Светлана Крушина - Золотой холм

В самом деле, подумал Арьель, на хозяина этих земель псами набросятся маги — за то, что укрывал изгоя, да и служители Прайоса вцепятся, станут выяснять, откуда в его владениях неопознанный труп. Если только Нэль не попытается избавиться от тела…

Но маг, оказывается, думал уже совсем о другом.

— А ведь я добился, чего хотел, — проговорил он вдруг медленно и раздумчиво. Арьель глянул непонимающе, и он пояснил: — Совладал с потоком одной лишь силой мысли. Убил Ивона, едва подумав об этом. Понимаешь? Не пожелав, лишь подумав… о боги, и зачем я это затеял… Вернулся бы в Аркару, пусть бы меня вскрыли, как лягушку… — он замолчал, стиснул зубы.

Ивона уложили на скамью, где раньше спал музыкант. Нэль постоял над ним, подумал и накрыл с головой своим плащом. Потом подумал еще и вдруг молча бросился прочь из дома. Выскочив следом, Арьель увидел, как он яростно, не щадя деревьев, ломает ветки отцветающей яблони и черемухи. Арьель принялся ему помогать. С полной охапкой они вернулись в дом, бросили истекающие ароматом ветки на грудь Ивону.

— Даже достойное погребение не могу тебе устроить… — пробормотал Нэль и повернулся к музыканту, сказал отрывисто: — Я уйду сейчас. Ты следом за мной не ходи: видишь, что творится… Неладно со мной. Останься, дождись утра и отправляйся к тану. Расскажи ему, что я натворил. Предупреди, чтоб готовился встречать гостей. Пусть все валит на меня, пусть отпирается: мол, Нэль самовольно в его владениях поселился, никто его не звал. Ясно? Арьель, чего ты молчишь?

— То молчу, что одного я тебя не отпущу, — тревожно зашептал музыкант, схватив его за руку. — Пойдем лучше к Марике, а? Она что-нибудь посоветует…

Нэль прерывисто вздохнул.

— К Марике… — повторил он печально. — Нет, к Марике я не пойду.

— Почему?

— Нельзя… А ты все-таки сделай, как я прошу. Так будет лучше.

Он мягко отнял от себя руку Арьеля и, не обращая больше на него внимания, зажег у себя над левым плечом магический огонек и заходил по дому. Он ненадолго останавливался то у стола, то у полок, бегло осматривая их. Арьель, как потерянный, стоял посреди комнаты. Он и не заметил, когда маг подобрал и перекинул через плечо свою дорожную сумку.

Нэль ломился через лес, не разбирая дороги. Машинально отводил в сторону ветки и даже не замечал, если какая-то хлестала его по лицу или рукам. Арьель, который едва поспевал, чтобы не выпустить мага из виду, то и дело ойкал и шипел — ему доставалось упругими ветками куда чаще и больнее. Наконец, запыхавшись, он догнал Нэля и поймал его за рукав. Маг резко обернулся, сверкнул страшными глазами.

— Нэль! Нэль, прошу тебя, остановись, — взмолился Арьель. — Ну, куда ты рвешься, очертя голову? Давай вернемся, подождем утра…

— И что? что изменится утром? — маг схватил его обеими руками за плечи, с неожиданно силой оттолкнул от себя. — Говорю тебе: оставь меня, возвращайся один. Пока еще можно…

— Нэль…

Маг быстро повел перед собой рукой с чудно сложенными пальцами. Темнота за его спиной ожила, пришла в движение.

— Ох, Нэль, нет! — выдохнул Арьель. Он хотя никогда и не видел телепорта, понял сразу, что означает эта ожившая тьма.

— Прости, — сказал маг и резко отпрянул, почти упал спиной вперед.

И исчез.

Арьеля обдало холодным ночным ветром. Замычав сквозь зубы, он обессилено опустился на колени и несколько раз ударил кулаками в землю. Ни малейшего облегчения это не принесло.

Нэль понятия не имел, куда его занесло, он просто вызвал в памяти лесную опушку, которая в какую-то из ночей — быть может, давным-давно, — его приютила.

Он вывалился из телепорта спиной вперед, ощутимо приложился лопатками о землю и остался лежать, вытянувшись на молодой траве. Старался дышать глубоко и размеренно. Последнее заклинание выпило его до дна, и в груди камнем застрял знакомый ледяной комок. Правда, теперь-то он знал, что это ненадолго. Вскоре силы к нему вернутся. А пока… Он открыл глаза. Сквозь ажурный покров листвы с любопытством смотрели звезды. Подмигивали, словно спрашивали: "Как дела?"

— Дела мои — хуже некуда, — одними губами выговорил Нэль и зябко передернулся. Воздух, за день прогретый майским солнцем, уже успел остыть. Хорошо бы развести огонь… Но без магии он беспомощен: огнива у него нет, а если бы и было, вряд ли он сумел бы собрать достаточно топлива для костра.

Огонь… наверное, он должен был сложить для Ивона хотя бы погребальный костер, раз уж не мог похоронить по правилам. А кто теперь о нем позаботится? Впрочем, так ли это важно, если его душа уже в царстве Борона… Пусть он встретит там девушку, по которой тосковал долгие годы. Теперь-то никто у него Лионетту не отнимет. Если только она и в покоях Бога-Ворона не ждет своего любимого…

Совсем закоченев, Нэль сел и скорчился, обхватил руками колени. Ночной стылый холод пробирал до костей. Под утро, вероятно, на траву ляжет иней… Такое часто бывало в начале мая в Медее.

Если, конечно, он все еще в Медее.

В распахнутые настежь створки окна врывался теплый ароматный ветер. Он гулял по зале, шевелил яркие гобелены на стенах, перелистывал забытую на пюпитре книгу в ярко-красном кожаном переплете. Играл завитками волос Арьеля, не убравшимися в хвост. Музыкант стоял у окна, навалившись грудью на подоконник, и боялся оглянуться, потому что позади него за пяльцами сидела самая красивая девушка в мире.

Арьель ругал себя: уж о чем, а о красивых девушках думать сегодня пристало менее всего. Но он ничего не мог с собой поделать. Элейна, шестнадцатилетняя дочка тана Аля, была чудо как свежа и хороша, вся бело-розовая, словно молодая яблоня в цвету. Глаза у нее были серые и ясные, как лесные озера, а волосы, как у обоих ее братьев, отливали спелой пшеницей — это Арьель заметил несмотря на то, что ее склоненную над работой головку покрывала легкая вуаль.

Здесь же, в зале расположился и Кай — на коленях у него лежал арбалет, в котором он что-то подтягивал и подкручивал. Судя по тому, что Элейна была допущена в общество мужчин, а не сидела в девичьей, нравы в замке Аль царили достаточно свободные, и все-таки оставить сестру наедине с гостем-мужчиной мальчик не мог.

В замок Арьель примчался, разумеется, не ради прекрасной Элейны. После того, как Нэль провалился в свой проклятый телепорт, бросив приятеля одного в лесу, Арьель пережил несколько весьма неприятных часов наедине с совами и мелкими ночными зверьками, которые так и сновали вокруг. По спине от шуршания их лапок так и бегали мурашки… Арьель побоялся, что в темноте не отыщет дорогу обратно; пришлось ждать, пока рассветет. Но даже при свете солнца он не сразу выбрался на поляну. Еще бы: ночью он слепо рванул за Нэлем, не заметив даже, в какую сторону идет.