Нобору Ямагути - Серебряный праздник Сошествия

— Я знаю, что твой отец был унижен Королевской семьей Альбиона, однако… почему они отобрали у него эти земли и родовое имя?

— Нуу, потому что проявил непокорность Королевской семье.

— Проявил непокорность?

— Совершенно верно. Мой отец находился в услужении у младшей ветви Королевской семьи Альбиона… когда Королевской семьей было приказано: "Подарить!" — он это не подарил.

— О-о, что именно?

Фуке лукаво улыбнулась и заглянула мужчине в лицо:

— Когда ты расскажешь мне о своей матушке, взамен я так и быть расскажу тебе остальное.

После этой фразы виконт отвернулся. Фуке недовольно фыркнула:

— Эй, Жан-Жак Вард. Кого ты любишь больше — меня или свою матушку?

В этот момент Шеффилд, которая шла сзади, окликнула их обоих:

— Исток этой реки уже близко?

Остановившись, Фуке опустилась на корточки, раскидала снег… и коснулась почвы. Для нее, являющейся магом-треугольником стихии Земля, были понятны процессы, происходящие под землей. Не говоря уже о том, что здесь находилась местность, где Фуке была рождена и выросла. Она могла понять все, совершенно как если это было содержимым выдвижного ящика в ее столе.

— Скоро будет. Хотя это — источник воды не для всех колодцев… около трети городских колодцев должны получать воду из этой горы.

— Этого достаточно.

Группа продвигалась дальше. Протиснувшись сквозь заросли… они вышли на открытую каменистую площадку. Хотя здесь скопился снег, в расщелине был виден ручей. Благодаря тому, что ключевая вода вырывалась обильным потоком, центральная часть источника не замерзла.

Шеффилд вытащила из кармана кольцо. Вард и его спутница узнали этот предмет.

— Это… кольцо Кромвеля, не так ли? — пробормотала Фуке. Шеффилд помотала головой:

— Оно не является собственностью Кромвеля.

Хоть она и была личным секретарем Императора, но назвала его без почтения, только по имени. Вард и Фуке переглянулись.

— Собственно говоря, как вы собираетесь использовать это кольцо?

Шеффилд улыбнулась. Вард и Фуке пребывали в растерянности, поскольку это было впервые, когда они видели ее улыбку.

— Кольцо Андвари — это предмет, изготовленный конденсированием силы стихии Воды, которая была названа предтечей… по составу оно похоже на духа воды. Или лучше сказать, почти одинаковое.

— Хмм.

— Тело духа воды продается в качестве сырья для секретных лекарств по высокой цене. Сила стихии Воды управляет структурой тела… следовательно, когда готовишь зелье, контролирующее разум и тело, нельзя упустить это вещество.

— Хорошая лекция. Итак, скажите, что собственно вы собираетесь делать?

— Изготавливается конденсированием силы стихии Воды… Иначе говоря, используя только это количество, можно управлять целым городом…

У Шеффилд начал светиться лоб.

Варду уже доводилось видеть это свечение. Когда-то похожее свечение присутствовало на левой руке мальчишки-фамильяра Луизы. Сразу после того… левая рука виконта была отрублена.

У Шеффилд на лбу, в проборе волос, виднелся сияющий символ. Древняя руна.

Вард прищурился.

— Кто вы вообще такая?

Шеффилд больше не отвечала. Похоже, она концентрировала свое сознание. Женщина протянула над источником руку, в которой держала Кольцо. Понемногу артефакт начал светиться… а затем — начал плавиться.

Это выглядело так, словно… он начал плавиться от жара, излучаемого телом Шеффилд.

Кап-кап… падали капли начавшего плавиться Кольца Андвари… и создавали круги в источнике воды, текущей в город Саксен-Гота.

Глава 9: Бегство

В последний день праздника Сошествия, длившегося почти десять дней, утро выглядело как обычно.

Из-за продолжавшего падать снега город преобразился в серебряный мир.

Один солдат из обходящего улицы патрульного отряда тристейнской армии, состоящего из двух человек, сказал своему напарнику:

— Эй, разве парни вон там — не из полка Роша?

— Действительно. Но что они делают?

Группа солдат численностью около одного взвода, сгрудившись перед гостиницей, что-то украдкой делала.

— Эй! — окликнул их патрульный. Однако ответа не последовало. Солдаты продолжали безмолвно двигаться.

— Разве то — не мешок с порохом? — пробормотал один из дозорных нервным голосом. Действительно, это был джутовый мешок, набитый порохом.

Солдаты из полка Роша намеревались занести его в гостиницу.

— Эй-эй! Это — дом, а не склад. Дом, который арендуют офицеры Наваррского полка. Если затащите внутрь такой опасный предмет, на вас наорут.

Подойдя ближе, патрульный похлопал солдата по плечу. И был напуган лицом, которое повернулось к нему. Это была полная бесстрастность, словно из солдата вынули душу. Дозорный, ощутивший что-то плохое в этом лице, взял наизготовку пику, которую нес на плече.

— Эй! Положи мешок! Положи!

В следующий момент другой солдат без труда вытащил заткнутый за пояс пистолет и, нацелив его на дозорного, выстрелил.

Второй патрульный с воплями бросился бежать. Но солдат метнул ему в спину кинжал. Дозорный, вскрикнув, упал.

Продолжая хранить молчание, солдаты затаскивали мешок в гостиницу.

Там они подсоединили фитиль и подожгли его, используя кремень.

Через несколько секунд произошел гигантский взрыв, и гостиница исчезла вместе с солдатами-поджигателями.

* * *

На втором этаже гостиницы, расположенной в лучшем квартале города, в зале, который рассматривали как штаб, высшее руководство объединенной армии совещалось по поводу стратегии предстоящего нападения.

— Завтра — конец перемирия. Подвоз пополнения материальных ресурсов, по всей видимости, полностью завершится к сегодняшней ночи, — доложил начальник штаба Вимпфен, заглядывая в пергаментные документы. — Уложились в срок. Но я думал, что в течение срока перемирия будет неожиданное нападение альбионцев…

— Не ошибаетесь ли вы в предположениях, что наши противники тоже не смогли свободно этим временем распорядиться? Враг не был подготовлен, и ему необходимо было выиграть время. Поэтому они на ранней стадии приняли такое решение… — с недовольным лицом высказался маркиз Харденберг. Вимпфен сердито уставился на собеседника, и на его лице отразилось желание высказать несогласие, поэтому де Пуатье встал между ними. Он понимал, что вместе с обязанностями Верховного Главнокомандующего у него есть обязанность смягчать раздоры между подчиненными генералами.

В этот момент… в дверь постучали.

— Кто это? Идет военный совет, — когда Вимпфен так спросил, прозвучал ответ: