Джон Рональд Руэл Толкиен - Хоббит, или Туда и Обратно

Когда Бомбур узнал, что есть нечего, он расселся и захныкал, чувствуя какую-то тяжесть в ногах.

— И зачем я только проснулся! — ревел он. — Я так сладко спал! Мне снилось, что я в лесу, вроде этого, только с веток свисали светильники, к стволам были привязаны факелы, на земле горели костры, а вокруг был такой пир! Там был лесной король в короне из листьев, там так весело пели! А всякой всячины — не счесть!..

— И не пытайся! — оборвал Бомбура Торин. — Или молчи или говори о чем-нибудь другом! И так уже столько бед из-за тебя! Если не проснешься, останешься здесь со своими дурацкими снами! Мы тебя и так сколько тащили!

Пришлось карликам потуже затянуть пояса вокруг пустых животов, взять пустые котомки и ковылять вперед без малейшей надежды на то, что они выберутся из Черной Пущи, прежде чем они умрут от голода. Весь день путники еле плелись, а Бомбур все время жаловался, что его не держат ноги и клонит в сон.

— Ну уж нет! — возмутились остальные. — Мы и так слишком далеко несли тебя. Пусть теперь тебя несут твои ноги!

Вдруг Бомбур отказался идти дальше и бухнулся на землю.

— Иди, ты должен, — говорили ему.

— Вот еще! Сейчас лягу, и мне приснится еда. Надеюсь, мне не придется больше просыпаться!

Тут Балин, который немного опередил остальных, крикнул:

— Что это? Мне показалось, что вдали мигает огонек!

Карлики посмотрели — где-то далеко впереди, как им почудилось, в темноте мигал красный огонек, от которого брызнуло множество искр и загорелись точно такие же огни. Даже Бомбур встал, когда все кинулись на свет, не зная то ли там гоблины, то ли тролли. Огоньки мигали слева от тропы. Карлики почти приблизились к огням, и им показалось, что будто это был свет факелов и костров, а тропа-то осталось далеко позади!

— Вот вам и сны в руку, — выпалил пыхтевший Бомбур. Он хотел бежать прямо к огням, но остальные хорошо помнили советы Беорна и кудесника.

— Если мы не вернемся живыми с этого пира, то какая нам от него польза, — проворчал Торин.

— Но и без него нам долго не протянуть, — возразил Бомбур, и Бильбо искренне согласился с ним. Карлики долго спорили о том, идти вперед или назад, и наконец, решили послать двоих из отряда на разведку. Но они никак не смогли решить, кого послать: никто не хотел заблудиться, чтобы потом никогда не выбраться из лесных дебрей. В конце концов, за карликов решил голод, тем более, что Бомбур продолжал описывать трапезы из своих снов. Все углубились в чащу.

Им пришлось долго пробираться и даже ползти под разбитыми стволами деревьев, пока впереди не показалось что-то вроде прогалины. Там было много всякого народу одетого в бурое и зеленое; незнакомцы сидели на колодах, расставленных по кругу, посреди которого ярко пылал костер, а на древесных стволах были привязаны факелы. Но самым изумительным было то, что весь этот народ ел, пил и весело смеялся.

Запах жаркого был таким заманчивым, что все, не советуясь друг с другом, толпой ввалились в круг, думая о том, как добыть немного снеди. Но едва первый из отряда ступил на прогалину, все огни погасли, словно по колдовству, кто-то разворошил костер так, что пламя, рассыпая искры, взметнулось вверх — и карлики очутились в кромешном мраке. Они долго никак не могли найти друг друга, блуждали вслепую, спотыкались о колоды, налетали лбами на деревья, звали и кричали. Наконец все сбились в кучу и нашли друг друга, тыкая в каждого пальцем. Но самое страшное, разумеется, было не в этом, ибо никто не помнил, в какой стороне лежит тропа. Было решено ждать рассвета и никуда не уходить. Никто не смел даже наощупь поискать ягод — так все были напуганы. Но сон был коротким. Едва Бильбо задремал, как Дори, который в этот раз дежурил первым, громко прошептал:

— Там снова огни, и там — везде. Их еще больше.

Все снова вскочили на ноги. Неподалеку светились отблески мигающих огней, и слышался звонкий смех. Карлики медленно, вытянувшись в ряд и касаясь руками спины соседа, подкрались к этому месту. Когда отряд подошел совсем близко, Торин сказал:

— На этот раз всем стоять на месте! Пока я не скажу, никто не выйдет на прогалину. Сперва пойдет Бильбо Бэггинс и потолкует с теми, кто там находится. Его они не испугаются («А что будет со мной?» — подумал Бильбо) и, я так думаю, ему никто не причинит вреда.

Подойдя вплотную к огромному кругу, карлики вытолкнули Бильбо внутрь. Прежде чем хоббит успел надеть кольцо, его озарил свет костра и факелов. Все огни немедленно исчезли, и воцарилась непроглядная тьма.

Если в первый раз было собраться трудно, то сейчас это было еще труднее. Особенно долго искали хоббита. Каждый раз карлики пересчитывали друг друга — тринадцать! Они кричали: «Бильбо Бэггинс! Хоббит! Чтоб тебе пусто было! Эй, хоббит, лес тебе на голову! Где ты?» — и прочее в том же духе.

Карлики уже решили отказаться от поисков, а тут Дори возьми да споткнись обо что-то. В темноте он решил, что это бревно, и тут понял: хоббит. Бильбо хорошенько растормошили, и он проснулся недовольным.

— Я так сладко спал, — пробурчал хоббит. — Мне снилась такая вкуснятина…

— Этого еще не доставало! Сперва — Бомбур, а теперь и хоббит спятил! — зашумели карлики. — Помалкивай про свои сны. Зачем нам слушать про пиры, где нет нас?!

— Вообще-то это самое лучшее, что можно добыть в такой глуши, — ворчал в ответ Бильбо, ложась рядом с карликами и пытаясь снова уснуть.

Но огни зажглись снова. Посреди непроглядной ночи закричал бывший в это время в дозоре Кили:

— Совсем рядом вспыхивает яркий огонь, может, свет факелов и костров, как по волшебству. Там поют и грают на арфах!

Немного полежав и послушав пение, никто не смог противостоять желанию подойти ближе и еще раз попытаться попросить помощи. Все снова встали, но никто не знал, что последствия будут очень ужасными. Пир оказался еще великолепнее двух предыдущих, а во главе сидел лесной король в венце из листьев на золотых волосах — Точно такой, как во сне Бомбура. Пирующие передавали друг другу через костры чаши, многие из них пели или играли на арфах. В блестящих волосах пестрели цветы, воротники и кушаки блестели алмазным шитьем, лица светились весельем, а песни были такими громкими, звонкими и прекрасными, что Торин не удержался и вступил прямо в середину круга. Песни оборвались на полуслове. Свет погас. Костры заклубились черным дымом. Карликам засыпало глаза золой и пеплом, и те снова наполнили чащу своими воплями и криками.

Бильбо мерещилось, что он все время бежит по кругу. Он звал их по именам, в то время как они (хоббит совсем не видел их) звали Бильбо. Но крики все удалялись и затихали. В какой-то миг хоббиту почудилось, что зовут на помощь, зовут откуда-то издалека, должно быть, справа. Бильбо остался в темноте, один-одинешенек.