Владимир Чихирёв - Солдаты Оборотня

— Верно — кивнул Лиас — но вы так и не ответили на мой вопрос. В чем вы не поладили?

Правитель вздохнул и, допив вино, посмотрел на Лиаса.

— Я не поладил со многими священнослужителями. Им пришлись не по вкусу мои начинания. Они чувствуют, что теряют власть над людьми. Но я с детства ненавидел этих лгунов! Они крутят людьми как хотят! Заставляя их страдать во имя, каких-то священных писаний, которых большинство из нашего духовенства и в глаза не видели. Мой же брат напротив очень верующий человек. Весь в отца. Он убежден до фанатизма, что мы должны строить свою жизнь согласно этим писаниям.

Лиас недоверчиво взглянул на сидевшего напротив него человека.

— А зачем вам это нужно? — спросил он — почему бы не править спокойно, так как это было веками? Зачем вы обострили отношения с вашими священниками? Простите мне мою дерзость, но я ещё не встречал правителей готовых на самопожертвование ради народа. Хотя под словом «народ» можно подразумевать кого угодно.

Мугарт покачал головой.

— Я не собираюсь строить из себя защитника обездоленных. Все гораздо прозаичнее. Живя по этим законам, наше государство хиреет. При моем отце было запрещено торговать с другими странами, запрещена магия и многие полезные ремесла, дающие работу многим людям. Мы все больше отстаем от других стран, и если так пойдет дальше наше королевство просто перестанет существовать. Смею вам напомнить, что когда-то земли вплоть до Тора принадлежали Хамиду! Но потом пришли вы, северяне, и выгнали нас в пустыню, забрав себе эту богатейшую провинцию. И те из нас кто остался на своей земле сейчас явно не жалеют об этом.

— А ваш брат этого не понимает?

— Нет! Я пытался найти общий язык с ними, но это невозможно! Нельзя что-то разъяснить фанатикам! — Мугарт облизнул пересохшие губы и посмотрел на Лиаса.

— Мы сильно разругались с братом. Он назвал меня безбожником и обещал предать огню меня, моих детей и тех, кто поддержал меня. Уже на следующий день он во главе нескольких десятков солдат попытался арестовать меня! Но верные мне люди смогли защитить мою семью, ранив при этом брата! В тот же день по всему городу начали вспыхивать столкновения между теми, кто поддержал моего брата и теми, кто остался верен мне.

— Думаю, ваших сторонников было меньше — предположил Лиас.

— Значительно — согласился Мугарт — но на моей стороне оказались городские гарнизоны и нам удалось выбить взбунтовавшиеся отряды из столицы. Мой брат, большинство совета священников и конные эскадроны регулярной армии, перешедшие на его сторону, контролируют второй по величине город Тиби. Он расположен западнее столицы. Примерно полдня пути. В самом Тарвине неспокойно. По городу ходят провокаторы и призывают поддержать моего брата в борьбе с бесами.

— И давно все это произошло? — спросил Лиас.

— Месяц назад.

— И за это время было тихо??

— Несколько стычек, южнее Тарвина. Постоянные вспышки недовольства в столице и более мелких городах. У нас еле хватает сил держать города, но по нашим данным в Тиби сейчас собирается войско. Многие из прибрежных деревень встали на сторону моего брата.

— А вы можете назвать хотя бы приблизительно, состав и численность этого войска? — Лиас был не в восторге от услышанного.

Впервые заговорил офицер, сопровождавший Мугарта.

— У нас есть точные сведения о трех тысячах всадниках, из числа тех, что предали нас и две — три сотни пеших воинов из Тиби. Они тоже встали на сторону наших врагов. Туда будут ещё стекаться люди и солдаты из других районов. Тысяч пять они наберут. У нас наберется две тысячи солдат из городского гарнизона и около сотни всадников. К нам тоже идут люди, но намного меньше.

— У вас совсем небольшая армия — Лиас был удивлен, особенно в свете того, как часто ему приходилось пугать жителей Сума и его окрестностей набегами «грозной» конницы Хамида.

— Регулярная армия небольшая — согласился Мугарт — но в случае надобности каждый взрослый мужчина встанет на защиту страны!

Лиас кивнул, стараясь правильно воспринять полученную информацию. Хотя корчить из себя сомневающегося было глупо. Он со своими людьми на краю пропасти, и Мугарт это понимает.

— Теперь вы все знаете — после некоторого молчания произнес Мугарт — и я делаю вам предложение. Поддержите меня своими солдатами, и в случае если нам удастся победить, я сделаю ваших людей моими гвардейцами, а вас моим военным советником!

— Вы хотите сказать, что вы сделаете нас частью своей армии?!

— Именно так — кивнул Мугарт — Вы и ваши офицеры получат соответствующий статус. Вы будете не просто наемниками, а новой регулярной армией королевства!

— Вы дадите нам время на размышление?

— К сожалению этого я сделать не могу. У нас, его просто нет. Решайте сейчас. Если да, то тогда вы свертываете лагерь, и мы выступаем к столице. Если нет, то тогда мы оставим вам ту провизию, что доставили сейчас, но больше на нашу помощь не рассчитывайте. Мы не сможем вас прогнать, но и помогать не будем. Просто не сможем.

Лиас посмотрел на Колвина, и Сафро.

— Единственное что нас ждет за Сахарным перевалом — это смерть. Нас казнят уже в Суме, хотя меня могут доволочить и до Тора. — Лиас не стал изображать раздумье.

— Похоже, что мы принимаем ваше предложение.

Мугарт встал. За ними поднялись все находившиеся в шатре.

Правитель Хамида протянул руку.

— Вы не пожалеете о том, что согласились служить мне — произнес он крепко пожимая руку Лиасу.

— С нашей стороны даю слово, что вы можете рассчитывать на наши знания и умения — заверил Лиас — С рассветом мы выступаем!

Глава 10 Конец иллюзиям

Темные воды, лениво бившие о борт галеона и бездонное ночное небо, усыпанное серебряными бусами звезд, создавали картину умиротворения и покоя. Ветра почти не было. Лишь изредка с востока набегал тихий шелест, заставляя паруса судна слабо трепетать.

На залитой лунным светом палубе невидимой тенью стоял капитан Ило. Склонившись над бортом и глядя на искрящиеся в темноте «барашки» морских волн он старался собраться с мыслями и уже в третий раз определиться с тем, какие слова он должен сказать правителям Даркмора, рассказывая о постигшей их армию катастрофе. Портал связи должен был быть готов час назад, но те, кто открывал его, никак не могли связать заклинания в нужный узор. Ило не пытался давить на них. Разгром армии, тяжёлое ранение её командира лорда Наротара вкупе со смертью его сына — это слишком тяжелое испытание для тех немногих, кто выжил.