Багровое сердце - Марк Райнер

колоннами. На зелёной, чуть увядшей от мороза траве, лежал крупный искрящийся иней, и в его мельчайших кристаллах, как в разбитом на миллионы кусочков зеркале, отражалось прозрачно-голубое небо с редкими зимними облаками.

По пустой узкой улице, мощенной скользкими бежевыми плитами, шла шумная компания: дозорные третьего отряда отправлялись на утренний обход.

Впереди, смеющейся пестрой толпой шли ученики. Чуть за ними, по-одному или по-двое, кутаясь в плащи шествовали молодые маги. В хвосте колонны, чуть подотстав от остальных, шли Киба, Арти и Шерин.

— Не погода, а чёрт знает что!.. — ворчал болотный маг — думал, ещё разок искупаемся…

— А я люблю зиму, — Арти скатал снежок и запустил им в резной медный флюгер, стоявший на мансарде одного из домов. Потемневшая стрелка отчаянно закрутилась, — там, где я жил, зимы всегда очень мягкие. Морозов почти не бывает, зато снега — целые горы…

— Мне тоже зима нравится, — поддержала его Шерин, — всё вокруг сразу таким тихим, загадочным становится.

— К чёрту вашу зиму и ваш снег. Я тепла хочу, — пробубнил Киба, — это горы, ребятки. Посмотрим, как вы запоёте, когда ударят настоящие морозы.

— Ну вот ударят, сразу прибежим к тебе, в ноги упадём, покаемся и скажем, что ты был прав. А пока наслаждайся прохладой, — парировал Арти, — не грусти, — добавил он, поймав мрачный взгляд друга, — в лесу всегда теплее. Да и ветер нас не достанет.

Так, незаметно за разговорами, они подошли к городским воротам. Перейдя по обледенелому мосту, дозорные свернули на еле заметную под снегом тропинку и очень скоро углубились в самую чащу.

Зимний лес встретил их сонно качающимися ветвями. Занесённые снегом ели замерли по обеим сторонам от тропки. Потемневшие от мороза кусты спешно роняли пожухлые листья. Где-то под облаками, в зеркальной вышине бился и гудел ветер, но в чаще леса было безветренно и спокойно. Киба заметно повеселел.

— Не так уж и плохо на улице! — молодой волшебник поддел ногой высокий сугроб и, хохоча, нырнул в вихрь оседающего снега, — а давайте праздник устроим. У меня есть ром, — Киба многообещающе тряхнул котомкой, — ещё печёные яблоки, жареная картошка и гусиный паштет.

— Ты обжора, — Арти кинул в Кибу снежком, но тот ловко отпрыгнул, — хотя идея мне нравится. Ты как, Шерин?

— Я не против, — девушка улыбнулась, — только давайте не на поляну, не хочу туда.

Все замолчали: недавняя история с волком, хоть они больше и не говорили о ней, глубоко засела в памяти у каждого. У неё были последствия, причём отнюдь не такие, каких ждали все трое: выслушав сбивчивый рассказ о случившемся, наместник похвалил молодых магов и даже пообещал подумать над их переводом в войско, но пока что дальше обещаний дело так и не сдвинулось.

— Здесь неподалеку есть замечательное маленькое озеро, — Киба свернул с дороги и, треща кустами, двинулся в чащу, — давайте за мной. И не отставайте, заблудитесь.

— Ты, главное, сам не заблудись, — Арти спустился с тропинки и подал руку Шерин, — идём.

Минут двадцать они бродили по заснеженным склонам, то выходя на выбеленные снегом поляны, то ныряя в душные чащобы с вялой, пожелтевшей травой и плотно растущими соснами, низкими и кривыми.

Наконец они спустились в неглубокий, поросший мхом овраг. Заснеженный лес расступился перед ними, и трое друзей вышли на берег маленького прозрачного озера, окаймленного полумесяцем песчаного пляжа и десятком белесых пятнистых валунов. Шерин восторженно вздохнула и сжала пальцы Арти. Молодой маг густо покраснел — внезапно он понял, что всё время, пока они шли через чащу, он не отпускал руку девушки. Поспешно и неловко он высвободил свою ладонь из её теплых пальцев.

— Место шикарное, ага? — Киба кинул котомку на неглубокий снег и прошелся по кромке берега, похрустывая тонкой корочкой льда, — Вельдис показал, когда колдовать учил. Ещё в том году…

— В том году? — Арти бросил на него удивленный взгляд, — сколько ты учился?

— Около двух лет, — чародей гордо приосанился, — у каждого свой срок, Арти, тут от таланта зависит. Кто-то учится и по семь лет, но знает самые основы. Мне хватило всего двадцати месяцев… Эй, чего ты на меня так смотришь?

— Нет-нет, тебе показалось, — чародей живой земли протестующее замахал руками, — давайте уже присядем.

Болотный маг пожал плечами и расстегнул котомку.

Картошка в котелке была еще тёплая. Киба открыл фляжку с ромом, и все трое по-очереди отпили из неё. Арти достал из необъятного нутра котомки сморщенное печёное яблоко и с наслаждением откусил половину.

Шерин вскоре ушла гулять по берегу озера, а Киба вместе с Арти остались сидеть у воды, передавая друг другу медленно пустеющую флягу.

— Чего задумчивый такой?

— Не знаю. Может, я не гожусь в боевые маги, — Киба отпил немного рома и зажмурился.

— Наместник нас хвалил, — возразил Арти.

— Ага, — кудрявый толкнул его в плечо, — только ты соврал ему: будто мы этого волка втроём убили.

— Так и было, — спокойно ответил маг живой земли, забирая фляжку, — будь я один, он разодрал бы меня на тряпки.

Киба мрачно пожал плечами и уставился на воду.

— Думал, чем займёшься, когда война закончится? — спросил он.

Артлин не ответил.

— Ферма, — вдруг сказал чародей болот, — я уже решил: построю ферму. Представь, — он мечтательно закатил глаза, — хозяйство своё, овощи, фрукты, соленое мясо в погребах…

Вернувшаяся Шерин встретила эти слова смехом, и Артлин присоединился к ней. Залившись хохотом, они упали на присыпанный песком снег. Киба тоже рассмеялся и плеснул на них ромом.

— Я не могу! — Арти поднялся с земли и с трудом перевел дух, — у тебя одна жратва на уме... Хотя… Знаешь, — волшебник вдруг перестал смеяться. Улыбка медленно сошла с его лица, — ты хотя бы чувствуешь, что тебе нужно. А я — да чёрт его знает… Может, отправлюсь странствовать, как всё кончится. Или останусь в Мистрадине, или может… не знаю.

Арти окончательно помрачнел. Взяв из рук Кибы фляжку с ромом, он сделал большой глоток.

— Не грусти, — Шерин села рядом с поникшим магом и обняла его за плечи, — всё уляжется, наступит мир, и ты увидишь дорогу, по которой пойдёшь. Это ведь будущее,