Дэвид Дрейк - Удар судьбы

Он снова кивнул на восточную стену шатра. И снова звуки ракет и пушек малва проникли сквозь кожаную стену.

К дискуссии подключился новый голос.

— Это возможно, полководец Велисарий. Он мог бы организовать центр в Марве. — Васудева поднялся со стула в углу шатра и прошел к центру. — Марв — достаточно большой город и хорошо расположен для этой цели.

Васудева достиг стола, склонился и показал месторасположение Марва на карте. Его палец пошел на восток к реке Оке, затем последовал по течению реки, на юго-восток, до места на карте, где отсутствовали какие-либо обозначения.

— Вот здесь находится город Беграм, — сказал кушанский военачальник. — Самый большой из кушанских городов после Пешевара. Наши цари в старые времена строили летние резиденции в Беграме. — В голосе появилась горечь. — Сегодня Пешевар — это только руины. Но Беграм все еще стоит. Йетайцы его не разрушили, если не считать ступы.

Несмотря на все спокойствие в голосе Васудевы, Велисарий не упустил скрытую злость — даже ненависть. Когда йетайцы покорили Кушанское царство столетие назад, особенно жестоким репрессиям подверглись буддисты. Йетайцы убили всех монахов, а все ступы сравняли с землей. Велисарий знал, что как и большинство кушанов, Васудева все еще считает себя буддистом. Но он практиковал эту веру втайне, и никто не руководил им — ни монахи, ни какие-либо пергамента с учением.

Палец Васудевы пошел назад тем же путем, который он показал несколько секунд назад.

— Как вы видите, путешествие из Беграма в Марв не представляет трудности. Большую его часть можно проделать по реке.

— А что есть в Беграме? Кто там живет? — спросил Куруш. Васудева кисло улыбнулся.

— Кушаны. Кто же еще? — Улыбка сошла с его лица.

— А если точнее, то кушанские ремесленники. Даже в старые времена Беграм считался центром ремесленничества в Кушанском царстве. Пешевар крупнее, но это был царский город. Много солдат, придворных и тех, кто обычно болтается при дворе. — Васудева усмехнулся, также сухо, как улыбался. — И, конечно, целая орда бюрократов.

Васудева потрепал козлиную бородку.

— Если у Дамодары достаточно ума — если, полководец Велисарий, поскольку малва, как правило, не думают о кушанах, кроме как о солдатах-вассалах, — он с легкостью мог бы переправить сотни кушанских ремесленников в Марв. Там он мог бы построить оружейную мастерскую. Достаточно близко, как вы можете посмотреть по карте, чтобы обеспечивать его армию после того, как они миновали Каспийские Ворота. Но достаточно далеко, в защищенном оазисе, чтобы комплекс находился в безопасности от набегов персов.

«Он прав! — поступил ментальный импульс от Эйда. — Марв — идеальное место. Селевкиды окружили город стенами восемьсот лет назад. На самом деле весь оазис. Сасаниды сделали его столицей провинции и военным центром после того, как покорили западную часть Кушанской империи. И Марв станет — стал бы — столицей провинции Хорасмия после исламского завоевания».

Персидские офицеры смотрели на Васудеву, словно он лопотал на неизвестном языке. Один из них повернул голову и пробормотал другому:

— Я сам никогда не думал о кушанах, кроме как о солдатах.

Васудева услышал замечание. Снова улыбнулся. Но очень-очень легко.

— Никто не думает, — сказал он. — Но факт остается: кушаны были опытными ремесленниками на протяжении столетий. Несмотря на нашу внешность, мы не являемся варварами и номадами. — Он посмотрел на свои руки, вытянул пальцы. — Мой отец был очень хорошим ювелиром. Я хотел пойти по его стопам. Но у малва имелись для меня другие планы.

Велисарий внезапно почувствовал прилив сочувствия к крепкому кушанскому наемнику. Он мог поставить себя на его место. Велисарий сам мальчиком скорее хотел стать кузнецом, а не солдатом, пока требования его класса и Рима не постановили по-другому.

— Дамодара достаточно умен, — задумчиво сказал он и отвернулся от стола. — Более чем достаточно.

Велисарий принялся медленно ходить взад и вперед произнося слова тихо, как человек, который думает вслух.

— Если его разведка работает достаточно хорошо. Если у него есть нужная информация. Главный шпион малва, начальник шпионской сети империи Нанда Лал — способный человек, очень способный, но у меня ни разу не появилось чувства — а мы провели много времени вместе, — что его беспокоят ремесленники и мастеровые, то есть производство. Казалось, он ориентируется на политические и военные вопросы. Так где Дамодара мог узнать?..

«Нарсес!» — пришел импульс от Эйда.

— Нарсес, — рявкнул Маврикий. — На него работает этот вонючий предатель.

Велисарий прекратил ходить взад и вперед и уставился на фракийского хилиарха. Во взгляде Велисария не было гнева Маврикия. Он просто смотрел спокойно. Спокойно, но задумчиво.

— Это возможно, — сказал Велисарий через несколько секунд. — Я ни разу не видел его в телескоп. Но если Нарсес и находится в армии Дамодары, то постарается не попадаться нам на глаза.

Велисарий почесал подбородок.

— Возможно, возможно, — задумчиво произносил он. — Нарсес хорошо знает Центральную Азию.

Велисарий посмотрел на Куруша унылым извиняющимся взглядом.

— Мы всегда давали ему заниматься этой частью наших взаимоотношений с ариями. Он… ну, я должен быть честен: он проявил себя великолепно, когда дело касалось дачи взяток и направления варваров для обуздания восточных провинций Персии.

На мгновение в глазах Куруша появилась ярость. Но через пару секунд она перешла в смех.

— Я знаю! — воскликнул он. — Сколько горя принес нам этот человек! И это были не только варвары. Он также мастерски вызывал недовольство императорской властью у этих чертовых восточных господ. Все время держал их в возбужденном состоянии, заводил…

Куруш сделал четыре шага к входу. Выглянул наружу, потом посмотрел вверх, на вершину перевала. Внешне он прислушивался к звукам стрельбы малва. Но Велисарий знал: мысли Куруша на самом деле направлены в другую сторону, как во времени, так и пространстве.

Куруш повернул голову.

— Предположим, ты прав, Велисарий. Что это означает?

— Это означает, Куруш, что армия малва еще более опасна, чем мы думали. — Римский полководец прошел к выходу и остановился в нескольких футах за Курушем. — Это означает, что эта армия может сама покорить Месопотамию, сама по себе, независимо от того, что случится с основными силами малва в дельте.

Куруш удивился и резко повернулся.

— Она недостаточно большая! — воскликнул он. — Если бы император Хусрау не был занят, пытаясь удержать малва в Харке… — Он замолчал, затем мрачно добавил: — И если бы нам не приходилось разбираться с предателем Ормаздом в верхней Месопотамии… — Он снова замолчал и упрямо покачал головой. — Их все равно недостаточно — количественно, — настаивал он.