Татьяна Лайка - Чужой снег

— Вы так говорите, будто пришли сюда спасать меня.

— Спасать? А что, вполне можно и так назвать. Но точнее было бы предупредить.

— Что ношение такого кольца мне чем-то угрожает? Чем же, по вашему мнению? — я сделал вид, будто все знаю об этом артефакте, и даже больше, чем он.

— Раз вы его надели, значит сами должны знать, чем.

— Логично. Но тогда я не понимаю вашего порыва.

— Вы знаете, тогда я тоже не понимаю своего порыва, — как-то растеряно проговорил тот.

— Я вас запутал? — я ощущал великое удовлетворение.

— Скорее я сам запутался. Мне стоит откланяться. Я прошу прощения за отнятое у вас время.

Он уже готов был действительно откланяться и удалиться, а мне этого совсем не надо было.

— Право, куда же вы? Мне только начинало нравиться.

— Вам нравится? — опешил мужчина.

— Да, а что тут такого? Очень редко можно встретить достойного собеседника.

— Вы действительно считаете меня достойным?

— А почему нет?

— Вы оказываете мне честь.

— Тогда быть может вы поделитесь своими опасениями со мной?

— Быть может. Но не здесь.

— Где?

— В моей резиденции…

Больше я ничего не слышал, потому что почувствовал, что теряю сознание. Последнее, что я увидел — искривившиеся в улыбке губы мужчины…

— Он сразу отключился? — спросил женский голос.

— Как обычно, — безразлично ответил уже знакомый мужской голос.

— Перенеси его туда.

Я почувствовал, как меня куда несут, а потом довольно небрежно кладут на что-то мягкое. Глаза я почему-то открыть не мог, как и произнести что-либо вразумительное.

— Сейчас я приведу тебя в чувство, — пообещала женщина, услышав мой невнятный стон.

Пара щелчков пальцами (или не пальцами?) и я, наконец, увидел все происходящее вокруг. Я сидел на кровати, надо отдать должное, мягкой и красивой, передо мной стояла молодая женщина, но от нее невыразимо несло опытом, мудростью и… древностью. Я не знал, кто она. Ее полупрозрачное платье до колена развевалось, однако ветра не было. Где-то это уже было… Очень светлые волосы прямыми прядями падали на плечи, также развеваясь будто на ветру. Чуть в стороне на полу сидел тот самый мужчина, но уже без маски и с тоненькими полосками усов над верхней губой. Такая мода была очень давно… Кто же они?

— Ты как? — спросила женщина.

— Нормально… вроде бы, — все еще не понимая ничего, ответил я.

— Тогда сиди и слушай, — властно сказала она. — И не перебивай! Ты мертв. Да, да, именно мертв. Поэтому ты сейчас здесь. Но я хочу, чтобы понял, — ты не должен был тут оказаться! Рано тебе еще…

— Так вы — Смерть?! — дошло до меня.

— А что ты хотел увидеть? Дряхлую старуху? Нет, милый, мы, Высшие, тоже следим за собой! И вообще, я же попросила не перебивать! На чем я остановилась… ах, да! Этот перстень, — она кивнула на кольцо на моем пальце. — Это не твой, верно? Молчи, я вижу, что не твой. Но скажи мне, ради Хозяйки, зачем ты его напялил?! Что хотел этим узнать?!

— Хотел узнать, что он означает, — в этот раз перебил ее не я, а тот мужчина, но на него она не возмутилась.

— Откуда он у него? — спросила она уже его.

— Не знаю, но когда я гнался за Классио, тот выпрыгнул в окно и его перстня у него не оказалось, это я уже проверил.

— Замечательно, — она мрачно хмыкнула. — Ты понимаешь, что происходит? Нет? Я объясню: ты надел перстень Падших. Тебе это ни о чем не говорит? Плохо… Тор да слушай. О Хозяйке Судьбе ты знаешь? Знаешь, уже лучше… Теперь ты знаешь обо мне. Но так же, как и ей, мне прислуживают определенные лица. И точно так же эти лица наделены некой магической силой и способностями. Однако почти пять веков назад случился небольшой бунт и несколько… лиц от меня ушли, в их числе Классио. Не пожелали служить, захотели собственной власти. Из Высших они стали Падшими, но кольца у них остались. Я уже вернула два кольца, но осталось еще пять. Благодаря тебе осталось уже четыре… Ну, да ладно, тебе это не должно быть интересно. Дело в том, что у всех моих подданных есть так называемые символы. Вот у Судьбы в качестве символов выступают гербы на латах, так как ей служат только воины, а у меня — эти кольца. Воины мне ни к чему. Короче, когда человеку… или кому-то иному существу, надлежит покинуть этот мир, к нему является мой посланник и дарит сие кольцо. Тот, надевая перстень, умирает и попадает ко мне, тогда кольцо я забираю и возвращаю его своему служителю. Когда ты надел перстень, ты автоматически умер, как и должно было случиться. Но проблема в том, что тебе его никто не дарил. Ты надел его самостоятельно, а потому тебе тут не место… по крайней мере не сейчас. Поэтому ты и не умер сразу, а лишь по пришествии посланника. Тебе понятно?

— Понятно. Но не все, — неуверенно отозвался я, не зная, можно ли задавать в этом случае ей вопросы.

— Спрашивай, — благосклонно разрешила Смерть, прочитав мои мысли (впрочем это умели делать все мои знакомые).

— Почему оно оказалось у меня? Зачем тот… не помню, как его зовут…

— Классио, — подсказал мужчина.

— Да, Классио, почему он отдал кольцо мне? Ведь он мог его просто выбросить…

— Мог, но не стал. Почему? Действительно, занятный вопрос, надо будет обдумать на досуге. Что еще ты хотел спросить?

— Зачем вообще явился посланник? Ведь если я тут не нужен, можно было просто-напросто проигнорировать.

— Что значит проигнорировать?! Что ты такое говоришь?! У тебя же был чужой перстень!

— Вам он нужен?

— Вообще-то никакой ценности он не представляет, но ты прав, он мне нужен. Я отдам его новому слуге.

— Я понял, почему люди так на меня смотрели: они приняли меня за вашего посланника! А количество перстней ограничено?

— Да. В том-то и проблема, что пока я не раздобуду лишнего кольца, я не смогу нанять личного работника, если так можно выразиться, — нетерпеливо перебирая тонкими пальчиками по крышке стола, ответила она.

— Я должен отдать его вам? — я покосился на черный камень.

— Нет. Ты не должен, — улыбнулся мужчина. — Мы сами его у тебя заберем.

— А если я не отдам?

— Ты не сможешь, — просто ответила молодая женщина. — Он исчезнет, как только ты появишься в своем мире.

— А я там появлюсь? — с сомнением уточнил я.

— Да, пока ты не нужен мне. За тобой придут, когда настанет время. А скажи, тебе что, не хочется?

— Возвращаться? Да как-то… не знаю, двоякие ощущения. И хочется, и уже нет…

— Чего загрустил? Она тоже тебя любит, — попытался успокоить «кавалер».

— В том-то все и дело… Жизнь у меня не сложилась: сначала потерял мать, потом Лода, а теперь потеряю ее…