Ольга Кузнецова - Девочка на холме

Тщетно я надеялась, что что-либо может измениться. С таким ветром и туманом самолеты не будут взлетать еще по крайней мере целую неделю.

Саймон был напряжен до предела: плотно сжатые челюсти и решительный огонь в темных глазах. Он стоял около калитки (по-прежнему не закрытой) и ждал, пока я не скажу ему, куда двигаться. Из-за сильного ветра нам приходилось общаться с помощью жестов, и я указала ему на восток. Саймон кивнул, показывая тем самым, что понял меня, а затем включил фонарь. В туман без какого-либо освещения нырять было опасно.

Если бы ни вопрос жизни Дейзи и ее еще не рожденного ребенка, то я обязательно спросила бы у Саймона, видит ли он то, что вижу я. Видит ли он холм.

Спустя мгновения шериф исчез в густой дымке, и мне ничего не оставалось, как последовать следом за ним. Некоторое время свет, исходивший от его фонаря, был для меня некоторым ориентиром, но затем я потеряла из виду и его.

Я гадала, обнаружил ли дядя уже мое исчезновение и не догадался ли он случайно отправиться за мной. Эта мысль пришла мне в голову только сейчас — я тянула за собой людей на самое дно смертоносного болота, сама того не подозревая. Хотела я того или нет, я была светлячком, заманивающим людей в чащу непроходимого леса из тумана, ветра и опавших листьев.

И вдруг мне показалось, что где-то совсем рядом раздался чей-то тоненький голос, почти полностью приглушенный бурей. Я тут же ринулась к зарослям с дикой клюквой и обнаружила там лежащую на земле Дейзи. Девушка все время бормотала что-то бессвязное и еле заметно дергала руками. Но она была жива, и это было самое главное.

У Дейзи от виска тек тонкий ручеек крови. Наверное, она зацепилась за колючую ветку, когда падала без сознания. Лицо ее покрылось испариной, и от прежней улыбающейся Дейзи уже не осталось и следа. Одежда порвана, губы обтрескались и постоянно дергались веки. В бреду она постоянно шептала какое-то непонятное слово, и я поняла, что это было имя сбежавшей лошади.

— Саймон!!! — Я кричала, что было сил, но ветер тут же нагло проглатывал мой зов. Я кричала снова и снова, потому что знала, что одна я не донесу Дейзи до ранчо, а еще, если Саймон не узнает, что я нашла Дейзи, то он будет слоняться в тумане до вечера, пока сам не упадет без сил.

Но он не откликался. Наверное, был уже слишком далеко отсюда, чтобы услышать меня.

Когда я поняла, что все бесполезно, то перестала кричать и почувствовала противное шипение в горле. Голос я себе точно посадила, так что если снова придется звать на помощь, то у меня не было шансов.

Неожиданно чья-то холодная ладонь накрыла мой рот, и внутри у меня все сжалось от страха.

— Не кричи — могут услышать, — раздался знакомый голос над ухом, а затем я лицом к лицу столкнулась с Тедом. В этот раз он был разве что без сигареты, а в остальном такой же серьезный и непоколебимый.

— Джинни, помоги, — сказал он, взваливая на себя бесчувственное тело несчастной. Губы у Дейзи еще шевелились, но различить ее бормотание стало окончательно невозможно.

Я схватила девушку за бок, пытаясь поднять Дейзи в вертикальное положение, чтобы Теду потом было удобней ухватиться за нее. Дейзи оказалась на удивление тяжелой, и мне даже пришлось бросить фонарик под один из кустов из-за того, что мне явно не хватало силы одной руки.

Больше Тед ничего не говорил и не задавал никаких вопросов, но в таком бушующем вихре я бы его и не расслышала. Он молча подхватил девушку и понес ее на руках, ничем не выдавая, насколько ему было тяжело.

— Саймон, — одними губами произнесла я, на что Тед кивнул в сторону — туда, где где-то далеко в тумане показался человеческий силуэт.

Облегченно вздохнув, я последовала вслед за Тедом, все время оглядываясь на восток. Я думаю, не стоит уточнять, на что я смотрела. Я просто не могла оторваться от этого великолепного холма и все время ждала, что снова увижу на затуманенном горизонте силуэт грациозного вставшего на дыбы жеребца. Внутри меня даже поселилась некоторая гордость, что именно я спасла Шварца накануне на осеннем фестивале, иначе даже боюсь представить, что бы сделал с конем его новый владелец.

Вскоре Саймон заметил нас и тут же перешел на бег, а когда я наконец увидела его измученное лицо, то не узнала шефа полиции. На какое-то мгновение мне даже показалось, что Саймон плакал, но глаза могли покраснеть и от сильного ветра. В конечном счете это было не мое дело. С Дейзи и ребенком было все в порядке — это было самое главное.

Сначала Саймон хотел взять жену на руки, но краем глаза я заметила, что Тед лишь метнул в его сторону огненный взгляд, и Саймон тут же опустил руки. Он и вправду сейчас был слишком измотан, разыскивая Дейзи в тумане, и вряд ли бы выдержал ее, да еще под напором такого сильного ветра.

Когда мы вернулись на ферму, я придержала дверь, чтобы девушку внесли, не повредив. Оба мужчины — и Тед, и Саймон — даже не смотрели в мою сторону, сосредоточив все свое внимание на находившейся без сознания Дейзи, и я была этому рада. В смысле, тому, что они на меня не смотрели, а не тому, что Дейзи была без сознания.

Тед осторожно положил тело Дейзи на широкий диван, а затем подошел к Саймону и что-то ему тихо сказал. Я не расслышала ни слова: наверное, это оттого, что в моей голове до сих пор звучали отголоски бури.

Когда они разговаривали, я, к своему удивлению заметила, что Тед был даже выше, чем Саймон, и уж гораздо "живее" него в плане телосложения. Странно, а ведь раньше я считала Саймона высоким мужчиной, но все же он был слишком субтильным, чтобы выглядеть внушительно, в отличие от Теда, глаза которого полыхали черным недобрым огнем. Внезапно мне захотелось покинуть дом, лишь бы Тед не приближался ко мне. Это желание, как и многие желания, которые я испытывала в последнее время, было подсознательным, необъяснимым. Я просто не хотела находиться с ним в одной комнате и все.

Но едва я собралась уходить, как Саймон окликнул меня:

— Джинни, вызови скорую.

Мне пришлось повиноваться. Мысленно я надеялась лишь на то, что телефонная связь уже работает. Мельком я оглядела неподвижную Дейзи, лежащую на диване в неестесственной позе. Все это становилось странным: слишком долго она уже находилась без сознания.

Дрожащими пальцами я набирала номер отделения местной больницы, как можно спокойней ответила на вопросы диспетчера и повесила трубку.