Дженни Ниммо - Лазурный питон

– Жду не дождусь! – заверил ее Чарли. – Вот уж не ждал встретить вас здесь.

– Мне надоело сидеть дома, – сказала Оливия. – А у Лизандра были свои резоны прийти.

Чарли бросилось в глаза, что африканец, обычно весьма жизнерадостный, сегодня просто не мог усидеть на месте: он ерзал на стуле, бросал по сторонам встревоженные взгляды. Его серый попугай Гомер то и дело перепархивал с одного плеча хозяина на другое, а то и на голову.

– А Танкред где? – спросил Чарли.

– Отец засадил его за уроки – к контрольной готовиться. Я-то уже все вызубрил, не мог больше дома торчать.

– Что-то случилось? – забеспокоился Чарли. Лизандр покачал головой.

– Духи предков на меня рассердились, – пробормотал он. – Спать не дают. Всю ночь грохотали у меня в голове своими барабанами и завывали заклинания.

Попугай вдруг завопил:

– Кар-ра-ул! Катастр-р-рофа!

– Гомер нутром чует, когда дело неладно, – кивнул на птицу Лизандр. – Он всегда такой, когда предки мной недовольны.

– А почему бы предкам не объяснить тебе, что им не нравится? – удивилась Оливия.

Лизандр бросил на нее мрачный взгляд:

– Потому что я должен сам это выяснить! Надо сказать, духи предков Лизандра были больше, чем просто какие-то заурядные привидения: они обладали огромной магической силой. Чарли уже случалось иметь с ними дело: не раз и не два их сильные коричневые руки, их острые копья и крепкие щиты вызволяли мальчика из беды. И если уж духи предков разгневались, то неспроста.

– Пошли прогуляемся! – предложил друзьям Чарли, надеясь, что свежий воздух приободрит Лизандра.

– Отличная идея! – Оливия подхватила за шкирку своего кролика.

Как раз в этот момент мистер Комшарр и вывел в зал Спринтера-Боба. Пес рвался к Чарли, а кошки с кроликами так и брызгали от него в разные стороны.

– Он соскучился по тебе, Чарли, – сказал мистер Комшарр, наблюдая за тем, как мальчик терпеливо сносит крепкие псиные объятия и липкие поцелуи в нос.

– А как Босх? – спросил Чарли, когда Спринтер-Боб немного угомонился.

– Цветет и пахнет, – сообщил хозяин «Зоокафе». – Моя жена души в нем не чает, да и Огнецы тоже.

– Надо же! – поразилась Оливия. – Кошки мышку не едят.

– Это непростые кошки, – серьезно напомнил ей мистер Комшарр. – Ну, шагайте, ребятки. Чарли, смотри погуляй с псом как следует, и пусть он побегает. Мне-то за ним не угнаться.

Троица друзей и их питомцы отправились на вересковую пустошь, которая начиналась сразу за окраиной города. Оливия несла кролика в корзинке, а попугай так и ехал на плече у Лизандра, подскакивая в ритм его шагам.

На пустоши Чарли сразу спустил Спринтера-Боба с поводка, и пес, заливаясь счастливым лаем, стал носиться туда-сюда и нюхать траву. Попугай Гомер снялся с плеча Лизандра и тяжелыми нырками летел за Спринтером, хрипло выкрикивая какую-то чушь:

– Кар-ра-ул! Сор-р-рвался с катушек! Слетел со свор-р-рки!

– Гомер! Наоборот! Это со сворки срываются, а с катушек слетают! – весело крикнула вслед попугаю Оливия.

– Что ты к словам цепляешься, это он от расстройства, – одернул ее Лизандр.

– Умственного, что ли? – захихикала девочка, бойко прыгая по вереску.

– Ничего смешного! – зарычал африканец. – Когда Гомер расстроен, он все путает! Как я! А я тоже расстроен!

– Ах, извини-и-и! – пропела Оливия. – Вижу, ты тоже с катушек слетел.

Чарли недовольно покосился на хохочущую Девочку. Вольно ей потешаться над Лизандром!

Она и понятия не имеет, каково бедняге! Слов нет, Оливия – отличная девчонка и надежный друг, но некоторых вещей она в упор не понимает, особенно насчет одаренности. Вот побывала бы в нашей шкуре, так знала бы, что одаренным быть – не сахар. Совсем не сахар…

– Уймись, – вполголоса попросил он Оливию, поймав за рукав.

Та вопросительно подняла брови, но многозначительный взгляд Чарли сделал свое дело.

– Пожалуй, не пойду я завтра в школу, – пробурчал Лизандр.

– Почему? – спросил Чарли.

– Сам не знаю. Не хочется. Что-то мне подсказывает – попаду я там в передрягу. – Лизандр говорил все тише и тише, так что Чарли с Оливией еле разбирали его слова.

– Как это не пойдешь? – взвился Чарли. – Надо! А как же скульптура? Как же Рики Сверк?

– А тебе-то что? – удивился его горячности Лизандр.

– Мне? Тоже сам не знаю, – подумав, ответил Чарли. – Ну, вроде как виноватым себя чувствую перед Рики, потому что больше не пытался его спасти. Не до того было. Но ты сам подумай, каково ему там, на чердаке, одному, в пылище, в темнотище, да еще и невидимкой. И к тому же он понятия не имеет, сколько там просидит и выберется ли вообще! Нет, надо его вытащить, и как можно скорее! Мы должны, Лизандр, мы обязаны! Ну пожалуйста, пообещай, что придешь в понедельник в школу! Прошу тебя!

– Ладно, подумаю, – неопределенно откликнулся Лизандр.

Он посвистал попугаю, и большая серая птица, покружив, опустилась к нему на плечо.

– Пока! – Лизандр повернулся и размашисто пошел прочь, глядя себе под ноги.

Попугай Гомер ехал у него на плече задом наперед, глядя на Чарли с Оливией блестящими круглыми глазами.

– Бер-р-р-регитесь! – прокричал он напоследок.

Глава 11

ПОЗОЛОЧЕННАЯ ПАУТИНА И БЫК ИЗ БИФШТЕКСОВ

Поднимаясь по крутому склону холма к дому, на Вершины, Лизандр неожиданно для себя запыхался. Мальчик насторожился: раньше с ним ничего подобного не случалось! С чего бы это он, такой сильный, на голову выше всех в классе, отличный спортсмен и школьный чемпион по легкой атлетике, вдруг стал задыхаться, как дряхлый старик?

Барабаны предков! Вот в чем дело! Они оглушительно гремели в голове у Лизандра, и голова у него шла кругом. Вот потому-то он и задыхался.

– Катастр-р-рофический обор-р-рот! – проорал попугай с плеча хозяина.

– Хуже некуда, – согласился Лизандр. Он как раз преодолел самую крутую часть подъема, с облегчением очутился на ровной площадке и остановился передохнуть. Отсюда, с Вершин, город был виден как на ладони, и над всем властвовал огромный и величественный купол собора. Прочие здания рядом с ним казались скворечниками, и только мрачная постройка на северном конце города могла с ним состязаться.

– Академия… – неприязненно процедил Лизандр.

От одного вида школьных стен ему почему-то стало дурно: глаза ело, кожа горела, горло саднило. Лизандр рванул воротник рубашки так, что пуговица отлетела, а сам рванулся к дому. Вот наконец и высокие кованые ворота! Миновав их, мальчик припустил по ровно подстриженным зеленым лужайкам к шикарному белому дому.

Его мама, миссис Джессамин Вед, красивая и статная женщина, смотрела какую-то телевизионную игру, но, стоило зазвучать шагам Лизандра, она мгновенно поняла, что с сыном неладно. Он с топотом промчался к себе в комнату, и каждый его шаг отдавался под крышей дома барабанным грохотом. Лизандр унаследовал свой дар именно от матери: миссис Вед тоже временами слышала, как духи предков барабанной дробью требуют внимания, чтобы сообщить какое-нибудь пророчество или дать совет.