Болотная ведьма. Трактирные истории - Катерина Крылова

оставив записку в стиле: люблю не могу, вы меня неволите, замуж за постылого отдаете, ухожу к своему счастью.

И прокатило бы. С любой другой прокатило бы. Побушевал бы отец, отправил слуг искать, перерыл бы переписки, расспросил подруг девчонки и… не нашел. И потерял бы массу времени. Но не с Иветтой Алоис Аресской. Со стороны графская дочка казалась такой же как все аристократочки. Милая, ранимая и даже воздушная. Такая вся с локонами, в кружавчиках по последней моде, с неизменной зверушкой в нежных ручках. Мало кто обращал внимание на серьезный взгляд зеленых глаз, на спрятанную в виде украшения мизерикордию в кудряшках и на то, что милая зверушка с блестящим голубеньким ошейником — мангуст. Хищный и послушный хозяйке.

Со стороны казалось, что девушка — вся в матушку. Такое же красивое и пустоголовое украшение графского дома. Ах, как жаль, что у графа одна дочка, наследство пойдет по женской линии. Какое несчастье для рода! Никто кроме графа и его, не такой уж пустоголовой, кстати, жены не знал, что Иветта матери приемная, а вот отцу роднее некуда. Что родила ее ведьма и что у девочки есть искра. Дремлющая, но дающая возможность проявить себя в потомках. Вот и воспитывал граф дочь жестче, чем некоторые сыновей. Да, любил и баловал, многое прощал, но и муштровал как не всякого гвардейца. Сама же Ива была под стать отцу. Умная, цепкая, не по годам мудрая. Она прекрасно знала о своем происхождении и понимала чего хочет от этой жизни и чего может добиться. Когда-то, когда ей не было еще и девяти лет, они с отцом решили, что будут «делать вид». А потому дочурка-сорванец, дочка-непоседа во время приездов из родового имения в столицу превращалась в «ах-какую куколку». Ива училась выживанию среди высокого общества: перенимала манеры, разучивала родословные и межродовые интриги, дружила и создавала коалиции. Это мужчинам кажется, что они сильные мира сего, что именно они принимают решения и претворяют их в жизнь. Вот женщины точно знают, что парой взмахов длинных ресничек и вовремя запущенной сплетней можно пустить под откос даже многоходовые политические интриги, разбив, казалось бы, крепкую деловую дружбу. Не всегда и не всякую, но если постараться, если знать подоплёку, если точно представлять себе результат… Впрочем, мужчинам никогда не раскусить и половины женских уловок. Они стараются «не лезть в этот курятник», как говорят некоторые самонадеянные, или «в серпентарий» — это уже те, кто раз «слазил в курятник».

Иветта пропала, оставив странную записку и ее отец сразу же не раздумывая бросился к профессионалам, то есть в Сыск. Дело оказалось у Чендаре и его подчиненных. Баронет собирался действовать именно по плану: опрос слуг, переписки, подруги. Раздал указания и сыскари принялись за дело.

Граф предполагал, что дочь исчезла ночью, но опрос слуг показал, что девушка рано утром была дома. Она спустилась в малую гостиную, позавтракала и отправилась на прогулку в сопровождении доверенной служанки. Той, кстати, тоже не досчитались. Отчета о своих планах она никому не давала. Прислуга думала, что в курсе граф, а граф, в свою очередь, странно проспал почти до полудня. Ранее за ним такого не водилось, но вчера он поздно вернулся, а потом засиделся с бумагами в кабинете. Поэтому и хватился дочки уже к обеду, когда она не пришла разделить с ним трапезу. Камердинер, отсутствующий утром, ответил, что молодая госпожа сегодня еще не спускалась. Заволновавшись, граф поднялся в комнаты к дочери, где и обнаружил недовольного отсутствием хозяйки мангуста и записку на туалетном столике. Ни разу не поверив кривым строчкам с завитушками: «Это вообще не почерк Иветты!», обратился к сыскарям.

Обыск в комнате девушки показал, что она не взяла с собой ни одежды, ни драгоценностей, вообще ничего. Ну какая женщина решится уйти из дома, оставив самое ценное — любимого питомца и любимые побрякушки. А, значит, не побег. Похищение.

Дальнейшее расследование установило, что исчезла девушка со служанкой в районе Приречной торговой улицы. Здесь вдоль набережной были устроены магазинчики, лавочки и чайные для высокой публики. Тем утром многие из них еще не открылись. Известно же, что дамы и господа просыпаются не раньше полудня, это не какое-то простонародье, которое вскакивает с третьими петухами и стремиться заработать лишний (нет!) медяк. Опрос всех лавочников и просто живущих на этой улице, который проводили подчиненные Чендаре, не дал ни одного свидетеля. На этом дело встало. Казалось, что девушка просто вышла на улицу, дошла до набережной и испарилась вместе со служанкой. Пока сыскари занимались поиском свидетелей, граф Аресский решил не сидеть на месте. Он добился приема у учителя молодого Дель Наварра и посулил всё, что можно магу, если тот поможет найти его дочь. На это у безутешного отца ушло несколько часов.

К тому моменту Табола только-только начал узнавать свои способности и управлять ими, но к делу его учитель подключил. Правда, в качестве того же мальчика на побегушках.

— Я так понимаю, что нам все-таки не известно точное место пропажи девушки? — обратился к наставнику Табола. — По словам служанки, молодая графиня направилась в сторону Приречной, а на самой набережной ее никто не видел.

— Верно.

— Нужно еще раз опросить слуг. Кто-то из них явно врет. И попробовать проследить путь девушки от дома, чтобы локализовать место исчезновения. Я могу попробовать магией.

— И это верно. Что ж пойдем. Попробуешь свои силы, а я подстрахую.

По приезду в графский дом Табола активировал усилитель. Чуять, когда ему откровенно врут маг мог и так, это была часть его природных способностей. Но человек же не всегда обманывает напрямую. Он может не договаривать, может умышленно опускать какие-то детали, которые меняют суть, может просто не придавать им значения. Для это и нужен артефакт-усилитель, он помогает различать нюансы эмоций полуправды или полулжи.

Граф сразу же приказал собрать всех слуг, начиная от горничных и заканчивая конюхами, в большой гостиной. Наставник задавал вопросы, а Табола присматривался.

— Вот этот, эта и тот, — указал он на камердинера, кухарку и помощника конюха поочередно.

— Все свободны, а вы трое останьтесь. — отпустил слуг граф.

Мальчишка лет тринадцати, помощник конюха, стрельнул глазами на окна, дверь, дернулся было в сторону, но путь ему перекрыл один из сыскарей, пришедших с магами.

— Что