Eugene - Гимн неудачников

Настроение колдунов изменчивей, чем погода весной, но колеблется только в отрицательных диапазонах.

Выпрыгивать из машины было уже поздно.

Город остался за спиной; впереди была только непроглядная ночная темень без единого огонька. Такая же непроглядная и пугающая, как мое будущее…

Эй, что я говорю, эта жалкая серенькая дымка рядом с моим будущим и рядом не валялась! Оно такое… такое… ох, и зачем оно мне такое… Тьфу, блин. Надо настроится на благополучие… на счастье… мое прошлое замечательно, мое настоящее великолепно, мое будущее светло и радостно…

Светло…

…Серая паутина ветвей на фоне серого неба, одинокие яркие мазки запутавшихся листьев. Облетевшая березовая поросль окружает поваленное дерево, серебряное от старости, рядом — полусмытый след от кострища.

На краю поляны — заросшая груда камней, покосившийся шалашик из металлических прутьев с приваренной ржавой табличкой. Время и дожди стерли буквы, но я знаю…

…Я оборачиваюсь. Черная фигура замерла напротив. Залитое кровью лицо, белые губы шевелятся, словно пытаясь что-то сказать. Разбухшая земля скользит под ногами…

Я падаю…

— Нет! Я не хочу в могилу!

— Нормальное состояние для живого существа. Еле дозвался. Что за каша в голове!

— Дэн Рола?..

— Знаешь, почему нельзя давать никаких обещаний мертвецу? Да не трясись ты! — Дэн Рола, дезертир по смерти, а потом по собственному желанию, громко расхохотался. — Потому что живые исчезнут. А вот мертвец не отстанет никогда.

— Намек понят, — безнадежно вздохнул я.

О, карма, ну что тебе стоит — пусть это будет кошмар, маленький такой страшненький кошмарик…

— Реальность. Субъективная. Впрочем, они все субъективны… — опавшие листья зашуршали под чужими шагами. — Что я обещал тебе за нарушение клятвы?

Дэн Рола не собирался ходить вокруг да около.

— Ничего.

— Ничего?

— Ты сказал, что я пожалею. Так вот, я уже жалею. Очень жалею. Очень-очень жалею. Очень-очень-очень…

…что с тобой связался. Нет, что мешало мне самому разорвать коварные сети грибного царства и утвердить, так сказать, господство разума над природой?

Да уж понятно, что. Где он, этот разум, чем господствовать буду?

— …короче, все, что пообещал, уже исполнилось! — закончил я гениальную мысль.

Шуршание за спиной стихло, а потом Рола засмеялся. Хриплым, булькающим смехом, быстро перешедшим в кашель, словно Голос Леса вещал в этот раз из насквозь прогнившей болотной коряги.

Так, этот мертвяк бестелесный еще ржать будет. Да сколько можно?! Хватит уже терпеть нахлебников, желающих выехать на мне в счастливое будущее! Пора уже обернуться и высказать в лицо все, что я думаю о ниморском выродке…

— Ты знал, что Смерть друид, ты знал, что я друид, ты знал, что нас послал Великий Лес, ты все знал, и ты… меня обманул… — праведное возмущение упало до тихого шепота и сгинуло в тех же местах, где пряталось всю жизнь.

Лица, в которое требовалось высказать протест, не было.

Бледное пятно то застывало, четкими, правильными чертами напоминая лик мраморной статуи, то смазывалось, размывалось, и из хаоса проступала грубая бесчувственная гипсовая маска, чтобы в следующий момент снова исчезнуть.

Среди пластилинового хаоса неподвижными оставались только глаза: левый — бесцветный, затянутый белесой пленкой, и неподвижный провал на месте правого, больше напоминающий жирного черного паука, впившегося в кожу.

Не знаю, как выглядел Леонид Гарш, страж Города-на-Границе, но смерть его не украсила.

— Хорошее тело, — не согласился Дэн Рола. — Чувствуется примесь чистой крови. Нашу кровь не скроешь…

Что, после призрака и зомби побыть приятно?

Ниморец запрокинул голову и насмешливо процитировал:

— Здесь покоится Леонид Гарш. Великий Лес, спаси его душу! Как же смешно… Спасет… А вот не спас. Вы ведь не знаете, как он спасает, не так ли?.. Глупцы…

Голос Леса внезапно оказался совсем рядом, вызвав желание разучиться думать не по делу.

— Ты что-то хотел сказать?

— Д-да. Ты меня обманул.

— Уволь, Лоза, разбираться, кого куда послало какое-то ваше братство не входило в мои обязанности. Никто из живых или мертвых не пересечет границу Великого без его дозволения! — голос Ролы упал до шепота. — Иначе умрет или останется в нем навсегда… что, впрочем, одно и то же. К сожалению, у мага был пропуск. А у тебя — нет.

— Но ты специально все подстроил!

— Думай как хочешь. Оправдываться перед тобой? Много чести, — нагло ухмыльнулся ниморец.

Как же мне все надоело…

— Да пошел ты!.. Будешь угрожать? Давай. Я ничего не боюсь!

— Пра-авда? Тогда погляди мне в глаза, — он чуть наклонился, нависнув надо мной как олицетворенье рока. Я всем своим видом показывал, что разглядывать глаза всякой эксплуататорской сволочи ниже моего достоинства. — Вижу, разговор зашел в тупик.

Подлый прием. Карма, за что ты так со мной? Что я такого совершил в прошлой жизни, что сейчас на мне отрываются все, кому не лень?

Рола прошелся по поляне, заложив руки за спину и внезапно предложил:

— Предлагаю сыграть в игру: я буду задавать вопросы, а ты отвечать. Согласен?

Это вообще-то допрос называется.

— Начнем. Ты спишь. Что помешает Соне перерезать тебе горло?

Я непроизвольно коснулся шеи, уже представляя, как в далеком реальном мире к моему безмятежно дрыхнущему телу тихо подкрадывается зомби-убийца, точа длинные иглы, но быстро опомнился и скептически добавил:

— На глазах трех друидов и черного мага?

— Хорошо, — согласился ниморец. — Не сегодня, так завтра. Ты не сможешь вечно за них прятаться. Итак?

— Потому, что я тебе нужен?

Рола благосклонно кивнул.

— Ответ правильный, но ничего нам не дает. Кроме того, что проще найти взаимовыгодную причину сотрудничества.

— И с какой радости мне будет выгодно вам помогать?

— Еще не понимаешь? Продолжим. Что ты бы мог сделать, чтобы от меня избавится?

Интересная постановка вопроса.

— Сдать друидам? — я прикусил язык. А ведь неплохая идея…

Дэн Рола хлопнул в ладоши:

— Замечательно! Великий Лес в радости. Меня ловят, и что же он узнает? Что некто Лоза, притворяющийся друидом, убийца и предатель?

…и перилами лестницы восхождения по затылку, надо же так попасть! — мысленно закончил я короткий, но эмоциональный внутренний монолог.

— Ты думаешь, тебя выдадут светским властям? Они даже о тебе не узнают. Никто о тебе больше не узнает. Мне кажется, ты уже получил представление о методах братства? Учитывая, во что после того допроса превратилось бы содержимое твоей головы, — Дэн задумчиво помолчал, и добавил: — Впрочем, небольшое отличие от киселя, что там сейчас… Хм, забавный случай. Кем же был этот Лоза…