Мефодий Громов - Душегуб

Примерно вот в такой манере и продолжалась наша «битва»: девушка делала выпад, я же сначала уклонялся, а потом обезоруживал. Однако это продолжалось ровно до тех пор, пока она не решилась изменить тактику. А я уж начал думать, что не догадается. В очередной раз, когда она замахнулась какой-то мече-саблей, я так же приблизился, и попытался обезоружить, однако врач-невролог сразу же после моего движения смогла-таки схватить самый слабый палец человека: безымянный и, проведя несильный болевой, кинула меня по дуге. Я примерно таких действий и ожидал, но сильно разозлился, когда, в полете, понял, насколько еще слаб. Крутанувшись, и, подкрепив толчком Ки, я приземлился на ноги, оттолкнулся, и оказался перед Натальей, которая с большим удивлением и толикой ужаса смотрела снизу вверх на меня. Однако это продолжалось недолго: арсенал, который насчитывал более десятка различных колюще-режущих предметов, оказался пуст, оставались только три деревянных палки, одна из которых незамедлительно заплясала в руках Натальи. Я, как всегда, действовал осторожно: даже слабое касание в руках новичка по пальцу может привести к перелому, гематоме, или чему-нибудь еще. Спустя десяток секунд беготни, я принял кардинально неправильную стойку против мечника: выставил правую руку вперед сантиметров на шестьдесят. Этим незамедлительно воспользовалась врач, тут же нанеся справа боковой удар, надеясь задеть кисть, в лучшем случае — пальцы. Выбросом Ки я блокировал палку, и сжал в кулаке «лезвие» деревянного меча. Сжал сильно: как бы ни пыталась освободиться девушка, меч не двигался ни на миллиметр. Девушка долго пыталась отобрать меч, и я сжалился. Как только хрипло дышащая девушка отступила назад, держа меч, многие ахнули: на мече остались отпечатки моей пятерни. Получается, сила моих пальцев примерно… 30000-50000 ньютонов (для обывателя: 3–5 тонн). Совершенно не замечая ахи вокруг, я улыбнулся самому себе: новые тренировки дают результаты, правда, не такие, как хотелось бы, но…

— Ты только убегать умеешь?!

Я усмехнулся: ей что, мало? Пожав плечами, переместился к ее арсеналу и, сломав два последних оружия, снова оказался перед ней, активируя Ки: у меня были кое-какие задумки, которые я хотел воплотить. Палка-меч в ее руках — последний шанс, что бы победить, однако все вокруг и так понимали, к чему все идет. Вот только никто не ожидал, что произойдет дальше: сложив руки по швам, я расслабился, и по мне совсем нельзя было сказать, что нахожусь я сейчас в середине боя с действительно стоящим противником. Немного наклонив голову к правому плечу, я дал ей возможность, которой она тут же воспользовалась: мгновенный выпад и на мою шею обрушивается буквально-таки смертельный удар, который обязан был если не сломать ее, то парализовать тело на несколько секунд уж точно. Высвободив большое количество Ки, дал ему команду «защищать» тело, и все, что я почувствовал — ветерок у шеи, ну, и парочку пролетевших мимо щепок от сломанной пополам деревяшки. Разозленная девушка откинула в угол остатки меча и ринулась в рукопашную, в чем я разочаровался: Маша никогда бы такого не сделала, предпочитая в качестве оружия сломанную вилку, нежели голые руки. С помощью Ки я соорудил вокруг себя что-то вроде щита, об который неустанно молотила девушка, однако существовали и минусы: затраты энергии просто колоссальные, поэтому с каждым ее ударом я чувствовал себя все хуже и хуже. Когда я уже был почти на пределе, Наталья остановилась и отскочила назад, пытаясь отдышаться пару секунд. Я воспользовался этим замешательством, быстро высвобождая доселе скрытую Ки, и это, вопреки моим ожиданиям, возымело эффект: у девушки замерло сердце, тело облилось еще большим количеством пота, а руки задрожали от страха. Желая быстрее завершить поединок, я медленно зашагал в ее сторону, хищно скалясь. Наталья так же перешла в наступление, засыпая ударами, однако теперь ее телом управлял страх, сама же она не понимала, что происходит и сейчас потихоньку отступала к клетке, а когда у нее кончались силы, она отпрыгнула назад, и, коснувшись спиной клетки, опустила руки и тихо произнесла:

— Сдаюсь…

Я глубоко выдохнул, снижая и без того исхудавший запас Ки. Ну не могу я ударить девушку. Все-таки смог победить ее, не нанеся ни одного удара, и успел показать то, в чем она нуждается, авось поймет.

Выйдя из клетки, меня подхватила на руки подбежавшая Алинка:

— Классно ты ее! Ни разу не ударил и победил! — тут она присмотрелась ко мне и с тревогой заметила: — Да ты на ногах не стоишь…

— Домой, быстрей… — прохрипел я.

Не рассчитывал я, что энергетическая защита потребует столь большое количество Ки и нечаянно извел себя до полусмерти, едва не потратив весь жизненный резерв. Мда, Альтаир, хреновый из тебя стратег; если в бою я чувствовал себя неплохо, то это можно объяснить лишь адреналином и чувством боя.

Домой мы добрались очень быстро, ну, или просто быстро… не помню, помню лишь, что уснул, как только упал на плечо Алинки. Вроде, еще кто-то подбежал, но я уже спал.

Нюх-нюх: в нос вонзился запах еды и я вскочил с кровати, побежав на кухню, ориентируясь по запаху: рыба, мясо, рис, картошка, лапша, другая рыба… Пока добежал до кухни (метров шесть), успел сглотнуть галлон слюны и мне на мгновение показалось, что желудок уже насытился, переваривая ее. Однако, когда я открыл дверь, и, не замечая никого, накинулся на еду, живот радостно принимал в себя все новые и новые порции. К третьей тарелке я уже стал нормально соображать и теперь удосужился посчитать количество людей в квартире: двое. Неужели Маша решила навестить нас? Аннет, запах принадлежит Алексу.

— Эй, Лешной жишель, — кинул я, с полным ртом, — ты есть бужешь?

Алекс только открыл рот, но я сразу перебил:

— Ну и отрыжно, мне бофе дофанефя, — и с его тарелки исчезло что-то вкусное и хрустящее… чересчур хрустящее.

— Во проглот, — доносилось из-за стола сквозь мое чавканье, — с костями глотает и не морщится… Он всегда такой?

— Да нет, — с удивлением произнесла Алинка, заглядывая в холодильник, — должен был уже остановиться.

Так продолжалось еще минут десять, вместе с моими воплями: «Аля, еще!».

— Добавки!

— Кончилось, — немного раздраженно пояснила Алина.

— Как, кончилось?! — ужаснулся я, — Куда?!.. О, Алекс, привет, а ты что здесь делаешь?

— Чаю попить зашел, — усмехнулся тот, — и не успел.

И тут я вспомнил, как залпом осушил три кружки и пожал плечами, извиняясь.

— А чего ты отрубился-то после поединка? На тебе не было ни царапинки.

Действительно, я ведь никогда не пробовал эту технику ранее, и использовать ее наобум было сродни глупости. Затраты Ки пополняются отдыхом и едой, впрочем, как и мышцы, а вот чрезмерное и необдуманное использование энергии может привести к истощению организма вплоть до смерти. Я так и объяснил всем.