Mona Lisas Nemo - Полнолуние

— Мой отец господин, — наконец произнесла Илона, — он имеет право заводить детей. У меня две сестры и два брата. Я люблю их больше жизни, а вы пытаетесь забрать их у меня. Они вам ничего не сделали. Все живущие здесь отреклись от свободной жизни и заключили себя в замке, чтобы не убивать. Мы хотим мира. Вас же мы не убили, хоть могли сделать это вот так. — И Илона щёлкнула пальцами. — Но ведь вы живы. — И испытывающее посмотрела на Мону. — Следопыты тоже не святые, они уничтожили семилетнюю сестру моего отца, когда она была на прогулке в лесу. Та же участь постигла и его родителей, которые пытались защитить своего ребёнка. Эта девочка родилась здесь, она никого и никогда не убивала, она тоже была ребёнком… как и твой брат.

— Забавно, — невесело откликнулась Мона, переводя взгляд на книжные стеллажи. Бдительность коконом окутывала её. — А у нас ваши замки называются источником всего зла. Мы считаем, тут происходит самое ужасное и… — Мона сделала небольшую паузу и посмотрела в глаза Илоны, — и самое зверское.

— Вот почему вы с такой настойчивостью ищите наши замки.

Мона кивнула. Откровенно говоря, увидев, сколько оборотней обитает в замке, она испугалась. Раньше она и представить не могла, даже в самых своих худших кошмарах, что оборотней может быть так много, невероятно много и если бы они покинули замок… Ещё три замка! При мысли о том, сколько в мире оборотней у Моны перехватило дыхание. Уничтожат ли следопыты когда-нибудь их всех?

— Мы хотим порядка, — вызывающе изрекла следопыт.

— Но какими способами вы это делаете? Это только усугубляет положение и укрепляет вражду. Если ты обыкновенный человек, укушенный оборотнем, ты не понимаешь происходящего и вдруг подвергаешься нападению следопытов. Конечно, он будет презирать вас. Для себя он ни в чём не виновен. Ему очень не повезло.

Джон Грэйтон, господин Северных лесов, сидел за столом в своём кабинете. Напротив него в кресле с высокой спинкой расположился Агнус. Константин неподвижно стоял в стороне наблюдая за происходящим.

Агнус с большим сожалением поглядывал на куртку, где раньше было спрятано оружие и солидный запас серебряных пуль и кинжалов. За спиной не хватало тяжести арбалета. Они сняли даже нож, привязанный к ноге. Сняли даже серебряный крест.

Доверять оборотням?! Это неслыханно! Это всё равно, что если б муха доверилась пауку и мило беседовала с ним на паутине. Ой, а что это вы там плетёте то?

От беспомощности Агнус заскрипел зубами.

О сильной воле следопыта говорила внешность: высокий, широкоплечий, крепкого телосложения. На него бы точно никто не решился напасть в тёмном переулке. Будто высечен из камня. Сейчас же каждая клетка в теле Агнуса была напряжена до предела. А когда он находился в столь деликатном состоянии, никто из других следопытов не осмеливался с ним пререкаться. Агнус обладал волевым подбородком, нос с небольшой горбинкой, что ему шло, между бровей залегла глубокая морщина. Светлые, с рыжеватым оттенком, волосы очень коротко острижены. А на левой руке на безымянном пальце он носил кольцо.

Джон хотел представиться, но Агнус перебил его.

— Я знаю, как вас зовут и кто вы, — нетерпеливо проговорил следопыт. — Думаю, вам лучше поскорее сказать чего вы ждёте. Это всё бессмысленно, вы ничего не узнаете о следопытах. Мы не станем предавать наш клан.

— Что я от вас ожидаю? — Спокойно сказал в ответ Джон. — Я думал это и так очевидно. Поговорить. Узнать ваше имя.

— Поговорить? И вы надеетесь что я в это поверю? — Поразился Агнус.

— Ещё один фанатик, — Константин усмехнулся. — Джон, с этими сумасшедшими бесполезно разговаривать как с цивилизованным человеком.

— Я всё же попытаюсь, — Джон недовольно посмотрел на друга. Константину всегда не хватало выдержки, он нисколько не изменился с того времени когда попал в замок.

— Это так великодушно с вашей стороны, — отозвался Агнус. — Вы говорите, среди оборотней нам не угрожает опасность, но это поистине смешно. Убивать — ваша природа и тут ничего не поделаешь. К чему этот цирк?

— Вы рассказываете нам о том какие мы есть на самом деле? — Поинтересовался Джон. — Если бы сейчас кто-то из ваших людей был оцарапан, вы бы его убили?

— Естественно, — быстро ответил следопыт.

— Даже если оцарапанный является праведником? Если в своей жизни он был замечательным человеком? — Недоверчиво переспросил господин.

— После заражения все меняются, из людей они становятся демонами.

— Вот в этом и заключается ваша главная ошибка. Заражение не меняет личных качеств человека. Он остаётся прежним, разница только в том, что отныне он проклят. Это можно назвать болезнью. Разве можно обвинять больного в то, что ему не повезло? Душа остаётся прежней.

— Глупости! Обороню не ведомы человеческие чувства. По крайней мере, не те, что делают нас людьми. Может ли быть так, чтобы оборотень любил? Нет. Я согласен, оборотничество можно назвать болезнью, вирусом, который нужно полностью искоренять, чтобы выжило человечество.

— Думаете, оборотни не способны на любовь? — Удивился Джон.

— Не думаю, знаю. — Решительно произнёс Агнус.

Джон пристально смотрел на следопыта. Тот ответил ему не менее суровым взглядом.

— Оборотни имеют такое же право на жизнь, как и простые люди, — сказал Джон, — наши чувства такие же, как ваши.

— Это ложь! — Агнус резко подскочил на ноги.

Джон тоже встал из-за стола и подошёл к окну.

— Не ложь. — Произнёс господин. — Это то, что вы так упорно пытаетесь не замечать.

— Рано или поздно мы уничтожим всех вас во имя Господа нашего!

— Господа? — Это последнее замечание сильно заинтересовало Константина. — Так вот ради кого вы охотитесь на нас? Во имя самого большого лжеца какого когда-либо видел мир.

— Не смейте так говорить! — в словах Агнуса вспыхнул праведный гнев.

— Разве я не прав? — Притворно удивился Константин. — Взять хотя бы ваше Святое Писание. " Вот, Адам стал как один из Нас, зная добро и зло; и теперь как бы не простёр он руки своей, и не взял также от дерева жизни, и не вкусил, и не стал жить вечно". — Процитировал Константин. — Вы только посмотрите как напуган ваш Господь Бог. А ведь говорил раньше своим подопечным, что если те вкусят от этого деревца — непременно умрут."… а от дерева познания добра и зла не ешь от него, ибо в день, в который ты вкусишь от него, смертию умрёшь". Кажется, я всё правильно передал. Неужели Господь обманул людей? Как нехорошо получается. А вот дьявол как раз сказал правду. Он говорил: "Нет, не умрёте, но знает Бог, что в день, в который вы вкусите их, откроются глаза ваши, и вы будите как боги, знающие добро и зло". Пожалуйста, объясните мне что к чему. Честное слово, я совершенно запутался.