Василий Жеглов - Вервольф

— Поехали! Доложишь по пути, в карете, — не останавливаясь, приказал Вейдж.

Карета уже стояла перед главными воротами. Как только она сорвалась с места, посыльный начал докладывать:

— В середине 5-го часа из посольства вышел фельдъегерь в сопровождении трёх морских офицеров. Через несколько минут один из них бегом вернулся в посольство, ещё через несколько — во всех окнах зажёгся свет, и из здания выбежали двенадцать вооружённых охранников. Вслед за ними выехали карета и две крытые повозки в сопровождении полувзвода охраны в тяжёлой броне. Первый лис Докс послал за ними хвост, тот довёл их до улицы Вязов, где салийцы выставили оцепление вокруг одного из домов. Скрытно проникнуть в дом было невозможно, но через окна и двери удалось разглядеть трупы в прихожей, холле и в одной из комнат — не менее восьми. Старший лис Докс принял решение вызвать на место патруль городской стражи и послать за вами, господин тёмный лис.

— Молодец, чётко излагаешь. — Вейдж с некоторым удивлением для себя обнаружил, что он совершенно спокоен. Что ж, у него и в самом деле не было иного выхода, как принять предложенные оборотнем правила игры. Лис прекрасно понимал, что Винс посвятил его лишь в малую часть своего плана, и молил Шаура о том, чтобы тот укрепил его духом и дал силы разобраться в остальном…

Карета ещё только приближалась к злополучному дому, а Вейдж уже почувствовал напряжённость обстановки, которая, казалось, пропитала всё вокруг — даже воздух. Когда карета остановилась у дома, лису открылась картина противостояния, грозящего взорваться в любое мгновение: у входа в дом стояла шеренга тяжело вооружённых салийцев из охраны посольства, а напротив них, лицом к лицу — семеро патрульных из городской стражи. Арбалеты тех и других были взведены, захваты мечей в ножнах ослаблены, сами ножны передвинуты на перевязях в положение «изготовиться к бою», глаза солдат только что не слезились от напряжения — так внимательно они фиксировали каждое возможное движение противника.

К Вейджу подбежал офицер с бляхой квартального на груди:

— Господин тёмный лис, докладывает квартальный офицер Юс! Дом захвачен вооружёнными салийцами. Они отказываются пропустить нас внутрь! Какие будут указания?

— Для начала — пусть твои люди сделают шесть шагов назад. Только медленно, спокойно и не оборачиваясь, — приказал Вейдж.

Повинуясь команде квартального, стражники отступили от дома, и тёмный лис подошёл к входной двери. Безошибочно выделив среди салийцев старшего, он спросил:

— Кто из вас говорит по-грайворски?

Эту фразу на салийском Вейдж помнил ещё со времён войны с Аурией: среди захваченных в плен частенько попадались салийские добровольцы, хоть и считалось, что официально империя сохраняла нейтралитет в той войне.

— Подождите! — на ломаном грайворском ответил офицер, пролаял что-то своим солдатам и скрылся в дверях.

Через минуту в дверном проёме появился салиец:

— Я — переводчик посольства Салийской Империи в Грайворе. Кто вы и что вам нужно?

— Вейдж, тёмный лис при дворе короля Грава XIII, — церемонно кивнул лис. — Что здесь происходит и на каком основании вооружённые солдаты Салийской империи захватили здание на территории Грайворского королевства?

Переводчик обернулся, обменялся парой фраз с кем-то из находившихся внутри дома, после чего сделал шаг в сторону и предложил Вейджу войти в дом.

Как бы ни был лис подготовлен разговором с оборотнем, но то, что он увидел внутри, повергло в кратковременный шок даже его: такого жестокого побоища он не видел со времён захвата Астура и отдания его «на поток и разграбление» степнякам-наёмникам. В холле вповалку лежали тела, в воздухе стоял чуть сладковатый запах крови, которая пропитала покрывавшие пол ковры настолько, что они местами чавкали под ногами салийцев, деловито сновавших из угла в угол с какими-то папками, ларцами и бумажными свитками. А ещё, в воздухе стоял тошнотворный запах содержимого кишечников — у нескольких трупов были распороты животы.

Один из имперцев шагнул навстречу. Его грайворский был почти безупречен — если не обращать внимания на крайнюю степень враждебности интонации, с которой он процедил:

— Я — первый секретарь посольства богоравной императрицы Салии в Грайворе, барон Ойба э'Илом. Час назад в этом доме убит светлейший посол барон Ямин э'Батим-и-Ажа, да отдыхает его чистая душа в мире и покое. Мы находимся здесь, чтобы не допустить осквернения неверными святынь, находившихся в распоряжении покойного. Кроме того, мы намерены перевезти в посольство документы, с которыми работал посол, и забрать его тело, дабы похоронить его в священной земле Великой Салийской Империи. По поручению вице-посла я веду расследование этого чудовищного злодейства.

Барон не приветствовал Вейджа церемониальным поклоном, как то было положено по этикету, и дистанция, на которой он остановился перед лисом, была слишком короткой — почти на грани неприкрытой агрессии.

— Я уважаю религиозные чувства салийцев, господин барон. Я знаю также, что вы отвечаете за безопасность в посольстве, и ценю ваше служебное рвение, но не лучше ли оставить расследование преступления местным профессионалам? — сухо осведомился Вейдж.

— Не лучше, господин лис! Я должен донести до Великой Императрицы правду — а не фальшивку, истинную картину того, что стоит за происшедшим — а не ту гнусную ложь, которую вы подсунете посольству, притворившись, будто провели беспристрастное расследование! — прошипел салиец, приблизив своё лицо почти вплотную к лицу лиса.

— Вы только что сделали заявление, оскорбительное для королевства Грайвор, барон. Кроме того, вы задели и меня лично, оскорбив мою профессиональную честь и достоинство. У вас должна быть веская причина для подобного поведения. Каковы ваши основания полагать, что результаты следствия грайворской стороны будут сфальсифицированы? — голос Вейджа похолодел.

— Не вам говорить мне о чести, господин нюхач! Не думайте, что нам не известно о заговоре, который плели ваши люди против нашей великой страны! И будьте спокойны, мы изложим эти основания по официальным каналам, как того требует дипломатический протокол. А пока — пока полюбуйтесь на дело ваших рук. Вы ведь именно за этим и пришли сюда? — барон картинно описал кистью руки полукруг, но при этом остался на месте, заступая Вейджу дорогу в дом.

— Я не понимаю, о чём вы говорите. Давайте-ка лучше вместе осмотрим место происшествия…

— Я уже осмотрел его, господин заговорщик. Барон Ямин был убит настоящими профессионалами. Всё подстроено так, чтобы преступление выглядело как нападение с целью грабежа: преступники взломали дверь, убили охрану и несчастного барона, под пытками выведали у него место хранения драгоценностей, но вынести их не успели, потому что «совершенно случайно» в этот момент рядом проходил патруль городской стражи. Силы стражников и нападавших были примерно равными, и в схватке погибли все. Посольский фельдъегерь и офицеры посыльного пакетбота застали здесь только мёртвых и умирающих. Когда приехал я — двое стражников и двое налётчиков ещё дышали, но были без сознания. А сейчас — и они уже мертвы. И никто никому ничего не расскажет, правда же? Вы только одного не учли — я ведь тоже профессионал. Посмотрите-ка вот на этих, лис… Узнаёте кого-нибудь? — барон шагнул в сторону и развернулся вполоборота.