Светлана Крушина - Золотой холм

К дому Арьель подходить не стал, чтобы не столкнуться с магами, которые, если верить Нэлю, должны были уже очнуться. Он тихонько обошел поляну по краю, а потом со всех ног помчался к замку.

Оказалось, увы, что не он один желал в то утро видеть тана Альбрехта Аля. Его опередили храмовники. О них предупредил музыканта Кай — пока отец был занят с гостями, мальчик принял на себя обязанности хозяина дома.

— Какие именно храмовники? Маги? — уточнил Арьель убитым голосом. Не иначе как примчались по поводу ночного происшествия… если, конечно, им все уже известно.

Кай кивнул.

— Точно, маги. Явились ни свет, ни заря. Вот нелегкая их принесла… — добавил он без всякой приязни. — А вы с новостями от господина Нэля, да? лучше бы вам тогда с магами не встречаться…

Арьель и сам это знал. Но тан был ему нужен позарез — кроме него, посоветоваться было не с кем. А в совете Арьель ох как нуждался… Потому и торчал битый час в гобеленовой зале, изнывая от тревоги и нетерпения, и всем существом своим трепеща от близости молодой прелестной девушки. Причем раньше подобного трепета за ним не водилось…

Наконец, распахнулась двери, и по комнате метнулся сквозняк, всколыхнув гобелены. Потом через порог ступил тан Альбрехт Аль. Музыкант быстро обернулся и встретился взглядом с хмурым хозяином замка. Тан явно был не в духе, и при виде гостя настроение у него отнюдь не улучшилось.

— Ах, это вы, — вместо приветствия бросил он. — Я как чувствовал, велел проводить господ магов другим путем. Было бы, пожалуй, нехорошо, если бы они вас увидели.

Он пересек комнату и встал боком у окна, подставив лицо ветру. Вопросительно взглянул на Арьеля, и у того немного отлегло от сердца: похоже, тан еще ничего не знал. Значит, разговор с магами шел не о Нэле.

— Ну, что у вас стряслось?

— Ох и стряслось, — вздохнул Арьель. — Такое дело, господин тан… вчера вечером к нам наведались маги…

Тан заметно вздрогнул.

— Что?! Маги? О, проклятье… — он нетерпеливо обернулся к отпрыскам. — Кай, Элейна, оставьте нас одних. Живо, живо!

Подхватив арбалет, Кай немедленно вскочил и исчез — как ветром сдуло. Следом за ним тихо вышла Элейна. Арьель, затаив дыхание, проводил ее взглядом: девушка ступала так ровно, так легко, что хотелось сравнить ее с плывущей лебедью. Плавные, мягкие изгибы ее тела под камизой завораживали.

— Господин музыкант, — проговорил тан тихо и сурово, — я вас слушаю…

Мокрая от росы трава на поляне была истоптана и еще не успела распрямиться. Тан некоторое время разглядывал ее, стоя в зарослях орешника, но ничего интересного не увидел. Наконец, ему надоело это занятие, он раздвинул ветки и вышел на поляну. И с шумом втянул воздух сквозь сжатые зубы. Как ни был он зол — и на Нэля, и на храмовников, — а смех удалось сдержать не без труда. Вот это картина!.. Тан медленно пошел вдоль зарослей орешника, с любопытством разглядывая невиданное явление в середине поляны. Хотелось бы знать, нарочно Нэль сотворил такое, или случайно получилось. Если нарочно — что ж, оказывается, у мага недурное чувство юмора! Кто бы мог подумать… Хотя в ту минуту, вероятно, ему было не до шуток.

Двое, висящие в воздухе над поляной, еще не совсем пришли в себя. Тан внимательно присмотрелся к их лицам — они казались смутно знакомыми. Вероятно, виделись несколько раз, мельком. Маги уже начинали слабо шевелиться, но пока еще не понимали, что с ними произошло. Тан не стал пока окликать их. Обошел поляну по краю так, чтобы не попасться им на глаза, и направился в дом.

Он ожидал увидеть внутри беспорядок — следы поспешных сборов, — но все вещи лежали на своих местах. Вероятно, Нэль ушел, ничего с собой не взяв. Оставил все до единой книги, даже те фолианты, которые любой маг счел бы настоящим сокровищем: найти их списки можно было разве что в больших городах вроде Сквары, Карнелина или Эдеса. Тан поцокал языком. Книги имели огромную ценность — и не только в денежном выражении, — но он не стал бы горевать, забери их Нэль с собой. Магу они были нужнее, а тан все равно не мог ими воспользоваться.

— Эх, Нэль, а вы мне казались более практичным человеком… — пробормотал тан.

Еще через минуту он окончательно убедился: Нэль оставил все. Даже ряды связанных в пучки сушеных трав, которые висели по стенам, словно в жилище какого-нибудь деревенского знахаря, не поредели. На месте остались и пузырьки с эликсирами и вытяжками, а так же маленький тигель и остывшая жаровня.

А самое удивительное, что на лавке тан увидел лютню. Этот штрих придавал особенную убедительность картине поспешного, почти панического бегства. Если уж Арьель бросил инструмент, значит, случилось что-то из ряда вон выходящее. По-видимому, Нэлю, всегда такому спокойному, такому невозмутимому, вдруг изменило самообладание — и это обернулось катастрофой.

Еще бы не катастрофой, если убит человек. И кем убит!..

В доме сильно пахло черемухой. Уже в последнюю очередь тан заметил охапку слегка подвядших веток, брошенных на постель поверх плаща. Он подошел и понял, что под плащом лежит человек. Вернее, тело человека… того самого, которого Нэль убил силой своей ненависти. Тан отогнул угол плаща и вгляделся в мертвое лицо. Молодой, красивый парень… зачем он пришел сюда? Что ему понадобилось от мага? Арьель, рассказывая о столкновении Нэля с пришлецами, начал что-то темнить, когда речь зашла об убитом. Вроде бы у него имелся к магу какой-то счет… Тан не стал выяснять подробности. Это было, в конечном счете, неважно. Личная жизнь мага в предшествующие годы его не касалась. Хотя и было, конечно, интересно… Тан снова опустил край плаща на мертвое лицо.

Хотелось бы знать, зачем Нэль перетащил мертвеца в дом. Почему не избавился от тела, понятно — спешил… Но, если впрямь так уж спешил, чего бы не оставить мертвеца на поляне? Тан в задумчивости поскреб бороду. Может быть, таким образом маг пытался выразить уважение к смерти?

Тан постоял немного, подумал. Что-то нужно было решать с имуществом Нэля. Не исключено, что теперь к дому слетятся храмовники, как пчелы слетаются на мед; будут тут все ощупывать, обнюхивать. Тан понятия не имел, над чем работал Нэль — тот не посвящал его в подробности, — но был уверен, что его исследования весьма заинтересовали бы храмовников. Однако вряд ли молодой маг хотел, чтобы плоды его трудов достались гильдии.

Тан полагал, что за два месяца научился сколько-нибудь понимать непростой характер Нэля. Поразмыслив, он решил поступить так, как, вероятно, поступил бы сам Нэль, если бы располагал временем.

Все книги, какие отыскались в доме, тан собрал в стопки и вынес наружу, сложил поодаль под деревом. Жаль было бы потерять их так глупо и понапрасну. Что до остального… остальное уже не имело значения, раз Нэль ушел.