Илья Гутман - Возвращение Утренней Звезды

— Леон! Очнитесь! — Ларри тряс его за плечо. — Что с вами? Вы в порядке?

— Что? — изобретатель открыл сонные глаза и, пробормотав что-то вроде "в полном, не мешайте мне спать", вновь крепко уснул.

— Ничего не понимаю, — Ларратос недоумённо повернулся к Элиддину.

— Похоже, последствия отравления, — вздохнул тот.

— Меня, кстати, тоже в сон клонит, — зевнул Апион. — Я и сам чуть не свалился с танина.

— А почему тогда Зарина не засыпает? — поинтересовался Ларри. — Зарина, ты как?

— Не усну, не бойся, — девушка улыбнулась и провела ладонью по своим волосам.

— Дело в том, что её исцелял Трейк. А вот те, кого лечил я… — паладин вздохнул. — Похоже, яд оказался крепче, чем я думал.

— Вовсе нет, — боевой маг склонился над изобретателем. — Просто в руинах Перворождённых пульсируют некие энергии, блокирующие или по крайней мере ослабляющие мощь Абсолюта — я об этом уже говорил. Магия в этом плане вроде бы надёжнее, особенно если чары содержат защиту от посторонних воздействий.

Трейк провёл рукой сперва перед лицом Апиона (тот сразу же перестал зевать), а затем перед лицом Леона. Изобретатель вздрогнул и проснулся.

— Где мы? Что случилось?

— Ничего страшного. Всего лишь последствия яда этих змеелюдов…

— А… а где же мой чемоданчик? Я же забыл в этих руинах свои инструменты! — изобретатель вскочил и бросился к дракону. — Мы должны вернуться за ними!

— Нет, — Элиддин покачал головой. — Мало ли, какие ещё сюрпризы спрятаны в этом заброшенном городе. Будет лучше, если за ними слетает кто-либо из паладинов.

— Разрешите мне, наставник… то есть Элиддин?

— Конечно, Ларри. Мы подождём тебя здесь.

Ларратос вскочил на Мириду и уже через пару минут приземлился возле поселения Перворождённых.

Внутри всё было по-прежнему, если не считать того, что сторожевой голем валялся на полу — вероятно, исчерпалось заклятие. Ларри поднялся наверх — в тот самый зал, где произошла схватка со змеелюдами… но там его уже ждали:

— Не это ли ищешь, красавчик? — навстречу Ларратосу шагнул человек, закованный в блестящие чёрные доспехи. Его круглый шлем, в прорезях которого полыхало яркое красное пламя, напоминал голову жука. На Ларри незнакомец смотрел с явной насмешкой, а в его руке висел чемоданчик Леона.

Глава 7. Пути расходятся

Перед Ларратосом стоял человек в чёрных доспехах, прикрытых сверху темной мантией. Эти доспехи явно побывали не в одном бою — чёрный металл был сплошь испещрён бороздами от ударов мечей. Однако кое-где сквозь царапины проглядывали изображения скарабеев. Шлем тоже оказался выполнен в виде жучиной головы с загнутыми назад усами. На поясе незнакомца висел меч, очень похожий на клинок из Небесной Стали, а в руке был чемоданчик Леона. Мельд ощутил негативные флюиды, исходящие от этого человека. Включив внутреннее око, он увидел плотную чёрно-красную ауру, окружающую странного воина. Сомнений больше не было — это самый настоящий владыка шеддитов. И не начинающий зазнайка, каким был Кархан, а гораздо более опытный.

— Кто ты? — спросил Ларратос.

— Неверный вопрос, — довольно проговорил незнакомец. — Тому, кто даже себя самого не знает, надо было начинать с вопроса о собственной личности.

— Что? — слова шеддита вызвали у Ларри замешательство: он и раньше подозревал, что с его происхождением что-то не чисто, но теперь ответ был уже так близок, всего в нескольких шагах.

— Я всё знаю о тебе, Ларри Мельд… или же мне назвать другое имя, а…,- владыка на несколько секунд застыл. Прищурившись, он вкрадчиво всматривался в глаза Ларратоса, которые были широко открыты от удивления. — Вижу, удивления ты и не скрываешь? Я обещаю, что открою тебе эту тайну перед твоей смертью. Что же до меня, то… меня зовут Баал Хэрек, я — владыка шеддитов и губернатор северного Масхона. Надеюсь, ты готов узнать тайну, — Баал Хэрек достал из ножен свой меч и издевательски отсалютовал им Ларратосу.

— Откуда тебе известна эта тайна? — спросил Ларратос, доставая в ответ из ножен Зариндуил и Альмарильон.

— Как ты нетерпелив! — почти пропел шеддит, искренне наслаждавшийся моментом. — Дождись своей смерти, и ты все узнаешь. Но сейчас, согласно кодексу шеддитов, я должен показать тебе, моему врагу, своё лицо.

С этими словами Баал Хэрек снял свой шлем.

— Где-то я это лицо уже видел, — задумчиво произнёс Ларри.

— Я тебе намекну, — засмеялся шеддит, — ты видел его в городе Телисия. Я — Клавдий Кальпурний, водный маг, один из тех, что тушил пожар после твоей курицы. Точнее, делал вид, что тушил.

— Делал вид?!

— О, какое красноречие! — веселился Хэрек. — Неужели ты, столько времени возившийся с этим зелёным недоразумением, до сих пор не понял, что гидры НЕ УМЕЮТ выдыхать пламя?! Яд, кислота, молнии — но не огонь. Она при всём желании не могла устроить пожар в той проклятой башне! Нет, башню поджёг я — после чего вызвал пожарную команду.

— Но зачем?!

— А было очень забавно смотреть, как вся эта мелкота суетится, пытаясь и пожар погасить, и под удар гидры не попасть. Я там ещё слегка развлёкся, искажая их чары, — ехидно усмехнулся шеддит. — Было бы ещё забавнее, если бы вступившие в дело паладины всё же порубили твою зверюгу в капусту. Хаос, да они уже были готовы это сделать! И не вмешайся этот болван Эллинор, так…

— Как же ты, Баал Хэрек, умудрился принять личину простого мага? — перебил его Ларратос, которому уже начинало надоедать позёрство владыки шеддитов.

— Это не совсем личина. Это моя изначальная личность, — охотно поведал Хэрек. — Я и есть водный маг Клавдий Кальпурний. Десять лет назад я ушёл в Масхон и стал шеддитом, учеником самого лорда Хаммона. А пять лет назад убил губернатора Северного Масхона, приобретя его статус и имя Баал Хэрек. Ну, а на родину, в Ариаду, вернулся, дабы проследить за тобой. Это было так предсказуемо, что после войны, которую я развязал, ты пойдёшь в Ривергард на заседание Великого Альянса, дабы дать отпор угрозе из Масхона. Также было предсказуемо, что вы с Элиддином заглянете на огонёк и в Телисию. Тут-то я и подоспел.

— Но почему же никто из паладинов не почувствовал опасности, что от тебя исходит?

— Всё благодаря кольцу из Небесной Стали, которое выковал сам владыка Хаммон, — Хэрек извлёк из кармана серебристое колечко, изображающее скорпиона, и продемонстрировал его Ларратосу. — Оно полностью экранирует ауру паладина или шеддита — но резко подавляет и его сущность, то есть ограничивает способности. Поэтому никто и не ощущал, что я — шеддит. А что касается красных глаз, по которым можно вычислить шеддита, так я просто наложил на них заклятие иллюзии.