Юлия Власова - Таймири

Таймири вздохнула. Уж она-то любого набоба переплюнет. Ведь непременно наберет с собой в дорогу безделушек.

Она застала тетушку за кухонным столом в компании их нового соседа. Тетушка Ария смутилась и покраснела. Этот сосед появлялся у них в доме ежедневно с тех пор, как переехал. Таймири старалась не попадаться ему на глаза и всякий раз перед его приходом удалялась к себе в комнату.

— Почему не предупредила, что приведешь подругу? — Тетушка Ария не умела злиться, и когда пыталась показать характер, выходило это у нее смешнее некуда. — Знакомьтесь, Тириэна-Авиграда-Мерия, моя племянница…

— Можно просто Таймири, — поправила тетушку та.

— А это…. — Ария, похоже, запамятовала длинное имя гостя. И тот представился сам:

— Чикаторе-Итео-Калле.

Таймири чуть не прыснула со смеху, услыхав, как он произносит своё имя нараспев.

Сэй-Тэнь ненавидела формальности. Когда очередь дошла до нее, она вскочила и отрекомендовалась так громко, что обладатель басистого голоса чуть не свалился со стула.

Тетушка Ария недолюбливала Сэй-Тэнь как раз за эту ее крикливость и непоседливость. «Орет, как полковой командир», — нередко говаривала она. Но указать ей на дверь не решалась.

— Тетя, у тебя осталось еще что-нибудь из того завтрака, который ты приготовила? — спросила Таймири. Тетушка Ария, у которой поначалу возникло желание выдворить непрошеную гостью, несколько смягчилась и побежала к холодильнику. Оттуда выплыло почти нетронутое блюдо. Причем выплыло само, без всякой посторонней помощи. Блюда у нее всегда выплывают, если выходят на славу. Но только тсс, никому ни слова! Прознай кто-нибудь, что Ария владеет кулинарной магией, и прощай ее беззаботная жизнь!

— Садитесь за стол, девочки. И отведайте моё фирменное! — не без гордости пригласила она.

Подруги были так голодны, что без промедления набросились на праздничное кушанье.

— А мы тут о политике разговаривали, — как бы между делом упомянула Ария.

— Сегодня, наверное, все только и разговаривают, что о политике, — буркнула Сэй-Тэнь, засовывая в рот здоровенный кусок кальмара.

Ария напустила на себя надменное равнодушие.

— Выборы Икротауса Великого — знаменательное событие! — холодно сказала она. — Лично я вполне довольна таким исходом. Уж Икротаус-то сможет поднять страну на новый уровень!

— Он возомнил себя великим. А на самом деле он — лилипут, — прожевав, высказалась Сэй-Тэнь. Ох уж эта Сэй-Тэнь! Вечно норовит вставить острое словцо!

Таймири с ужасом отметила про себя, что тетушка Ария побагровела. Она багровела только в двух случаях: когда у нее начиналась аллергия и когда ее выводили из себя. Едва ли у тетушки была аллергия на собственную стряпню.

— Ой, да не принимайте вы ее слова близко к сердцу, — вмешалась Таймири. И от нечего делать ляпнула: — Последний кусочек — и мы пойдем складывать вещи.

— Вещи? Какие вещи?! — опешила тетушка.

Взгляд Сэй-Тэнь красноречиво говорил: «Ох, и напрасно ты это».

Взгляд громогласного соседа не менее красноречиво говорил: «Сейчас грянет». Похоже, сосед знал тетушку Арию, как облупленную.

— Я уезжаю на работу в город Небесных Даров, — соврала Таймири. Ария сделалась пунцовой, и ее красноречивый взгляд мог бы пригвоздить к стене кого угодно, если бы сама она при этом выглядела чуть менее комично.

— В город… Небесных… Даров? — на восходящих нотах переспросила она.

— Ну пожа-алуйста, — заканючила Таймири. — Я ведь уже взрослая. К тому же работа будет непыльная… — Она секунду помедлила. — Да, непыльная, в библиотеке.

— И кто же тебя надоумил? — грозно вопросила тетушка.

Сэй-Тэнь яростно замахала руками у тетушки за спиной, но было уже поздно.

— Кто?! Она?! Эта вертихвостка?! Не пущу!

— Послушай, дорогая, — вмешался наконец сосед. Его голос подействовал на Арию как успокоительное. — Ослабь хватку. Позволь девочке самой строить свою судьбу.

— Но я у нее единственная на всём белом свете, — слабо возразила та. — Мать умерла, а отец — чтоб ему пусто было! — сбежал в свое кругосветное плаванье. Я просто обязана за ней следить.

— А я вот возьму и тоже сбегу! — на всякий случай пригрозила Таймири. Хотя и так было ясно, что перевес окажется на стороне соседа. Очень уж убедительно он говорил.

Спустя полчаса уговоров да умасливаний Ария сдалась. Сдалась не без борьбы. И в результате этой борьбы к багажу Таймири прибавился саквояж со всевозможными лекарствами, старательно свернутое шерстяное одеяло и пара увесистых сумок с никому не нужными вещами.

Поезд отправлялся через час после заката. Постояв немного у дверей, Сэй-Тэнь спустилась к своему плайверу и вымыла его напоследок, чтобы он смотрелся не хуже других машин в караване. Этот караван поплывет через пустыню. Огромная, нескончаемая пустыня! Нужно запастись водой и едой. Нужно столько всего предусмотреть. В сутки плайвер сжигает около двухсот литров воды, а путник выпивает порядка трех. Значит, за неделю… Немыслимо! От расчетов у Сэй-Тэнь стала раскалываться голова.

… - Я тебя не забуду, — говорила Таймири, обнимая тетушку, которая к вечеру извела целую гору носовых платков и всё никак не могла утешиться. — Я буду писать тебе письма. По письму в день. Договорились? Буду делиться впечатлениями. Рассказывать, как велика и прекрасна наша страна. Только не плачь. Теперь у тебя будет повод завести новых знакомых. А чем больше друзей, тем ярче жизнь, ведь так?

— Ты права, милая, — хлюпала носом та.

Когда вернулась Сэй-Тэнь, проводы были в самом разгаре. Плайвер Таймири был набит до отказа и стал таким тяжелым, что мог оторваться от земли не более чем на дюйм.

— Э-э, нет, так не годится, — распорядительно сказала Сэй-Тэнь. — Половину сумок долой.

— Как долой? — всполошилась тетушка. — Нельзя! Там теплое одеяло и множество полезных вещей.

— Вы хотели сказать «бесполезных», — не отступалась Сэй-Тэнь. Под жалостливые всхлипы Арии она таки избавилась от части завалов, чем повергла несчастную тетушку в шок. Но тут подоспел сосед с непроговариваемым именем и сумел Арию обезвредить.

— Отправляемся! — скомандовала Сэй-Тэнь. — Не хватало еще на поезд опоздать.

— Смотри, не простудись! Не купайся в горных реках! И шли мне письма, не забывай свою тетю! — крикнула на прощанье тетушка Ария, утирая слезы носовым платком.

2. О превратностях пути и потерянной шляпе

Ночью фосфорные дороги светятся. Как только мрак окутывает землю, лик страны Лунного камня преображается. Он озаряется свечением бесчисленных жилок, которые тянутся по всем направлениям, из города в город, через пустыни и непроходимые местности. Дороги излучают энергию, которой питаются батареи плайверов. Именно благодаря этому плайверы способны парить над землей.