в доме. В кухне сразу повисла серьезная и надежная тишина. И тогда Крылов решился:

— Знаешь, я сон видел.

Сергей заинтересованно поднял взгляд:

— Ну?

Игнат начал рассказывать медленным и усталым голосом, но уже к описанию двух деревьев увлекся, оживился, отхлебнул чая. Сергей слушал молча и внимательно. Потом вздохнул. Почесал затылок. Спросил:

— Так ты думаешь, она действительно туда провалилась? Ну, или перенеслась?