Ирина Цыганок - Несбывшееся пророчество

Граф в итоге оказался прав: не успел пыльный след осесть за отмаршировавшими полками, как в небе над Враном появилась парочка драконов, сверкнув чешуей на солнце, они сделали круг над лагерем, так, впрочем, и не спустившись на высоту огненного удара, а затем полетели вслед за брадизанской колонной.

Дальновидный граф не рискнул медлить дольше. После непродолжительного совещания с оставшимися командирами он накинул на плечи генеральский плащ, кликнул знаменосца – нести белый флаг – и со скромным эскортом двинулся к главным воротам города. «Так рушатся самые прочные здания, стоит лишь выдернуть пару камней из фундамента…» – про себя шептал он.

Маг вернулся слишком быстро. Анелла так ничего и не придумала. Тем более что Эрсторген совсем не помогал ей. Вейл-Верлейн стремительно прошагал мимо кинувшейся к нему жены, не слушая ее робкого бормотания, открыл дверь в комнату пленника. Створка с грохотом затворилась за его спиной, заставив содрогнуться бедную принцессу.

– Добрый день, мой дорогой… гость!

Эрсторген никогда вблизи не видел мага ни в одном из его обличий. Сейчас перед ним стоял плотный мужчина лет сорока, с черными курчавыми волосами и приятной улыбкой. Он уже собирался подключить магическое зрение, но тут колдун, сделав пасс рукой в сторону двери («Налагает заклятие», – сообразил дракон), на глазах стал превращаться в рослого седовласого старика… илинет, не в старика, но все же теперь маг выглядел куда почтеннее и значительнее. Белоснежные седины обрамляли удлиненное лицо с яркими, но правильными чертами. Глаза… Пожалуй, глаза глядели чересчур пронизывающе. Ну до ведь перед ним был Председатель Магического Совета, а не заштатный ведьмак из забытогоТворцом селения. В общем, вопреки всему, первое впечатление у Эрсторгена о своем пленителе сложилось положительное.

– Позвольте представиться. – Маг величественно наклонил голову. – Я – Верлейн, один из Девяти. Не люблю громких титулов, но считаю, вы вправе знать, с кем имеете дело. О вас мне тоже известно достаточно. Скрывать не стану, я считаю ваше пленение большой удачей и, так как вы весьма ценный заложник, готов предоставить вам в своем замке все возможные удобства!

– Если вы ожидаете, что моя мать сдаст из-за меня Вран, то вы ошибаетесь!

– Ну что вы, молодой человек, – на лице мага читалось искреннее возмущение, – я и не собираюсь я требовать ничего подобного! В конце концов, выигрывать битвы шантажом неблагородно! А я человек старых правил, я еще в таких войнах участвовал… Впрочем, вам это, конечно, не интересно. Извините, это у меня стариковское – тянет поговорить о давних временах. Буду честен. Я уже встречался с вашей матушкой и ее… э-э-э… главнокомандующим, мы пришли к соглашению: ваша свобода в обмен на участок земли и башню здесь, в Урфии. Ваша семья владеет наделом на нашей территории, рядом с морем. Оль-Герох, слышали?

– Да. И это все, что вам нужно?!

– В общем, да!

– А как же Вран, война?

– Это долгий разговор. – Верлейн покачал головой. – Если хотите, продолжим за ужином. Приглашаю через час в нижнюю гостиную. Кстати, в пределах замка вы совершенно свободны. Не хочу излишне сковывать вашу свободу, но вот перекидываться в дракона, извините, позволить не могу. В таком виде мне, боюсь, с вами не совладать. – Маг развел руками и обезоруживающе улыбнулся. – Приходите. Скучно ужинать в одиночестве.

Нижняя гостиная оказалась уютной комнатой, больше напоминающей кабинет. Круглый обеденный стол, пара поставцов, но вместо посуды на полках – книги. Стены завешаны старинными картами и странными рисунками, тиснутыми на выделанной коже.

– Так вот, о войне, – продолжил прерванный разговор Верлейн, когда молчаливый лакей поставил перед каждым по блюду с фаршированными рябчиками и гарниром из речной моркови, наверное, с вашей точки зрения, арканская экспансия выглядит ужасно. Но я живу слишком долго, чтобы мыслить такими ограниченными категориями, как интересы отдельно взятой страны. Куда важнее благополучие всего Мира. Не спешите возмущаться, юноша, – маг поднял руку, предупреждая возражения Эрсторгена, – мне по большому счету все равно, кто правит тем или иным княжеством и какие проводит законы. Но я уже говорил вашей матушке: мана исчезает из Мира, и всякий правитель, кто позволяет неучам бездарно растрачивать ее на магические фокусы, – преступник. Вот почему я поддержал Эдаргена, поставившего цель искоренить в своем королевстве волшебство. Мало кто понимает – вместе с магической энергией из Мира исчезнет и жизнь. Думаю, сам Мир будет разрушен.

Маг отхлебнул вино из золотого кубка. Торки между тем уплел свою пару куропаток и принялся за следующую, услужливо поданную расторопным слугой.

– А моя мать знает об этом?

– Конечно! Я сообщил обо всем правительнице и этому вашему… – как его? – Хаэлниру еще несколько недель назад. Я и сам не в восторге от действий его арканского величества. Но выбор, как вы должны понимать, невелик. Жаль, что я не сумел переговорить с вашим батюшкой. Я слышал об их размолвке с правительницей, но, надеюсь, это не повлияло на ваши отношения с отцом?

– Слышали? – Эрсторген не мог скрыть удивления.

– Да, госпожа Мирра не сочла нужным скрывать, что ее привязанности перешли… в другое русло. Да, собственно, слова были и не нужны довольно было одного взгляда на нее и повелителя Хаэлнира…

Молодой дракон отодвинул блюдо с недоеденной дичью.

– Я не хотел бы обсуждать здесь поведение моей матери! – прямо глядя в угольные глаза Верлейна, заявил он.

– О, конечно-конечно, простите старика! Любовь, ревность – все это осталось у меня в далеком прошлом, я, признаться, и позабыл, как они способны ранить сердце. Я, знаете, тоже недавно женился. Да вы, верно, уже познакомились?! Я просил Анеллу позаботиться о вас в мое отсутствие. Она добрая девочка, но страшно скучает с таким стариком, как я.

– К чему тогда было жениться?

– Наш брак с принцессой Урфийской – всего лишь союз интересов. Мне требовалось придать видимость законности своему наместничеству в Урфии. Народ здесь сильно привержен традиции, в том числе и династической. Простое назначение наместника могло привести к затяжной гражданской войне, новые жертвы… Как уже говорил, я не сторонник чрезмерного насилия. С другой стороны, выйдя замуж, бедняжка Анелла смогла покинуть монастырь Белых сестер, где ее держали взаперти последние несколько лет.

– Почему?

История принцессы явно заинтересовала дракона.

– Дворцовые интриги, – маг пренебрежительно взмахнул рукой, – до того довели бедняжку – от собственной тени шарахается. Надеюсь, хоть с вами немного оттает. Монастырское уединение не напользу молодым женщинам.