Андрей Верхола - Танец власти

— Конечно, ведь если в каждой деревне я буду «отдыхать» по несколько недель, то к эльфам мы доберемся не раньше чем через год. — Пошутила Лианна.

— Илрон, — произнес маг вволю отсмеявшись, — ты сильный маг. Один раз в неделю связывайся со мной, и рассказывай о ваших приключениях. А я буду рассказывать тебе те новости, что смогу узнать.

— Хорошо.

Прежде, чем пуститься в путь к магу подошел Мойше, и снял с пальца старый платиновый перстень, сделанный в форме черепа.

— Берегите его. А когда придет время Илрон свяжется с вами. Он передаст через вас послание, которое вы передадите в Умер — город умертвий. Здесь не далеко есть заброшенное кладбище. Ты его должен знать. Оно находится на вершине ближайшей к вам горы. — Маг утвердительно кивнул, давая понять, что знает, о чем говорит умертвие. — Так вот, на кладбище отыщи шестую могилу третьего ряда справа. Она увенчана каменным крестом. Наклони крест вправо, и когда услышишь щелчок, перед тобой откроется тоннель. Иди в него. На первой развилке поверни направо, а потом иди прямо. Запомни это, ведь свернув один раз не в ту сторону — навеки останешься в наших подземельях. Ты придешь к дому старого Умата. У них всегда кто-то есть дома. Они и передадут послание в Умер. Но помните, Умат еще более голоден, чем наш Изе, поэтому возьмите гостинец для него. Лучше будет, если этим гостинцем окажется поросенок, или баран. Покажите им мой перстень, и скажите, шо у вас с очень срочное послание к президенту.

— Кажется ничего сложного, — ответил маг, — вот только, что это будет за послание?

Мойше пожал плечами:

— А мне откуда знать? Я ведь не маг, и не умею предсказывать будущее. Но сами подумайте — мир сошел с ума. Нам нужна будет помощь. В этом я уверен.

— Не легче ли будет попросить помощь у людей, или у других народов Материка? — Возмущенно спросил Илрон.

— Ага, Орон уже допросился помощи, или ты забыл? Извини, но из всех людей я доверяю лишь этому магу. А из других народов лишь Лианне. К тому же, умертвия придут на помощь в два раза быстрее, так как нам не нужен сон.

Друзья попрощались и пошли в путь.

Дорога плавно спускалась, что бы потом опять подняться вверх. Петляла между горами, и многочисленными горными потоками. Весна везде вступала в свои права: пели птицы, зацветали весенние цветы, наполняя воздух своими ароматами. А где-то у, у подножья гор, люди выходили на поля, и с удивлением смотрели на пятерку путников, идущих горной тропой.

— Илрон, — обратилась к магу Лианна, когда ей надоело молчание. — Ты ведь никогда не был сильным магом. Как тебе удалось связаться с той девушкой?

Юноша некоторое время молчал.

— Понимаешь, Лианна, дело в том, что любое действие, будь-то магия, наука или простая работа, должно соответствовать нашему характеру. Хотя, ты должна понимать это лучше чем я, ты ведь оборотень. Вот и получается, что в боевой магии мой уровень чуть ниже, чем самый низкий. Ведь я никогда не любил драк и войны. Впрочем, как и ты. Но с другой стороны, природа компенсирует недостатки. Ты должна знать, что умные люди в большинстве не бывают сильными физически, и наоборот. Так случилось и со мной. Отсутствие таланта к боевой магии с лихвой компенсировала мирная магия.

— Тогда почему ты поступил на кафедру боевой магии? — Спросил Мойше.

— Не знаю, возможно потому, что это круто. В нашем мире мирная магия не в почете.

— А вы желаете славы? — Спросил отец Михаил.

— Когда-то, до знакомства со всеми вами, я действительно мечтал о величайших подвигах, кровавых битвах и славе.

— Как это банально, и характерно для молодежи… — Ответил Изе, пытаясь поймать мышь, которая пробежала у его ног.

— А сейчас о чем ты мечтаешь? — Спросила Лианна у мага.

— Не знаю, о том же, о чем мечтают все нормальные люди. О спокойной жизни в собственном огромном и уютном доме, и что бы рядом была любимая жена и много детей. Иметь много денег и жить счастливо.

— Никогда не могла понять, в чем смысл ваших денег. Что это такое?

— Деньги? Это то, что помогает нам обеспечить себе спокойную, тихую жизнь. То, что помогает нам осуществить свои мечты.

— И многим они помогли? — Спросил отец Михаил. — Ведь лишь единицы имеют много денег. Остальные же прозябают в нищете, вынужденные работать день и ночь, дабы не умереть голодной смертью. А тот, у кого появляются деньги, хочет иметь их еще больше. И тогда он уже не разбирается в методах. Ради денег обманывают, грабят и даже убивают. Деньги, они как наркотик, и даже хуже. Я бы сказал, что деньги — это зло, простой способ, придуманный Сатаной, для того, что бы искушать людской род. Толкать их на грехи, что бы потом поживиться их душами.

— Тем не менее, и ты, Мисько, пользуешься этим злом. — Коротко ответил приставнику Изе, когда пережевал пойманную мышь. — Ты уж меня извини, но только Волки обходятся без денег, и то в пределах своей страны…

«В данный момент времени, на Материке существует несколько экономических систем, которые мирно уживаются. Так, каждая раса имеет свои деньги, которые приняты на территории их обитания. У людей это золото, серебро и медь. У гномов — платина и рубины. У драконов — алмазы. У троллей — бериллит. У орков — сплав хрома, железа и никеля. У эльфов — драконьи когти. Лишь у оборотней нет денег. На территории Вольстрима действует другая экономическая система…

— Как это возможно? — удивился Илрон.

— Очень просто, — ответила девушка-оборотень, — наше мировоззрение сильно отличается от мировоззрения других народов. Стая с незапамятных времен жила по канонам справедливости, это и есть единый закон Стаи. Тех, кто осмелился нарушить этот закон, отправляют в вечное изгнание, или убивают. Это отобразилось и на нашей экономике. Каждый взрослый Волк делает свою роботу в меру своих сил. За это он может взять себе все, что ему нужно, в необходимых количествах. А если чего-то и нет в данный миг, его всегда можно заказать.

— А если я хочу взять чего-то больше, чем мне нужно? — Не сдавался Илрон.

— А зачем? — Удивилась Волчица. Такой подход к делу был чужд ей. — Волки так не поступают.

— Ну а все же?

— Подумай логически. Например: до своего изгнания я занималась воспитанием Щенков. Это была моя робота, которую я делала. На наших детей я тратила больше половины своего времени. Естественно того, что оставалось мне не хватило бы для обеспечения себя. Добыть пищу, одежду и все самое необходимое. Но в то же время, когда я занималась детьми, их родители охотились, разводили скот, выращивали зерно или пекли хлеб, делали оружие или полезные вещи, шили одежду. У них не было времени на все остальное, лишь на свою роботу. Так и получается, каждый из нас делает часть всей Стаи. Он делает это не только для себя, но и для других, ибо знает, что другие для него делают то, что он сам не может сделать… Поработав некоторое время, каждый захочет есть. Это естественная потребность любого живого существа. В вашем обществе — человек берет деньги, и покупает себе еду. Сколько хочет, или сколько сможет. У нас все по-другому. Когда я захотела есть, иду к тем Волкам, что готовят еду, и беру у них столько, что бы съесть сейчас и не чувствовать голода. Зачем брать больше? Ведь недоеденная еда быстро испортится. А это уже плохо. Кто-то же тяжело трудился, что бы добыть ее. К тому же, если я сейчас возьму больше, чем мне нужно, кто потом даст мне еще раз? Никто. Да и жадность у нас всегда наказывалась полным изгнанием. А если из-за твоей жадности кто-то остался голодным, то и вообще смертью.