Алена Даркина - Убывающая луна: распутье судьбы

— Имя. Кого нам надо убить.

— Ах да… Ллойд Люп.

— Энгарнский принц…

— Да. Его и тех, кто будет с ним. Лучше, если никто и никогда не узнает, где исчез принц.

— Разве это так важно? Ведь в конечно итоге победит не Энгарн, — Зелфа насмешливо скривила губы.

— До тех пор, пока Энгарн не уничтожен, лучше никому не знать об этом… — вкрадчиво пояснила Пурланти, и амазонка вцепилась в деревянные подлокотники, чтобы не залезть под стул от ужаса. — Ты принимаешь мое предложение, королева Зелфа? — заигрывания окончились, фея спрашивала жестко, требовательно.

— Как я могу противиться? — пролепетала Зелфа, с трудом разлепляя трясущиеся губы.

— Вот и хорошо. Тогда у тебя есть шанс пережить не только свой день рождения, но и дожить до глубокой старости. Я подскажу тебе, как поймать и убить принца. А главное, как убедиться, что перед тобой именно принц. Когда он будет мертв, я вернусь, чтобы выполнить первую часть своего обещания…

…Час, проведенный в общении с феей, показался Зелфе вечностью. Когда фигура в черном балахоне исчезла, она не сразу смогла оторвать взгляд от проема двери. Затем, зло выругавшись, резко отпустила подлокотники и закрыла лицо трясущимися руками. Тут же опомнилась — ее видит раб. Посмотрела на него. Мужчина покачнулся и упал на пол. Зелфа даже подходить не стала и так поняла, что он мертв. "Вот дрянь! — вновь выругалась королева. — Все-таки забрала. Хотела показать, что не шутит. Кто бы сомневался…"

Зелфа подошла к окну. Надо немного успокоиться и позвать другого раба, чтобы закопал мертвеца. После этого пригласить сотниц, чтобы отдать приказ: никто из Энгарна не должен проехать мимо. Скорее всего, это относится к стражам южных границ, но предупредить следует всех. Осечки быть не должно.

12 юльйо, замок графа Зулькада, Кашшафа.

Добравшись до замка графа Аззана, Рекем попросил духовника Мирелы срочно ехать к принцессе, хотя тот еще и не закончил дела у графа. Старушка-мать Аззана плохо себя чувствовала, но еще жила. Однако принцессе присутствие духовника было более необходимо. Граф сопровождал старика на обратном пути в замок, используя это время, чтобы спросить о том, что его беспокоило.

Отец Иавин был чуть моложе отца Узиила, но абсолютно не походил на духовника королевы. В отличие от него, он заметно располнел и не смог бы забраться на лошадь, чтобы поехать верхом. Волосы его поседели, но были не белыми, а темно-серыми, коротко стрижеными и аккуратно уложенными, как и борода. Он бодро залез на место кучера в открытой повозке, и, умело управляя парой лошадей, пустил их рысцой вперед. Рекем ехал рядом.

— Вы — граф Бернт? — зачем-то уточнил священник. — Это ведь вашу мать недавно арестовали? Куда мы катимся? Лучших людей уничтожают… Но отравить королеву и принцессу — это и подавно выше моего понимания.

Рекем задал вопрос, который его беспокоил больше всего:

— Отец Узиил сказал, что это не отравление, а какое-то колдовство, — осторожно начал он.

— Да? — недоверчиво покосился Иавин. — И почему он сделал такие выводы?

— Необычные симптомы. Наш врач тоже не смог определить, каким ядом отравили принцессу. Кроме того, в бреду королева Езета, как и ее высочество, упоминала имя Сайхат.

— В этом как раз ничего необыкновенного нет. Ни для кого не секрет, что в травле королевы и принцессы участвовала больше эта ведьма, чем король. Она подсказала ему идею развода, она науськивала его строго обращаться с этими несчастными… Даже идею создать Святую церковь подала она.

— Мне кажется, король не тот человек, которому можно указывать, что делать, — скривился граф.

— Опасно мыслишь, сын мой, — вновь покосился священник.

На короткое время воцарилось молчание. Потом Рекем поинтересовался.

— Скажите все же, может ли мертвая ведьма как-то повредить живым?

Отец Иавин ответил не сразу. Он хмурил брови и сосредоточенно правил лошадьми на узкой дороге. Они въехали в лес, окружающий замок Зулькада. При свете дня смешанный лес казался гостеприимным. У дороги деревья проредили: вилланы собрали хворост. Казалось, здесь можно гулять, как в парке, но Рекем уже знал, как обманчиво это впечатление: стоит свернуть с дороги, и лошадь переломает ноги среди бурелома.

— Церковь Хранителей Гошты, — отчеканил духовник после размышления, — утверждает, что ведьма никоим образом не навредит ни при жизни, ни после смерти, если человек во всем повинуется Эль-Элиону. Странно было бы подозревать принцессу в нечестии. Не думаю, что зло коснется ее.

— Но она умирает, — возразил Рекем, — и врач не знает, как ей помочь. И отец Узиил считал, что тут замешана Сайхат.

— Отец Узиил тоже иногда ошибается, — засомневался духовник. — Мы ведь не боги, а всего лишь смиренные слуги Всемогущего.

— Но кто-то же знает точно, что случилось? Может быть, надо позвать другого врача?

— Где у нас другие врачи? — горько усмехнулся отец Иавин. — У них одно средство на все случаи жизни: пустить кровь. Нашу принцессу это быстро убьет. Часто лекарки в деревне больше знают. Не хочешь к лекарке съездить? — предложил он молодому графу.

— Не смейтесь надо мной, — Рекем прищурился. — Если я кроме этого ничего не могу сделать — поеду к лекарке.

— Да-а-а… — протянул духовник. — Вижу ты готов на все. Вот ведь прыткий какой, — покачал головой отец Иавин. — Что, и к ведьме зайти не побрезгуешь? Ведьма-то, пожалуй, точно бы тебе сказала, может ли такая, как она повредить после смерти. Если, конечно, захочет с тобой разговаривать.

Граф Бернт сосредоточено молчал, затем решительно посмотрел на духовника.

— Вы правы. Если кто и знает, ответы на все вопросы, то это ведьма. И я бы заставил ее говорить. Вы знаете, где можно найти ведьму?

— Прыткий какой, — повторил отец Иавин. — Непуганый, а это плохо. Думаешь, справишься с ведьмой?

— Почему нет? — непринужденно повел плечом Рекем. — С Сайхат же справились…

— Несколько магов и духовников? — уточнил отец Иавин. — Справились. И то не сразу. А один поедешь, так закружит она тебе голову, как Сайхат его величеству.

— Только не мне! — категорично возразил Бернт. — Вы знаете, где найти ведьму?

Духовник опять помолчал, прежде чем ответить. Затем нерешительно продолжил:

— Не должен я отправлять тебя к ней, не должен. Какой же я духовник после этого? Но кто знает… Вдруг и вправду сможешь помочь Миреле? Ладно, попытайся. Но знай: душой своей рискуешь и я тебя предупреждал об этом. Вроде бы в деревеньке рядом с Шаалаввином есть ведьма. Местные ее лекаркой тоже зовут, и прячут от посторонних, между прочим. Чтобы, значит, не сожгли ее за ведовство. Так что мне вот и не скажут, если я в красном одеянии своем приду. Да и ты ведьму не спрашивай. Лекарку спрашивай. Скажи, лекарство нужно, родственница умирает. Может, и найдешь. С Богом, — граф развернул лошадь и, пришпорив ее, скрылся. Священник пробормотал себе под нос, глядя ему вслед. — Может, Миреле не поможешь, но хоть себя чем-то займешь. Все не так больно тебе будет.