Максим Варежкин - Каэхон

— Хватит болтать, уже почти пришли! — Прикрикнула Тай.

Я привычно провел перед собой рукой и улыбнулся: наконец-то почувствовал стену города. На таком расстоянии можно было сказать лишь одно — она была не слишком высокой. Тронув Тайсаму за плечо, я поинтересовался:

— Что скажешь? Как все это выглядит?

— Что? Ах, да, — спохватилась девушка. — Город. Ну, небольшой. Стена вот есть, невысокая, зато красивая. Вся в барельефах. Ворота открыты. Короче, сейчас поближе подойдем, сам все увидишь!

— Да ты цвета говори, — отмахнулся я. — Остальное, ты права, и сам увижу.

— Белая стена, — усмехнулась девушка. — Наверняка маги за ней следят — больно уж чистая! Кстати, город на холме стоит, на одиноком и большом.

— Подземные норы быть могут сокрыты в недрах его, — высказался усталый Ширра. — Мысли мои…

— Ширра, молчать! Ты устал! — Сообщила ему резко Тайсама. На мое удивление, иллюзионист послушно и безропотно заткнулся.

Город принял нас шумом, криками и какой-то особой, веселой атмосферой. Я это чувствовал особенно: казалось, что у этого города есть свое настроение. Он просто кипел энергией, делясь ей со своими обитателями. Мои спутники подсознательно это почувствовали: Тайсама чуть ли не на месте стала подпрыгивать, ища, с кем бы подраться, а Ширра если сдерживал словесный поток. Лично на мне это, кроме как улучшением настроения, никак не отразилось.

— Ну что, друзья мои, — вдохновлено начал я. — Ищем постоялый двор, я хочу отдохнуть здесь, прежде чем вновь двинемся в путь. Дальше идти не так хорошо и вольготно — насколько я знаю, до самого Старого Замка нет ни одного, даже самого захудалого трактира. Ну и алхимика надо найти…

— Алхимика и постоялый двор, говорите? — Раздался позади нас низкий мужской голос.

Мне не нужно было поворачиваться, чтобы понять: говорил больших габаритов мужчина, одетый, как я догадался, в дешевую простую одежку. Пахло от него горячим железом: явно кузнец. Повернувшись, я мирно кивнул:

— Именно так. А что, кто-то совмещает два этих полезных занятия?

— Именно так, — засмеялся незнакомец. — Это наш городской алхимик, Нерре Из Горок. Неужели не слышали?

— Как же, слышали, конечно! — Воскликнула Тайсама. Я не понял, говорит она правду или нет. — Но не знали, что он еще и постоялый двор держит.

— Вам, ребята, до главной площади, а там найдете. Шпиль его постоялого двора прекрасно оттуда видно. Он немного с причудами, — пояснил кузнец.

— Спасибо, — поблагодарили мы его.

— Да не за что. В конце концов, это Горки, самый лучший город в мире!

Я усмехнулся немного удивленно: красивое заявление. Но странное было то, что город и впрямь был весьма неплохой. Вся эта атмосфера… Злость в чьих либо эмоциях еще поискать надо было. Тайсама дернула меня за рукав:

— Что встал, пошли!

— Иду, — мирно кивнул я.

Главная, она же торговая площадь кишела народом. В кои-то веки это не вызывало у меня раздражения. Шпиль постоялого двора я, само собой, не «увидел»: мелкие делали, да на расстоянии были для меня настоящим камнем преткновения. Впрочем, не зря у меня под рукой были Ширра и Тайсама: они все, что надо, быстро разглядели и повели меня к заветной цели, по пути расписывая красоты города.

— Дома все белые, красота, — трещала без умолку Тай, не давай Ширре вставить слово. Видимо, желание подраться у нее уже пропало. — Вроде бы и простые, но красивые такие! Окна тоже, богатые, со стеклом цветным — такого даже в Обители нет!

— Не удобно же, ничего не видно, и свет плохо пропускает, — взяла во мне верх ехидная половина, что не сдалась даже под натиском светлого настроения города.

— Хм, но красиво зато, — не стала спорить девушка. — Черепица красная, просто сияющая! Жаль что ты… Кхм, прости.

— Ты болтай, болтай, — усмехнулся я. — Зато в темноте тебе все равно со мной никогда не сравниться.

— Не зарекайся! Сам говорил, что я способная ученица!

— Да я тоже не на месте стою. Долго идти-то еще? О, я уже сам знаю ответ! — Весело сообщил я, учуяв ароматные запахи. — Так, чую, чую я утку, в яблоках запеченную, чую кабанчика на вертеле!

— Воистину удивление меня посещает, когда проявляет такие силы обоняния друг наш Каэхон, — вставил, наконец, свое длинное слово Ширра.

— Скоро он будет по запахам драться, — вздохнула Тайсама. — Нет, такое мне уже не по силам.

— Да хватит вам придираться, — отмахнулся я, уверенно взяв курс на запах.

…Запах привел меня в нужное помещение: просторный зал, чуть душноватый, но не настолько, как большинство трактиров. В дальнем углу — множество бочек на стойках. Множество небольших столиков, парочка длинных… Все, как полагается. И множество вкусных запахов. Посетителей было не так много — кипел рабочий день, видимо. Я поймал какую-то девочку, что тут прислуживала, и спросил:

— Хозяин где?

— Нерре-то? — Уточнила серьезно девчушка, лет пятнадцати. — А он готовит! На кухне он, значит. Позвать? Вы к нему как к кому?

— Как к алхимику, — чуть не рассмеялся я от ее манеры разговаривать. — Ну и как к повару. Нам бы покушать, хорошо чтобы так, по полной программе. И позови его к нам, хорошо?

— Ну, так пусть он вам еду сам и принесет, — решила девочка и убежала.

— Смешная, — заметила Тайсама.

— Радость наполняет меня, когда рядом такое создание, полное света и смеха находится, — согласился Ширра.

— Столик выбирайте, — буркнул я.

Испортив всю идиллию, удовлетворенный, я усадил свое уставшее тело на ближайший табурет, остался недоволен его жесткостью, раздобыл хороший, крепкий и удобный стул, со спинкой, и уставился на дверной проем, откуда и доносились все эти отменные запахи. Через какое-то время, как раз скука начала ко мне подступать, дверь открылась, и из нее вышел высокий, худощавый человек, торжественно держа перед собой огромный поднос. Без колебаний Нерре направился к нам.

На секунду отвлекшись от запахов, я проанализировал ауру, как решил называть скопление эмоций и всего остального, данного человека. Довольный, самоуверенный, добрый, и настолько переполненный энергией, что мне стало на секунду страшно. Между тем, по последнему признаку он показался мне похожим на Тайсаму: девушка тоже была всегда полна движения, силы…

— Здравствуйте, гости вы мои, — поприветствовал нас Нерре. — Алхимика и повара звали? Вот он и я! С чем пожаловали? — Поставил он перед нами блюдо.

Ответа ему пришлось подождать: такое ощущение, что кабанчик был наполнен магией, пока мы его не прикончили, разговаривать не смогли. То ли мы были голодны, то ли этот неземной вкус попросту пленил нас… В общем, под взглядом, полным умиления, мы пообедали и только после этого стали доступны для разговоров и серьезных дел.