Дэвид Бишоф - Роковые кости

Вместо головы из-под капюшона показался сверкающий звездный шар. Вокруг него носились по своим орбитам кометы, как электроны вокруг атомного ядра. Все это испускало яростное сияние, при виде которого душа разом проваливалась в пятки. Сквозь пылающую массу смутно проглядывали очертания полузнакомого лица.

– Как известно, беспрестанные перемены – единственная константа в Полимире, – заявило это жуткое существо. – Но отчего бы время от времени не изменять и константу?

– Как тебе удалось вернуться? – спросил Нилрем. – Ведь мы все сделали на совесть!

– Согласен. Вы из кожи вон вылезли. Только вот не учли, что я и соскучиться могу. Что мне чего-нибудь захочется – отомстить, например. А может, я приду исполнить мое предназначение. А может, я сам невинная пешка в руках какого-то драного древнего пророчества. А может, я вообще не тот, за кого ты меня принимаешь! Выбирай, что тебе нравится, Кроули Нилрем!

Нилрем впал в тихую панику:

– Господа! Игра Ролей вышла из-под контроля! Убейте его! Вы получите столько сокровищ, сколько и во сне не видали, и кучу призовых очков в придачу!

Во Вселенной есть такие уровни, о каких вы раньше и мечтать не могли! Убейте эту тварь, и рай вам обеспечен!

– Сейчас мы тебе притушим огоньки, папаша! – прорычал воин. Мускулы его вздулись как канаты, широкое лезвие меча взметнулось и начало опускаться.

– По-моему, на этой звезде случайно написано твое имя, варвар, – невозмутимо заметил лжемонах, выдернув из своей головы светящуюся искру. – Не хочешь взглянуть поближе? – И с этими словами существо метнуло звезду в воина, угодив ему точно между бровей. Воин упал замертво и рассыпался в горстку алхимического праха, из которого незадолго до того восстал. Нилрем дернулся от боли.

– Чистой воды самосожжение, не так ли, любезный Кроули? – насмешливо проговорил «монах». – Если не ошибаюсь, у меня найдутся подарки и для остальных!

В считанные секунды оставшиеся двойники разделили судьбу своего товарища, превратившись в порошок, смешанный с высохшей кровью Нилрема.

При каждом ударе Кроули Нилрем издавал сдавленный стон.

– Развлекаешься! – воскликнул он.

– Можешь считать и так, чародей, – согласился «монах». – Но тебе пора бы уже усвоить, что на все есть своя причина.

– Я должен остановить тебя! – заявил Нилрем, но тут же обнаружил, что не может оторваться от стула.

Звездная голова существа наклонилась к Игровому Столу.

– Ситуация интересная, но слишком традиционная, тебе не кажется? Видишь ли, Кроули, драконы и кентавры, гномы и волшебники, рыцари, варвары и принцессы – все это весьма мило и архетипично. Но без изюминки новизны не обойтись! – Доска Судьба начала плавно подниматься в воздух. – Думаю, недурно было бы самую малость перевернуть этот мир вверх тормашками! – Доска действительно перевернулась, но фишки оставались стоять на своих местах как приклеенные. – И еще чуть-чуть. – Внезапно доска раскололась и вывернулась, после чего части ее вновь соединились – в форме ленты Мебиуса. Она засверкала, переливаясь всеми цветами, словно полярное сияние, сдобренное радугой. Причудливая конструкция задумчиво зависла в воздухе над столом: ее поддерживало какое-то мерцающее силовое поле.

– Пока что, Нилрем, я над тобой сжалюсь, – проговорило звездоголовое существо. – Дело в том, что ты мне нужен. Ступай к Девятке. Если вам дорога жизнь, вы все вместе будете работать на меня. Без меня не расходитесь – я скоро буду. Надеюсь, собравшись вместе, вы сумеете заранее вычислить, что мне от вас понадобится. И я рассчитываю, что к моменту моего возвращения вы предоставите мне это.

Сверкнула ослепительная вспышка, и существо в монашеском облачении исчезло.

Перекореженная Доска Судьбы осталась висеть над столом, медленно вращаясь, словно мобиль, подвешенный к потолку на невидимой ниточке. Игральные кубики, оставшиеся от уничтоженных двойников мага, тоже повисли в воздухе и летали вокруг ленты Мебиуса – луны из кошмарного сна игрока в кости.

Маг почувствовал, как силы понемногу начинают возвращаться к нему.

Он налил себе не глядя чего-то спиртсодержащего, достал из ящика стола старинный телефонный аппарат и набрал девятку.

– Да? – ответили на том конце.

– Мама! – жалобно проговорил Кроули Нилрем, не в состоянии оторвать испуганного взгляда от новой конфигурации Игровой Доски.

Глава 14

Блеснули первые лучи рассвета.

Сразу в нескольких местах горизонта.

Зигзагообразные щупальца зари протянулись от тронутых розовым сиянием верхушек гор туда, где на небосводе еще царила ночная мгла.

– Это событие было достаточно зрелищным и шумным, чтобы Аландра, Алебастр и их охранники (точнее, сторожа) норхи проснулись, как по команде.

– Землетрясение! – взвизгнул Алебастр, почувствовав, как трясется под ними почва.

– Неботрясение! – поправила его Аландра: небо разваливалось на куски прямо у нее на глазах.

– Кишкотрясение! – констатировал Грызноклык, изо всех сил борясь с накатившей на него морской болезнью.

Кот и королева вцепились друг в дружку, подпрыгивая на одеялах от непрестанных толчков.

Гробонос крепко держал лошадей, чтобы они не убежали от страха. Ветры со всех сторон налетали могучими порывами, стремглав проносились по поляне и сгибали пополам деревья в лесу.

Сквозь прорехи в небе сверкали молнии; звезды обезумели и пустились в бешеную пляску, завывая при этом, как души нераскаянных грешников.

Под незримыми гигантскими ножницами разрывы в небе ширились с каждой секундой; дойдя до горизонта, они перекинулись на землю. Трещины побежали по горам и долам, болотам и лугам.

Очередной свирепый толчок – и члены отряда, держащего путь в Тусклоземье, лишились чувств.

Весь Темный Круг охватила сумятица; он рвался на части и выворачивался наизнанку. Облако пыли взметнулось до небес, затмив восходящее солнце и отбрасывая тень зловещих сумерек на охваченную колдовскими чарами землю.

Сэр Годфри Пинкхэм закашлялся от пыли и приказал своим людям спешиться и поискать укрытие.

– Раны Христовы! – прокричал он, привязав перепуганную лошадь к дереву. – А ведь мы только выступили в поход! Даже до границы Темного Круга не дошли!

Земля под ногами рыцаря задрожала. В отчаянии он схватил ларчик орехового дерева, где хранилась голова их провожатого, и распахнул крышку.

– Лорд Пугар! – заверещал Пинкхэм. – Что происходит?

Но глаза Черного Властителя не открывались, губы оставались неподвижными.

А в следующую секунду оглушительный раскат грома заставил рыцаря забыть обо всем на свете. Налетевший шквал подхватил его и швырнул о дерево. Годфри потерял сознание.