Вероника Иванова - Отражения (Трилогия)

— А что... случилось с тобой? — тихо спросил Дэриен.

— Ничего особенного. Узнал несколько любопытных деталей одного запутанного дела. И, как водится, крохотной песчинки хватило, чтобы чаши весов поменяли своё положение...

Чуть было не сказал: «на противоположное», но вовремя одумался. Разве я имею право судить и выносить приговор? Да никакого. Меня вообще вся чехарда вокруг и около престола не касается. Только она сама об этом, к моему глубокому сожалению, не знает.

— И что же лежало на этих чашах?

Ай-вэй, парень, ну почему ты никак не уймёшься? Почему не хочешь понять мои прозрачные намёки на несвоевременность откровенных разговоров? Зачем ты сюда пришёл?... О, кстати — хороший вопрос!

— Позвольте и мне спросить, ваше высочество: что заставило вас посетить скромную обитель Ректора Академии вместо вкушения праздничных удовольствий?

Принц недовольно качнул головой:

— Не люблю, когда ты начинаешь сыпать такими цветистыми фразами!

— Не любите, — разрешил я. — Но это не повод уходить от ответа. Итак, какова цель вашего визита?

Глаза Дэриена озорно сверкнули:

— Ректор, и в самом деле, твой родной дядя?

— Почему вы спрашиваете?

— Уж больно похоже вы оба себя ведёте! Не всегда, разумеется, но если присмотреться...

— Не дядя. У меня родных дядьев нет. В наличии имеется только тётушка.

— А кто он тебе?

— Скажем, родственник. Близкий. Ваше любопытство удовлетворено?

— Нет, — победно щурится принц.

— Представьте себе, моё тоже! Что Вы пытаетесь найти в этом доме?

— Объяснения.

— Объяснения чего?

— Твоих действий.

— Вот как... — делаю круг по комнате, останавливаюсь у стола и, недолго думая, сдвигаю бумаги кузена в сторону, чтобы освободить достаточно места для своего седалища. Обожаю сидеть на столах, знаете ли: и смотришь на всех свысока, и удобно не настолько, чтобы расслабиться и потерять концентрацию. Может, среди моих предков всё же затесалась кошка? — И что же в моих действиях вам непонятно?

— Решительно всё!

Ну и заявление. Я даже удивлённо вытаращился на Дэриена, который только что не ёрзал в кресле от нетерпения.

На что ты надеешься, твоё высочество? Узнать всё про всех за несколько минут и, желательно, в нескольких словах? Не получится, по своему горькому опыту знаю. Впрочем, совершенство — нечто недостижимое, но необыкновенно заманчивое, почему многие и пытаются его достичь. Но я ведь — не «многие», и в силу этого... Достигать мне ничего не нужно.

Вот оно, совершенство, с подоконника подмигивает, словно хочет спросить: будем сегодня в догонялки играть? Нет, милое, не будем. Во-первых, подвижные игры — не самое моё любимое времяпрепровождение, а во-вторых... Чтобы ответить на вопросы принца мне вполне достаточно того, что имею. Поиграем в другой раз, хорошо? Совершенство разочарованно вздыхает, куксится, но обещает подождать, позволяя мне вернуться к разговору:

— Значит, всё? И так бывает, согласен. Но следует придерживаться таки некоторого порядка следования... Предлагаю двигаться от главного к несущественному. Выберите, пожалуйста, наиболее занимающий Вас вопрос, dou.

Укоризненная гримаса на лице Дэриена недвусмысленно сообщила об отношении принца к моей манере вести беседу, но вопрос воспоследовал:

— Почему ты не пришёл сегодня во дворец?

Ох... Даже сердиться невозможно! Дитя малое.

— И как вы себе представляли бы моё появление? В качестве кого?

— Ты мог бы найти способ! — о, звучит, как обвинение. Не рановато ли?

— Возможно. Хотя поиски «способа» были бы весьма утомительны.

— И ты решил не тратить силы зря?

— М-м-м-м-м... Примерно так.

— И ты спокойно это признаёшь? — расширенные зрачки принца начинают меня тревожить. Правда, начинают.

— Я должен изворачиваться и лгать?

— Нет, но... Ты должен был прийти!

— Должен? — хмыкаю. — Отнюдь. В том, что касается долгов перед вашим высочеством, я совершенно чист. Счёт закрыт. Полностью. Можно даже сказать, что я переплатил.

— Я... я хотел тебя увидеть!

Это уже ближе к истинной причине смятения, которое постепенно охватывает Дэриена. И он туда же... Мало мне эльфа!

— Зачем?

— Я хотел, чтобы ты... разделил со мной торжество!

— Торжество? — ах вот, в чём дело. Понимаю. Кажется... — И по какому поводу Вы собирались торжествовать? Праздновать неудачу своих врагов? Это очень рискованно, dou: чужой триумф заставляет наполненные злобой умы превосходить самих себя в попытке изобрести новую пакость. Вам сие не приходило в голову?

Что я несу? Какая чушь... Мне бы радоваться: сам принц явился узнать, почему был лишён моего общества на праздничном пиру, так сказать, а я недоволен! Что особенно забавно, недоволен собой. Только и исключительно. Даже знаю, из-за чего. Знаю, но не хочу признать. Как всё запуталось...

— Ты считаешь, не надо было устраивать приём? — осторожная попытка проникнуться смыслом моей странной отповеди.

— Надо. Насколько понимаю, весть об исцелении должна была быть объявлена во всеуслышание и в присутствии облечённых властью и доверием персон, так что, всё правильно... Я лишь против того, чтобы торжествовать.

— Но...

— Расправиться со всеми врагами невозможно. Хотя бы потому, что их число неуклонно растёт, а состав меняется. Но необходимо иметь представление об их намерениях, ваше высочество. Дабы в вашем распоряжении всегда было несколько ходов, а не один единственный.

— И причём здесь торжество?

Всё ещё не понимает? Или только притворяется тугодумом? Версии равновероятны, но у меня нет желания выяснять, какая из них истинна.

— Поясняю: ваша искренняя радость не только уязвила тех, кто желал Вам зла в прошлом и будущем, но и могла подтолкнуть к активным действиям тех, кто, полагая Вас уже отстранённым от наследования, таил неприязнь глубоко в душе. То есть, Ваше торжество скорее всего увеличило список Ваших недоброжелателей. Теперь понятно, о чём идёт речь?

— Да... Ты очень ловко объясняешь очень серьёзные вещи, — признал принц. — Но не желаешь откровенничать, когда дело касается тебя самого! Мне плевать, сколько врагов прибавилось за сегодняшний день! Но почему ТЫ не пришёл?

— Ваше высочество...

— Хватит мусолить мой титул! Иногда мне кажется, что ты нарочно возводишь стену между нами: стену из «высочеств», «dou» и всего прочего! Тебе нравится прятаться за ней, да? Нравится? А я не желаю больше биться головой об этот камень! Я предложил тебе дружбу, помнишь? И ты принял её!