Торарин Гуннарссон - Король-Дракон Мистары

Король встал со стула и начал медленно ходить взад и вперед. — Благодаря послу и его влюбленной дочке я чувствую себя так, как будто именно меня пытались убить прошлой ночью. Единственное, что меня утешает, что если бы не эта женщина-варвар, все было бы намного хуже. Но по меньшей мере это мои проблемы. Мы должны потребовать отчет от драконов. Что Карендэн сказала по этому поводу?

— Мне не нужно, чтобы Карендэн сказала мне не предавать слишком большое значение событиям прошлой ночи, — сказал Тельвин, даже не пытаясь встать, хотя король был на ногах. — И раньше меня пытались убить, неоднократно. Разница была только в том, что на этот раз я был чересчур беспечен и дал убийцам возможность застать меня в невыгодном положении. Кто-то знал, что я не могу мгновенно надеть доспехи и воспользовался этим. Я не верю, что это совпадение.

— Конечно, об этом не может быть и речи, — согласился Джерридан. — Мне представляется совершенно очевидным, что среди нас есть предатель.

— Я не уверен, что речь идет о предательстве, — возразил Тельвин. — Быть может шпион, наблюдающий за мной, мог заметить, что я примеряю сапоги и одежду, отсюда последовал логичный вывод, что я собираюсь использовать их. К сожалению я никогда не считал нужным держать в тайне причины, по которым я не могу носить придворную одежду, так как это объясняет мой внешний вид. В противном случае я просто не понимаю, как можно было узнать заранее об этом. Насколько я помню даже Калестраан был удивлен моим внешним видом вчера ночью. И еще я не понимаю, что мог бы выиграть человек, предавший меня.

— Ваш дракон должен что-то об этом знать, — сказал Калестраан, его первые слова за время разговора. — На вас напали драконы магически преобразованные в форму людей. А вы уверены, что она не предала тебя драконам-убийцам?

Тельвин покачал головой. — Карендэн вовсе не надо предавать меня, так как она может убить меня в любой момент. Например прошлой ночью я спал в ее кровати. И я часто так делаю. Если бы она хотела моей смерти, я бы здесь не стоял.

Джерридан приостановился на момент, обдумывая его слова, потом кивнул, соглашаясь. — Я готов допустить, что она не будет участвовать ни в каком заговоре с целью убить вас. Но что она говорит о вчерашнем нападении?

— Она убедилась, что мертвый убийца был черным драконом, — объяснил Тельвин. — Черные драконы — одно из самых низших племен, и многие из них становятся ренегатами. Откровенно говоря я верю, что они работали в одиночку. Драконы-ренегаты боятся меня больше любых других драконов, так как, согласно договору, у меня есть право убивать их. И, естественно, ренегаты мог ли бы объединиться с другими моими врагами, за плату или просто из-за ненависти ко мне.

— Но кто-то должен был превратить их в человеческую форму, — заметил Калестраан.

— Не обязательно. Карендэн сказала мне, что у большинства драконов из великих племен есть возможность становиться человеком или эльфом, а убийца, с которым я сражался, был могучим волшебником. Учитывая все обстоятельства я считаю, что один из них мог бы быть шпионом, в облике человека.

— Мне представляется, что вы, как обычно, защищаете драконов, — холодно заметил Джерридан.

— Но я не вижу ничего, что совершенно точно свидетельствало бы, что за этой атакой стоит Нация Драконов, — настойчиво сказал Тельвин. — Но даже если я не прав, попытка не удалась, и они знают, что теперь я буду очень осторожен и вряд ли им удасться застигнуть меня врасплох второй раз подряд. Так что я не вижу необходимости будоражить Парламент Драконов из-за дела, которое уже закончено, и к которому Нация Драконов, скорее всего, не имеет никакого отношения.

— У вас нет причин бояться драконов, — сказал Калестраан. — У вас есть преимущество над ними.

— Нет, наоборот. У них есть преимущество надо мной, — возразил Тельвин. — Они наверняка знают об этом, но первый Повелитель Драконов так напугал их, что они даже не думают о том, чтобы использовать его. Первый Повелитель Драконов, похоже, мог перемещаться с бешенной скоростью, во всяком случае не медленнее самих драконов; он охотился за ними и убивал без всякого сожаления. Я не унаследовал эту его способность, я даже не представляю себе, как он это делал. Карендэн дала мне возможнсть передвигаться достаточно быстро, но, конечно, она не будет служить мне в войне против Нации Драконов. Так что я ничего не смогу сделать с драконом, который не захочет сражаться со мной, пока я стою на земле.

— Но в любом случае вы можете зашитить самого себя, — заметил Джерридан.

— Да, но я сильно сомневаюсь, что смогу сделать что-нибудь еще, более эффективное. Драконы легко могут использовать свою подвижность против меня. Например, если они нападут на Браер, они успеют сжечь его большую часть задолго до того, как я окажусь там. Им нужно только держаться за пределами ударов моего меча, и они безнаказанно могут делать все, что захотят.

Джерридан потряс головой. — Я не могу оставить безнаказанным покушение на вашу жизнь. Драконы нарушили договор, так это выглядит, во всяком случае для меня, и я верю, что это можно доказать. Вы уже рассказали нам, что у драконов есть причины для жалоб на нас, якобы мы украли их какое-то там сокровище. И я считаю, что они попытались убить Повелителя Драконов, чтобы потом без опаски напасть на нас. Поэтому я вынужден рассматривать нападение на Повелителя Драконов как объявление войны. Я объявляю, что все драконы, находящиеся в королевстве и на Вендарианском Кряже должны улететь, иначе мы будем сражаться с ними насмерть. И я решил, что немедленно должен быть разработан план компании, в ходе которой Повелитель Драконов поведет армию в северный Хайланд.

Тельвин нахмурился, очень недовольный. — Тогда вы должны понимать, что Карендэн не будет участвовать в этих делах. И если мы выступим против драконов, тогда не будет вопросов, кто именно нарушил договор. И согласно условиям договора ей придется улететь.

— А вот это не наша забота, — сказал Калестраан. — И мы не можем терпеть шпиона Парламента Драконов рядом с нами.

Тельвин ответил не сразу, по-прежнему хмуро. — Вы ставите меня в очень трудное положение. Вы можете делать то, что вам заблагорассудится, но я не ваш подданный, и вы не можете приказывать мне. Если я не буду воевать и вообще улечу из Хайланда, то не нарушу своего личного договора с драконами. Тогда конфликт останется внутри Хайланда.

— То есть вы отказываетесь подчиниться мне? — спросил Джерридан, встав перед Тельвином с руками, скрещенными на груди.

Тельвин встал, собираясь уйти. — Возможно я должен сказать, что мне надо как следует все обдумать. Мой долг, как Повелителя Драконов — весь мир, а не только Хайланд. Если я решу, что вы ошибаетесь, собираясь напасть на драконов, тогда я не смогу помочь вам. И если действуя таком образом вы попадете в неприятности, вроде тех, что были пять лет назад, я, быть может, не смогу защитить вас. Я надеюсь, что вы полностью отдаете себе отчет в последствиях своих действий. По меньшей мере вы одним махом перечеркиваете пять лет работы по созданию союза против Альфатии.