ЖЛ 9 (СИ) - Шелег Дмитрий Витальевич

— Борис Сергеевич, Иван Егорович — торжественным голосом обратился к нам судья — Возможно ли примирение между вами? Может, в это нелегкое время вы бы забыли о разногласиях⁈

— Нет! — едва сдерживая себя от переполняющей энергии, рявкнул Наводинский — Я сотру этого сопляка в порошок!

— Э-э, как вам будет угодно — протянул судья несколько удивившись подобной экспрессии и посмотрел на меня — Иван Егорович?

— Готов прекратить дуэль в том случае, если Борис Сергеевич принесет официальные извинения роду Морозовых — сказал я и тут же вновь услышал крайне эмоциональный ответ противника, на которого даже его секундант стал посматривать с легким недоумением.

— С Наводинским точно все нормально? — спросил я у Федота — Он словно бы под какой-то наркотой или энергетическим зельем. Очень странно себя ведет.

— Я заметил, но зелья исключены. Ни мои, ни артефакты проверяющих не нашли в крови ничего подозрительного, как и скрытых амулетов — ответил брат — но ведет он себя и вправду странно.

— В таком случае прошу секундантов покинуть арену, а дуэлянтов приготовиться к бою — произнес судья — Напоминаю, дуэль проходит лишь с применением магической энергии, без помощи амулетов и жезлов. Сражение начнется сразу после удара гонга. Вы готовы⁈

Глава 13

Звонкий удар гонга и ухмыляющийся в предвкушении скорой победы противник взмахивает руками, отправляя в мою сторону горящие призрачным темно-синим светом трехметровые «водные серпы».

Одновременно с этим я формирую вокруг себя «щит Голиковых» и бросаю парочку ледяных глыб, которые, впрочем, разлетаются почти в то же самое мгновение, заставляя меня присесть, пропуская над собой сразу четыре пышущих мощью заклинания, которые вместе не с такими прицельными отклонившимися чуть в сторону «серпами», попадают в защитный магический купол арены.

Бросая еще несколько простейших ледяных глыб на заклинания противника, я также изучаю эффект от ударов Наводинского и успеваю заметить, что из-за большого количества энергии вложенной в первый же удар, атаки темная дымка, скрывающая зрителей от магов, на некоторое мгновение расходится в стороны. Впрочем, она также быстро затягивается назад.

«Молодец, Борис, давай так и дальше. Растрачивай энергию. Используй свои самые затратные заклинания — подумал я, отправляя очередную глыбу в „ледяной серп“ и сбивая его навигацию — Интересно, он работает так однотипно из-за проведенных ритуалов или сознательно? Пытается запутать? Заставить расслабиться?»

— А-а-а! — в бешенстве, оттого, что ему ничего не удается закричал Наводинский, осмотрелся по сторонам и резко крутанувшись отправил в меня свое экзаменационное заклинание на ранг архимага.

Не знаю, сумел бы я правильно среагировать, не имея видеозаписей переданных полномочным представителем, но сейчас я знал, что нужно делать. Бросок заклинанием в землю, нырок вниз и мимо меня, занимая почти всю ширину и высоту арены, на расстоянии в десять сантиметров друг от друга проносится порядка пяти сотен «водяных серпов», обязанных нашинковать меня на мелкие кусочки.

'Интересно, с каким лицом за происходящим наблюдает Добромысл? Наводинский ведь обещал ему меня не убивать. Как можно выжить после такой атаки? Хотя я бы, наверное, смог — думал я и одновременно с этим выпрыгивал из своего укрытия.

— ААА! — в бешенстве закричал противник, у которого действительно что-то не то с головой и я вновь отклоняю глыбами удары мощных серпов, а также пользуясь случаем отправляю за спину парочку снежинок, которые заморозят воду и обезопасят тыл таким образом. А то неизвестно чем еще опасным владеет противник.

«Прошло менее тридцати секунд боя, а Наводинский уже потратил как минимум процентов двадцать, от своего резерва — пронеслось в голове — ощущение излишков энергии исходящее от него пропало, а я только и делаю, что задействую лишь самый минимум своей магии и даже не атакую. Может пора?»

Однако чувство опасности заставляет погодить и выставить перед собой мощную ледяную стену. Вовремя. Наводинский совмещает руки и делает круговое движение вкладывая в незнакомое мне заклинание прорву энергии, а в следующее мгновение ко мне несется огромный водяной бур, который играючи проходит мое препятствие и словив десяток замораживающих снежинок тут же останавливается, но и в лед превращаться не спешит. Все дело в противнике, который продолжает подавать в заклинание родовую энергию, не позволяя моим снежинкам выполнять свою задачу.

Противостояние длится несколько секунд, однако этого времени мне хватает, чтобы спокойно выйти из зоны поражения и с ухмылкой встретить очередную неудачу все еще находящегося в бешенстве Наводинского, которому не удается победить меня одним мощным ударом.

«Вот что значит настоящий боевой опыт, а не его постоянные тренировки на полигоне и победы над более слабыми в магическом плане друзьями и родственниками» — подумал я и крикнул.

— Это все, что ты можешь? В таком случае я не впечатлен⁈

На этот раз Наводинский действовал молча, однако эффект его заклинания удивил не только меня, но и окружающих. В том числе судью.

— Борис Сергеевич! Вам первое предупреждение! Применение столь масштабных заклинаний в дуэли запрещено!

Однако противник не слышал ничего вокруг, отправляя в мою сторону огромную, почти до самого потолка, мощную волну, в которой виднелось с десяток странного водяных образований в виде рыб.

«Все же он, как и предыдущие противники напитавшие тело энергией пустоши не очень хорошо себя контролируют» — подумал я и, помня о правилах дуэли, в которых я не мог пользоваться физической энергией или техникой «шаг» сформировал под своими ногами широкую ледяную платформу, которая выстрелила вверх под самый потолок, позволяя мне даже не замочить ноги.

Бросив в волну несколько замораживающих «снежинок» тут же принявшихся за дело, я прыгнул вперед и тут же подал энергию холода в ноги, с легкостью замораживая часть волны и спускаясь по ней вниз словно по склону горы.

«Не зря Феофан тренировал меня столько времени — вновь подумал я о почившем наставнике и решил, наконец, атаковать, а в следующую секунду в противника летит пяток насыщенных под завязку мелких 'саморезов» и «сфера холода», превратившая в лед один из брошенных в меня водных снарядов.

Князь, с недоумением наблюдает за моими небольшими, на фоне его волны, заклинаниями и формирует перед собой водяную стену, однако «саморезы» с легкостью проходят данный щит и до меня тут же доносится его яростный рев. Это один из моих снарядов вошел в его бедро и заставил глаза на мгновение мигнуть красным цветом.

«Отрыжка пустоши!» — получив подтверждение своим ощущениям, подумал я, отправляя в Наводинского еще парочку «саморезов».

Противник отпрыгнул от моих заклинаний как-то уж очень резво.

— Борис Сергеевич! Второе предупреждение! Использование духовной энергии! После третьего я буду вынужден засчитать вам техническое поражение — грозно произнес судья.

— Да заткнись ты! — прорычал Наводинский и возвел руки вверх, отправляя в потолок целую прорву энергии, где тут же сгустились черные тучи, а затем в меня тут же полетела мощная молния.

Не ожидая ничего подобного, я лишь на инстинктах закрылся ледяным щитом, который тут же разбило от мощности заклинания и остатками его энергии вбило меня в землю. Однако, несмотря на краткий успех, удар противника не сумел пробить «щит Голиковых», а следующее мгновение я уже был накрыт все утолщающимся ледяным куполом, позволившим в безопасности переждать удары еще пары молний.

Моей заминки Наводинскому хватило, чтобы сформировать в своей руке огромный водный бич и опустить его прямо по центру моего укрытия, разрезая его словно горячий нож масло.

Однако, к его сожалению, меня там уже не было. Я успел выпрыгнуть из сформированного бокового отверстия и тут же отправил в противника несколько «сфер холода».

Парочка из них коснулась оружия Наводинского, превращая его в лед и разрушая структуру.