Барб Хенди - Об истине и зверях

Он отвернулся от колеса телеги и встал, уперев руки в бока, как будто не собирался тратить время на приветствия. Но увидев ее спутников, он явно растерялся. Он был высок, как Чейн, и также чисто выбрит, с длинной, золотисто-рыжей косой, спадающей на спину и повязанной потёртой золотистой лентой.

Винн вежливо поклонилась ему.

— Я странница Хигеотрт из Гильдии Хранителей Колм-Ситта.

— Колм-Ситта? — повторил он, с акцентом растягивая гласные. — Вы проделали долгий путь от дома.

— Да. Я доставляю официальное сообщение премину миссии Гильдии Лхоинна. Какие-либо фургоны направляются туда?

— Что вы можете предложить за проезд? — спросил он прямо.

— Охрану, — вмешался Красная Руда, показав на себя, Чейна и даже Тень.

Он уже казался слишком настойчивым — особенность гномских торгов. Но Винн надеялась, что всё обойдётся.

— У нас уже есть охранники, — Адрино вернулся к изучению колеса, но перед этим цепко осмотрел Красную Руду и Чейна.

— Не такие, как мы, — категорично заявил Красная Руда. — Даже близко.

Его поведение возымело ненужный эффект. Винн была почти уверена, что вождь не хочет продолжать торги. Красная Руда обычно был довольно силён в этом. Адрино же ясно видел, что единственная выгода в такой ситуации будет для гнома, и лоб вождя каравана наморщился.

Винн собиралась уже вмешаться, но вдруг Чейн спокойно сказал:

— Мы возьмем на себя ночные часы. Ваши охранники отдохнут для дневной смены.

Адрино внимательно посмотрел на него:

— Вы будете ночным патрулём? Вы знаете, что нужно делать?

— Да, и к тому же, у нас есть… волчица. Она хорошо обучена.

Винн зажала рукой пасть Тени на случай, если собака поняла, что он сказал.

Адрино наконец кивнул.

— Хорошо. Мои люди смогут больше спать, но у вас должен быть собственный транспорт и провизия. У нас нет мест, а уезжаем мы на рассвете.

Когда вождь каравана ушел, Чейн наблюдал, как выражение лица Винн стало встревоженным. У них еще не было фургона, а город будет закрыт на ночь.

— Я раздобуду фургон и лошадей, — заверил он ее, оглянувшись на путь, которым они пришли. — Ты и Красная Руда попытайтесь найти побольше еды на ближайшем рынке.

— Разве не я должен иметь дело с торговлей? — осведомился гном и скрестил руки на груди, все еще держа посох, как будто неудача задела его.

Обычно он был бы прав, но Чейн не собирался соглашаться на любой фургон. У них впереди все еще был долгий путь, Винн должна найти подсказки в Лхоинна и развскать остатки давно забытого ситта. Они не могли позволить себе купить абы какой фургон.

— Свежие продукты тоже важны, — сказал он Красной Руде. — Помоги Винн.

Если эта лесть подействовала на гнома, он не показал этого.

— Идём, — сказала Винн. — У нас только сегодняшний вечер. После встретимся здесь.

Коротко взглянув на Чейна, Красная Руда последовал за Винн и Тенью к городу.

Чейн пождал, пока они не уйдут из поля зрения, а затем направился к берегу. Стоянка каравана в предместьях города была не единственным местом, куда доставляли груз из порта. Он держал путь вдоль южного конца береговой линии, пытаясь разглядеть какую-нибудь крупную конюшню рядом со складами. Это не заняло много времени.

Он нашёл подходящее место у проселочной дороги и осмотрел все ближайшие улицы. Проверив широкие устойчивые ворота, он обнаружил, что они заперты и даже не двинулись под его весом. Факт, что они были заперты изнутри, принес ему некоторое облегчение. Это означало, что был другой выход — или вход. Значит, владелец закрыл их на ночь, и, следовательно, ему понадобился другой выход.

Ближайшие люди были в двух кварталах отсюда, и он скользнул вокруг здания, вниз по переулку. Задняя дверь конюшни была заперта на навесной замок. Потребовалось немного усилий и шума, чтобы сместить пластину от дверного косяка.

Внутри его приветствовало мягкое шуршание, наряду с запахами кожи, сена и навоза в пыльном воздухе. У задней стены были свалены в беспорядке вилы и тюки сена, но черный мерин и гнедая кобыла стояли в ближайших стойлах. Они были самыми молодыми и здоровыми из всех шести лошадей. Он нашёл упряжь у передней стены и взял пару поновее. Но относительно фургона у него не было такого выбора.

Единственной повозкой внутри была большая, двухколесная телега. Вряд ли это было единственное транспортное средство рядом с доками, шестью лошадьми и множеством упряжи.

Чейн вышел и обошёл конюшню вокруг. У левой стены он нашел большой фургон и поторопился осмотреть его.

Облучок был длинным и крепким. Борта были обшиты досками, рядом высились скобы для брезента. Свернутый холст обнаружился уложенным под сиденьем. Фургон подходил идеально, за исключением двух вещей.

Левое, оббитое жестью колесо было приковано цепью к железному кольцу, вделанному в булыжники переулка. Чейн решил не ломать его, пока не будет полностью готов уехать. Другая проблема стала очевидной, когда он вернулся к задней двери конюшни.

Чтобы запрячь лошадей, он должен будет вывести их к фургону. Он ожидал, что сделает это внутри, а затем просто откроет главные ворота и уедет. Теперь он должен будет запрячь двух лошадей, одну за другой, в открытую. Если его заметят, то могут подвергнуть сомнению его действия.

У него не было времени, чтобы искать в другом месте, понадеявшись на что-то более доступное. Кроме того, даже если кто-то на рассвете обнаружит, что фургон и лошади пропали, то вряд ли проследит его от стоянки каравана с их фургонами и упряжами. Он просто должен поспешить и закончить, чтобы его не заметили.

Чейн кинул упряжь на облучок фургона и вернулся в конюшню, чтобы вывести черного мерина. Тот последовал за ним без возражений, и он спокойно запряг животное. Он поторопился назад за гнедой кобылой, но она тихо фыркнула, когда он взялся за ее повод.

— Тсс, — протянул он, поглаживая ее бархатный нос.

Она вышла вслед за ним, и он поставил её рядом с мерином. Когда он принялся за дело, запрягая ее, протяжный скрип прокатился по тихому переулку.

— Кто здесь? — спросил мужской голос.

Чейн скользнул вокруг фургона и замер у противоположной стены здания.

Шаги приблизились, и коренастый человек с темной бородой и стянутыми на затылке волосами, прорезанными сединой, подошёл к нише за углом. Он остановился, сразу увидев Чейна. Сначала, он казался больше удивленным, чем обеспокоенным. Возможно, воровство не было распространено здесь.

— Что ты делаешь? — спросил он, и когда Чейн не ответил, его лицо помрачнело. — Не двигайся!

В другом месте обычный охранник уже звал бы стражу.