Торарин Гуннарссон - Король-Дракон Мистары

Каренден внесла его в свое логово и послала слугу в дом за медицинскими препаратами. Когда все было готово, Тельвин отослал от себя доспехи. Теперь, наконец, он смог осмотреть свою рану. Он был готов к самому худшему, учитывая, что не только не мог пошевелить левой рукой, но даже не чувствовал ее. И действительно, магическое копье вошло в плечо и вышло со спины, так что удар разнес на куски ключицу, поломал левую лопатку и порвал кожу и мышцы. Немного дюймов вправо, и он остался бы без головы.

Без вмешательства магии Тельвин не мог даже надеяться когда-нибудь использовать руку снова. Но Карендэн опять воспользовалась своими талантами старшей жрицы, причем лечебное заклинание такой силы Тельвин вообще никогда не видел, и, похоже, Великий пошел ей — и ему — навстречу. В легендах всегда было заклинание или могучее зелье, способное поднять на ноги почти мертвого человека и, при этом, через мгновение он уже мог сражаться с врагами. Такие вещи наверно существовали, но могущественная целительная магия была очень редкой, и даже Карендэн не обладала ей. Тем не менее ее заклинания поставили на место куски костей, сплавили их вместе, восстановили порванные мускулы и сухожилия. Но даже после такого лечения Тельвину нужно было еще несколько дней, чтобы полностью придти в себя.

— Я должна вернуться к месту сражения, — сказала драконица, когда лечение было закончено. — Я должна понять, напали ли на тебя драконы, прикинувшиеся людьми, или преображение мертвого убийцы в дракона было грязным трюком, чтобы навести подозрение на драконов.

— Лично я подозреваю, что это на самом деле были драконы, — сказал Тельвин. — Тот, с которым я сражался, был невероятно силен. Неестественно сильный, и к тому же искусный воин и могучий маг. Все указывает на то, что это не смертный.

— Не смертный, возможно, не необязательно дракон, — возразила Карендэн. — Дракон может быть искусным воином, но в обличии дракона. Когда дракон переходит в человеческую форму и берет меч в руку, это вовсе не означает, что он способен его хорошо использовать. А ты сказал, что он делал это по-настоящему хорошо.

— Да, мне так показалось, — сказал Тельвин, пытаясь воскресить в памяти мгновения боя. — Он был силен и быстр, как…как дракон. Хотя, скорее всего, никаких доказательств не осталось.

— Я без малейшего труда узнаю правду, — мрачно пообещала леди-дракон. — А ты иди в дом и посмотри, как себя чувструет твоя подруга, но, как мне кажется, эту ночь тебе лучше провести со мной.

И Карендэн исчезла, отправившись на место боя, чтобы, без сомнения, напугать до полусмерти городскую стражу и еще оставшихся на улицах поздних гуляк, так как обычно она не появлялась на улицах города, особенно ночью. Сольвейг перенесли в ее комнату, и целитель сделал все, что было в его силах. Теперь он дал организму бороться самостоятельно, сделать свое дело прежде, чем он опять сможет использовать новые заклинания и зелья, чтобы шаг за шагом полностью вылечить ее.

— Перед ней длинная и трудная дорога, — объяснил он Тельвину. — По меньшей мере пять дней она не сможет ходить, а полностью восстановится не раньше, чем через месяц. Сегодня ночью я останусь здесь, все может быть, если будет поворот к худшему, то успею помочь.

— Но она точно восстановится? — с удивлением спросил Тельвин. — Я имею в виду, вернется ли к ней сила и ловкость воина?

— Да, конечно, — уверенно ответил целитель. — Время и соответствующее лечение, и она вообще забудет о том, что была так тяжело ранена. Но я должен сказать, что ваш дракон спас ей жизнь. Вы можете даже сказать, что, говоря технически, она была уже мертва, и дракон вернул ее обратно от самого края. В любом случае ей необходимо оставаться неподвижной, пока зелья делают свое дело. Вы можете войти и посмотреть на нее.

Тельвин осторожно открыл дверь и вошел внутрь. Сольвейг находилась на большой груде подушек, которые сохраняли ее тело в полусидячем положении. Небольшая лампа бросала мягкий свет на столик рядом с ней. Она была вся в повязках и одета в простое белое платье, и казалось, выглядит не намного хуже, чем обычно, если не считать того, что ее лицо было необычно бледным и усталым.

— Убийца таки достал тебя? — спросила она.

— Магическое копье, — объяснил он, садясь на стул рядом кроватью так, чтобы глядеть ей в лицо. — Карендэн сказал, что через несколько дней я буду в порядке.

— Мне сказали, что твой дракон спас мою жизнь, — заметила Сольвейг. — Боюсь, что я вообще не помню, как это произошло. Я…на меня это произвело впечатление.

— Послушай, я даже не могу тебе сказать, как я огорчен, — горячо сказал он. — Я чувствую себя так, как если бы все это результат моей ошибки, нет не ошибки, а гордости и тщеславия.

— Нет, это не твоя вина. Вспомни, я сама напросилась. Если бы ты пошел на прием один, как собирался, я никогда бы не оказалась в опасности.

— Ну, теперь я хорошо выучил урок, — уверил ее Тельвин. — Больше я никогда не надену сапоги, даже на королевскую свадьбу.

Сольвейг хотела засмеяться, но оказалось, что это слишком больно. — А ты уверен, что он собирается это сделать? По моему он сказал, что собирается вернуть ее тебе.

Тельвин не обратил внимание на ее слова, уверенный, что это шутка. — Тот, которого ты убила, после смерти превратился в черного дракона, — сказал он ей. — Вот почему они сражались с такой силой. Карендэн отправилась проверять, действительно ли они были драконами, принявшими человеческую форму. Если это были, например, драконы-хулиганы или ренегаты, то для них это был лучший шанс избавиться от меня. И им это почти удалось.

— Я надеюсь, что теперь ты понимаешь, что не можешь действовать в одиночку, — сказала Сольвейг. — И, кроме того, неужели ты считаешь, что они совершенно случайно напали на тебя именно в ту единственную на протяжении многих месяцев ночь, когда ты был уязвим? Кто-то должен был сообщить им, что в течении нескольких часов ты не сможешь надеть наспехи.

— Я не верю, что это Карендэн или в это дело вовлечен Парламент Драконов.

— Я тоже не верю в это, — сказала она. — Карендэн слишком любит тебя, чтобы предать, даже если десять парламентов будут просить ее об этом. Но не забывай о том, что у тебя есть враги не только среди драконов, и некоторые из них уже нападали на тебя раньше. С другой стороны в эти дни ты не слишком популярен среди Альфатиан, например. Быть может им каким-то образом удалось привлечь к исполнению своих планов драконов-ренегатов. И если так, то, несмотря на провалившуюся попытку убить тебя, они могут попробовать повторить то же самое с королем. По меньшей мере эти двое убиты.