Анатолий Гончар - Судьба. На острие меча

— Погоди, — удержал меня маг — погоди, — повторил он снова, и я, поверив ему, повиновалась.

На нас не обращали никакого внимания. Видимо они были полностью уверены в том, что забредшим сюда путникам уже не уйти. Значит, какое-то время на «подумать» у нас было. Ситуация складывалась не в нашу пользу. Единственное, что приходило мне на ум — это быстро пустить две стрелы, прекратив тем самым мучения Мардлофа и оборвав чудовищную жизнь Нелофа, а затем, вонзив кинжал в собственную грудь, покончить с собой. Но нет, это потом, в крайнем случае…

Мардлоф закричал пронзительно и громко. Крик, наполненный болью и ужасающим страхом, заставил меня снова натянуть тетиву.

— Ещё не время, — Ильдарас твердо и решительно опустил руку на моё плечо.

— Но он же…

— Жди, так надо, поверь мне.

Я сжала зубы, чтобы не закричать самой — толстая черная ветка приблизилась к располосованному животу старшего Браузера и множество тонких шевелящихся корней потянулись к оголенной печени. Мардлоф снова пронзительно вскрикнул. Его печень почернела и покрылась кровавыми подтёками.

— Жди, — подойдя ко мне с другой стороны, шепнул Тёрм.

Да чёрт бы их побрал, что же такое происходит? Почему я должна ждать и смотреть, когда так зверски и мучительно умирает мой товарищ? Резким движением плеча сбросив удерживающую меня руку, я вскинула лук, но выстрела уже не требовалось. Ужасающий рев потряс окружающее пространство, и одновременно пришедшие в движение ветви огромного дерева неистово замолотили по мгновенно превратившемуся в кровавое месиво Мардлофу. Ошметки мяса полетели в разные стороны, падая на иссушенную почву, и тут же из-под земли вылезли багрово-красные корни, тянувшиеся к ногам вкопанных в землю пленников. Меж тем убившее Мардлофа дерево содрогнулось словно от удара, прошедшая по нему дрожь расколола ствол надвое, вниз посыпались тяжелые, сухие ветви. Мы едва успели отскочить в сторону. Менее расторопных обруков, среди которых был и младший Браузер, погребло под лавиной чёрных сучьев.

— Яд, яд, — зашумел, закричал на все лады окружавший нас Лес, — они пропитали себя ядом. Убьем их! Убьем!

Стало ясно, чего, удерживая от выстрела мою руку, ждали мои спутники.

— Так вот чем был тот эликсир — смертельным для деревьев ядом! — кажется, я выкрикнула свою догадку вслух. На меня начали коситься.

— Да, это был яд, — Тёрм даже не попробовал отпираться.

— Нельзя что ли было рассказать об этом сразу? Тем более, что этот яд совершенно безобиден для человека.

— Ну… Мы этого точно не знали, — несколько сконфужено пробормотал Тёрм.

— Что? Ты дал нам непроверенный препарат?!

— Мы надеялись…

— Ты рисковал нашими жизнями!

— Но деревья он убивал, это факт!

— Я бы сама тебя убила… — произнесла я, но развивать тему не стала. А ведь убила бы, если бы сама не поступила б точно также… — Но сказать ты всё же мог, к чему все эти тайны? Мы бы поняли…

— А ночь? Ты помнишь свой сон? Ты все свои тайны сумела сохранить? И если да, то ты так же уверена и в остальных?

Тут он был прав, но мы могли бы продолжать нашу дискуссию ещё и дальше, однако в этот момент всё вокруг пришло в движение. Отовсюду к нам потянулись чёрные обугленные вечной сушью ветви.

— Авель, в центр, — безапелляционно приказал Тёрм.

— Не-ет, я буду сражаться вместе с вами! — ласково прошипела я, но Термарель только улыбнулся моей наивности.

— Вот и сражайся. Твоё оружие — лук и стрелы. Стреляй в пленных людей, мы тебя прикроем.

Эх, я-то уже подумала… а оказывается никто меня от ратных подвигов освобождать и не собирался.

Первая же моя стрела, найдя брешь в переплетении окружающих нас ветвей, пронзила грудь и сердце высокого, когда-то статного мужчины. Его тело тут же скрючилось и оплыло вниз черной безобразной массой. Вторая, расщепив на пути пару небольших веток, пронзила голову совершенно седой, беззвучно разевавшей рот женщины, которая неизвестным мне образом попала в этот черный — да будь он проклят! — Лес. Третья стрела застряла в одном в сучков, так и не достигнув цели, зато четвертая поставила точку в мучениях ещё одного несчастного. Всё это время вокруг меня шла ни на мгновение не прекращающаяся битва. Мужчины, образовав тесный треугольник, изо всех сил рубили и отбивали рвущиеся ко мне — да, именно ко мне — ветви и сучья, а поблизости уже слышались завывания спешивших сюда обруков. Колчан постепенно пустел, а ещё более стремительно истаивало отпущенное нам время.

— Стойте, — громко и властно прошелестел Лес, — довольно смертей и крови, — окружившие нас ветви и обруки как по команде отпрянули назад. Моя рука, держа до упора натянутую тетиву, слегка дрожала. Я, не зная, как поступить, не смела разжать пальцы, но и желания отпустить лук тоже не было. В своей жизни мне пришлось увидеть достаточно подлости, чтобы вот так запросто поверить в честные намерения своего врага.

— Авель, опусти лук, — Ильдарас осторожно коснулся моего плеча, с другой стороны от меня стоял Тёрм. Он тяжело дышал, глаза грозно пылали, но иззубренный меч был отведен назад. Пыхтящий Мейхель едва удерживал его за пояс.

— Чего вы хотите? — Выкрикнул рвущийся в бой Терм. Его трясло от переполняющей сердце ярости.

— Не троньте наши стада, — вот как они называют обреченных на долгие годы мучений людей, — и мы не станем убивать вас.

— Что? — взревел Тёрм, теперь и Ильдарасу пришлось ухватить его за пояс, — да я только за одного Мардлофа повыдергиваю все ваши корни!..

— Тёрм, опомнись, их уже не вернёшь, — чтобы быть услышанным маг кричал ему в самое ухо, и тут же обратился к деревьям, — но мы ещё хотим забрать лошадей.

По рядам обруков пробежал ропот.

— Хорошо, — на удивление легко согласился Голос. Обруки обречённо вздохнули, а Лес добавил, — вы заберёте всех, кроме двух. Они остались без всадников, они нужны моим рабам.

— Согласен, — кажется Ильдарас сегодня был не склонен к длительной торговле, — где наши кони?

— Их приведут к вам. Ступайте по аллее, она выведет вас к тропе. Уходите и больше не возвращайтесь, вы и так принесли нам много горя.

"А вы нам?" — хотела крикнуть я, но не стала. Мейхель и Ильдарас сунули мечи в ножны, почему-то безоговорочно поверив в обещание врага.

— Идём, Терм, — я настойчиво потянула его за рукав.

— Нет, я не могу смириться с подобным, — он упрямо замотал головой, — идите, а я останусь сражаться.

— Мы отомстим, Тёрм, верь мне, — я снова потянула его за рукав.

Ильдарас повернулся и заглянул ко мне в лицо.

— Идем, Термарель, она знает что говорит. Идем! — настойчиво повторил он.