Игра титанов - Казаков Дмитрий Львович

– Что ты предлагаешь? – спокойно осведомилась Хельга.

– Дикие кивагор живут в основном около моря. Если уйти в глубь суши, прочь от берега, сделать крюк…

– А есть ли в этом смысл? – спросил Олен. – Ну, ускользнем сейчас. Что, южнее не верят в Варо-Вак? Сородичи этих голых парней, – он мотнул головой в сторону одного из трупов, – носят одежду, но так же ревностно выполняют приказы своей богини. Может быть, надо попытаться напасть на нее саму?

– Это невозможно, – покачал головой Харальд. – Она везде, где есть те, кто поклоняется ей. Ты будешь сражаться с камнями и рассветами, с ящерицами, скалами и всеми кивагор? Ну а насчет того, что нас ждет на юге, – это мы еще посмотрим. Дикарей заставить воевать легче, чем моряков или ремесленников.

– Я за то, чтобы пойти в горы, – сказал Юрьян. – Я могу помахать мечом, но не так люблю его, чтобы заниматься этим каждый день. Лучше побить ноги в скалах, чем убивать ни в чем не виноватых бедолаг. Как сказал Варок Косматый князю Желтых Лисиц: «Нет чести в том, чтобы уничтожать обманутых…»

– Хельга? – спросил Харальд.

– Обойдем, – ответила лиафри после обычной паузы.

– Нас трое, ты один. Что скажешь?

– Не нравится мне эта идея. – Олен убрал меч в ножны и поправил заплечный мешок. – Но спорить не буду.

– Вот и отлично.

Заваленный телами пляж остался позади, а вскоре закончились и валуны. К самому морю подступили скалы, беловато-алые, как окровавленные зубы. Харальд свернул сразу же, как увидел достаточно пологий склон. Подъем продлился недолго, они оказались на плато, поросшем кустарником и отдельно стоящими деревьями с узкими и жесткими листьями.

– Придется идти очень быстро, да еще и путать следы, – сказал Харальд. – Так что немного нажмем.

Через час Олен был мокрым, словно искупавшаяся мышь, а в бедрах появилась боль. Юрьян дышал тяжело, и только Хельга выглядела полной сил, точно проспала все это время в тенечке. Харальд водил их кругами по каким-то ущельям, заставлял по нескольку раз пересекать одни и те же ручьи, карабкаться по отвесным склонам и скакать по камням.

– Я больше не могу… – прохрипел скальд, когда стало ясно, что им предстоит еще один подъем.

– А ты представь, что нас догоняют твои «друзья» из родни Сашиха Толстого, – посоветовал Рендалл.

Шустрый глянул на него, как на врага.

Этот подъем дался еще тяжелее предыдущих. По его завершении Олен чуть не свалился, запнувшись о еле заметную кочку. Затем оглянулся и увидел, что на западном горизонте блестит тонкая серебристая полоса моря.

Судя по всему, зашли они далеко и высоко.

– Привал, – сказал Харальд. – Теперь отыскать наши следы будет не так-то просто даже для опытного охотника.

Юрьян упал там, где стоял, Олен нашел в себе силы стащить с плеч мешок, прислонился спиной к нагревшемуся на солнце камню. Хельга опустилась на землю рядом.

– Уф, – сказал уроженец Заячьего Скока. – Слушай, а на что похож твой родной мир? Он сильно отличается от Вейхорна?

– Как тебе сказать… – Зеленоглазый задумался. – Вообще, весь Пирог устроен немного по-другому, чем одиночные миры. Он состоит из трех частей, верхняя и нижняя – словно тесто, а средний – начинка, где живут люди и прочие разумные. Да, в моем родном мире нет никого, кроме людей. Никаких эльфов или орков.

– Один народ? Не может быть! – вяло удивился Юрьян.

– Может. Какой смысл мне врать?

– А верхний и нижний слои, что в них? – спросил Олен.

– Там обитают ангелы и демоны, существа разумные, но… – Харальд подвигал бровями. – Как бы тебе сказать? Они больше похожи на богов или на титанов, очень могущественны, но не нуждаются в жертвах и поклонниках. Маг может вызвать их, заставить служить себе, но должен быть очень осторожным. Стоит ошибиться – и вызванный обратится против заклинателя.

Скальд хмыкнул, глаза Хельги удивленно сверкнули.

– Да, а почему Первородный Огонь не смог тебе повредить? – Рендалл вспомнил схватку, когда атака Сердца Пламени оказалась не более действенной, чем попытка утопить рыбу.

– А… это так уж получилось… – По лицу Харальда скользнула тень недовольства. – Ну что, отдохнули? Тогда встаем, и пошли.

Судя по виду Шустрого, ему очень сильно захотелось кого-нибудь убить.

Рендалл даже мог догадаться, кого именно.

Галера вздрогнула, когда ее борт коснулся причала.

– Вот и прибыли, разрази меня гром, – заявил капитан, и на хитрой его роже появилась усмешка. – Довольны ли почтенные сородичи?

– Конечно, – ответил Рик, оглядывая берег, где клубилась толпа моряков, шлюх, купцов и грузчиков.

Вокруг был порт, где стояли корабли, пришедшие со всех краев Вейхорна. К небу вздымались светло-желтые стены и башни. Хиррон, столица Южного принципата кивагор, был могучей крепостью и помнил не одну осаду. В вышине висело раскаленное солнце.

– Ты будешь ждать нас здесь столько, сколько потребуется, – сказал Рик капитану. – Если дело затянется более, чем на два месяца, то возвращайся в Цитадель до осенних штормов. Понял?

– Само собой. – Капитан поклонился так, как и надлежит при разговоре с тем, кто постиг сущность Госпожи.

– Вот и хорошо. – Рик повернулся к сопровождающим: – Я вижу, вы готовы? Тогда за мной.

По шатким скрипучим сходням сошли на причал и зашагали к берегу. Рик поймал удивленный взгляд попавшегося навстречу кивагор в цветастом балахоне портового чиновника. Подумал, что давно в порту Хиррона не останавливались галеры самой Цитадели.

А желтая пирамида на парусе говорит знающему о многом.

На уттарнов глазели, кое-кто даже рот открывал при виде древнейших обитателей этого мира. Но никто старался не пялиться особенно нахально, так как палицы на поясах у воинов внушали почтение.

Рик знал, насколько странно он и его сородичи выглядят для представителей других рас. Кажутся нацепившими одежду и научившимися разговаривать животными. Знал, и ничуть не переживал по этому поводу.

Кивагор, барги или абидаси тоже не представлялись ему особенно красивыми.

А на берегу дорогу уттарнам загородили пятеро стражников в легких кольчугах и жрец Варо-Вак в остроконечной шапке и сером рубище.

– Мир вам, во славу Владычицы Ущелий, – проговорил он, настороженно блестя синими глазами.

– Мир и вам, – ответил Рик, вспоминая слова языка кивагор, который знал хорошо, но не использовал много лет.

– Что привело вас под сень Розового Скипетра? – поинтересовался жрец.

Рик почувствовал раздражение: как смеет этот безволосый допрашивать уттарна? Возникло желание выпустить когти и вырвать служителю богини кадык. Никто из стражников даже дернуться не успеет, а если и успеет, то им займутся воины, стоящие за спиной.

Похоже, жрец прочитал что-то в глазах собеседника. Он нервно моргнул и отступил на шаг.

– Частное дело, – прорычал Рик, подумав, что лучше потерпеть, чем потом разбираться с принцепсом.

Вряд ли правителю кивагор понравится, что его подданных убивают чужаки.

– Э… мы просто заботимся о безопасности… да, мы должны знать… – забормотал жрец.

– Мы проведем у вас в городе одну ночь, а завтра уедем, – сказал Рик. – Надеюсь, что вы не враждуете с народом уттарнов?

– Нет… да, проходите… ну… – И жрец, отчаянно замахав руками, поспешно отступил в сторону.

Стражники неторопливо освободили дорогу.

Проходя мимо них, Рик позволил себе дернуть спрятанным в штанах хвостом. Инородец все равно не увидит оскорбительного жеста, а даже если бы и увидел, то не понял, что он обозначает.

– Может быть, вернемся и всех убьем? – сказал старший из воинов, откликавшийся на имя Сахо-Лнос-Рах-Вода-Два.

– Здесь нельзя так просто убивать. – Рик поводил ушами, давая понять, что не особенно доволен. – Отнять их жизни легче, чем раздавить бабочку, но потом возникнет большая куча проблем.

– Ну-ну… – Сахо разочарованно засопел.

Свернули на узкую, провонявшую запахом горелого мяса улочку, занятую почти одними кабаками. Со всех сторон кинулись громогласно орущие зазывалы, принялись хватать уттарнов за рукава: