Сергей Ким - Огнём и сталью

Симпатичные стороны, не правда ли, сын?

И одну из них ты должен будешь выбрать в грядущем противостоянии… Когда идёт война на выживание нельзя остаться в стороне — если ты не с одной из сторон, то против неё…

Нейтралитет? Возможно. Но несколько другой…

Если ни одна из имеющихся сторон тебе не по нраву, от почему бы не создать свою собственную?»

Харальд бросил короткий взгляд на часы.

Ого! Что-то поздновато уже- скоро ведь торжественный ужин, а на него опаздывать не стоит… Даже и не заметил, как засиделся-то — за всем этим разбором хитросплетений старинных фраз.

Поттер закрыл книгу, встал, потянулся, вернул том на своё положенное место я двинулся к выходу из библиотеки…

Коротко скользнув по читальному залу мальчик понял, что засиделся здесь не один- за одним из столов, из самой натуральной горы книг торчала чья-то подозрительно знакомая копна каштановых волос.

Немного поколебавшись, Харальд всё-таки решил подойти.

Гермиона Грейнджер с самым печальным выражением лица, не мигая, смотрела в одну точку в книге, будто бы на страницах «Продвинутого курса трансфигурации» она могла найти ответы на величайшие мировые вопросы — кто виноват, что делать и куда всё это послать (список адресов смотри в Приложении 1).

— Извини, что отвлекаю, Грейнджер, но вообще-то скоро ужин, — выразительно прокашлявшись, произнёс Харальд.

— А? Что? — тут же встрепенулась девочка. — А… Сейчас… Подожди меня, Поттер, хорошо?

— Да без проблем.

— …Какая-то ты замученная, Грейнджер, в последнее время… — заметил Харальд, когда они вдвоём вышли из библиотеки.

— Ну, не все же такие таланты, как ты, Поттер, — язвительно ответила Гермиона. — Кому-то приходится всё учить.

— Про талант — это хорошая шутка, — хмыкнул мальчик.

— Нда? А по-моему если кто-то является лучшим студентом на курсе, то это — талант.

— Ааа… Вот оно в чём дело… Знаешь, Грейнджер, это здорово, но всё-таки нет.

— Что нет? — удивилась Гермиона. — Я тебя что-то не понимаю, Поттер…

— Просто я смотрю, что ты достаточно ревниво относишься к тому, что кто-то лучше тебя учится.

— И вовсе нет!

— Ой, мисс Грейнджер, не врите — вы этого совершенно не умеете делать! И вообще, будь спокойней и относись ко всему проще — уверен, что уже к концу года у тебя по всем предметам будет «превосходно», а у меня не больше «выше ожидаемого».

— С чего бы это такая забота обо мне? — прищурилась девочка.

— Ну, мы же вроде бы гриффиндорцы? — показательно «удивился» Харальд. — Все — одна большая дружная семья, заботимся друг о друге…

— Семья… — эхом откликнулась Грейнджер. — Ну да, ну да…

— Это пройдёт, — неожиданно сбросил себя всю напускную весёлость Поттер.

— Пройдёт что?

— Всё. И плохое, и хорошее. И гриффиндорцы перестанут относится к тебе, Грейнджер… так относится.

— Мне вообще-то всё равно, — пробормотала Гермиона.

Харальд знал, что на самом деле ей не всё равно. И что на самом деле Грейнджер очень страдает от того, что с ней почти никто не хочет общаться. Из-за чего? Да из-за знаний и характера. По сути единственным с кем она более-менее постоянно общалась — это был Поттер, если эту грызню можно было назвать полноценным общением.

— Говорю же, мисс Грейнджер, вы не умеете врать, — вновь надел свою излюбленную шутовскую маску мальчик.

— Я тебе поражаюсь, Поттер, — проворчала Гермиона, но уныние в её голосе уже сменилось лёгкой ехидцей и весельем. — С твоими мозгами ты должен был попасть в Рэйвенкло. А твоей изворотливости позавидовал бы любой слизеринец. Но ты всё-таки на Гриффиндоре. Почему?

— Сколько комплиментов за столь короткий промежуток времени… — пробормотал Харальд. — Вот скажи мне, Грейнджер, а как ты сама оказалась в числе «львов»? С твоими-то мозгами ты уж однозначно должна была попасть в Рэйвенкло.

— Так это меня Распределяющая шляпа сюда направила.

— А вот, скажем, этот древний головной убор с зачатками искусственного интеллекта тебе случайно не предлагал два факультета на выбор?

— А ты откуда знаешь? — поразилась Гермиона. — Она что, и тебе…

— Соображаешь, — хмыкнул мальчик. — Вот именно, что и мне. А выбрали мы с тобой свою судьбу, так сказать, уже сами.

— Понятно, — Грейнджер на несколько минут замолчала, видимо, обдумывая услышанное, а затем поинтересовалась. — А что она тебе сказала, когда предложила идти в Рэйвенкло?

— Это был не Рэйвенкло.

— Хаффлпафф?! — поразилась девочка. — Просто поверить не могу!

— И не надо, — хмыкнул Харальд. — Что у нас других факультетов нет, что ли?

— Нет, — категорически замотала головой Гермиона. — Это просто невозможно!

— Отчего же?

— Ты же Гарри Поттер! А из Слизерина всегда выходили чёрные маги!

— А что, великий Гарри Поттер не может быть чёрным магом? — вкрадчиво поинтересовался Харальд.

Грейнджер просто потеряла дар речи от подобного заявления и сейчас глядела на мальчика совершенно безумными глазами.

— Гарри Поттер — то, Гарри Поттер — это… Избранный, Мальчик-Который-Выжил, Главная надежда светлых сил Британии… Ля-ля-ля! А вот моим мнением в этом всём почему-то поинтересоваться забыли, — саркастически заметил Харальд. — Да, меня не прельщают идеи Тёмного Лорда в силу их крайнего идиотизма, но и пешкой в руках доморощенного гроссмейстера Дамблдора я тоже быть не хочу. И вообще. Мой настоящий отец был представителем древнего чистокровного рода, среди которых хватало и чёрных магов, а вот с выпускниками Гриффиндора всегда был напряг. И если бы не моя мать, ещё неизвестно на чьей стороне оказался бы род Поттеров…

— Это мне напомнило одну из теорий, описанных во «Взлёте и падении Тёмных искусств», — пришедшая в себя Грейнджер несмотря ни на что осталась верной себе.

— Какую из?

— Самую безумную, — рассмеялась Гермиона. — Где говорилось, что Тот-Кого-Нельзя-Называть пытался убить тебя, потому что ты был его потенциальным конкурентом и самым могущественным тёмным магом в истории Британии.

Харальд искренне расхохотался.

— Да, мне эта теория тоже всегда нравилась… «В конце останется только один!»

— «А вот и мы — принцы вселенной», — неожиданно пропела Грейнджер. — «Мы здесь — сражаемся, чтобы выжить.»

— «Мы пришли, чтобы править вами!», — хихикнув, продолжил Харальд. — «Я бессмертен — во мне кровь королей! У меня нет соперников — нет человека, равного мне! Так возьми же меня с собой в будущее!»

— Хорошая группа.

— Да, мне тоже очень нравится. Отец сказал, что в этом году выходит их последний альбом, и там будет совершенно улётная песня…