Татьяна Зингер - Леди Теней

А она смущалась и теребила браслет на запястье.

Они возвращались обратно в повозке, а не через сумеречный туннель, чтобы Сольд рассмотрела извилистую дорогу, ведущую к загородному поместью. И заснула она, склонив голову на плечо Трауша, если не как невеста, то как подруга или сестра.

И тогда он понял, что боги — проказники знали что‑то сверх, когда сводили их вместе.

Ну а следующим утром Сольд робко постучалась в кабинет лорда и, махнув туго заплетенной косой, сказала:

— Что ж, научи меня быть вашей леди.

И в маленьких ушах её блеснули сережки, украшенные хрустальными каплями.

Беловолосый мертвец улыбался перерезанным горлом. Голова его свешивалась с края алтаря, на лбу был выжжен трилистник. Трауш всмотрелся в идеально очерченную рану, сквозь которую проступала рассеченная гортань — резали чем‑то настолько острым, что мышцы вспороли как пергамент.

— Рынди, — с удивлением отметила Мари. — Как он тут оказался?

Храм богов вновь осквернили, и на сей раз темный маг даже не прятал следов.

— Думаю, сюда его привели незадолго до смерти, — заметил Вернон, хранитель покоя, который и сообщил лорду о происшествии. Он был в меру полон, в меру лыс, в меру привлекателен — в общем, та самая золотая серединка, в которой нет ничего примечательного. — Убийство произошло прямо на алтаре. — Ткнул тростью в кровавые пятна, расползшиеся по камню. — Что‑то мне подсказывает, что волю этого бедолаги затуманили внешним воздействием. Руки — ноги не связаны, побоев тоже не обнаружено; но не добровольно же он решил погибнуть? Тем более памятуя о том, сколь яростно народ рынди не терпит нас, теней.

— Личные вещи? — уточнил Трауш, опускаясь на согнутые ноги и изучая тело снизу.

— Увы, карманы пусты, нет ни соринки. Мои эксперты проведут вскрытие, но сомневаюсь, что в его желудке обнаружится что‑то, кроме вчерашнего обеда. — Вернон почесал в затылке. — Что касается клейма на лбу, я несколько недоумеваю о природе его происхождения. Амулет в форме трилистника носят загонщики хинэ, но как иноземец относится к ним?

— В прошлый раз хинэ обезумели как раз после жертвоприношения в стенах храма.

— Хинэ не подчиняются кому‑либо, кроме теней, — оспорил хранитель покоя. — Исключено. Их всплеск безумия — совпадение либо реакция на темную магию.

Мари, которая осматривала храм с помощью истинных сил, вставила:

— Возможно, маг подразумевал какой‑то свой знак. Так сказать, подпись.

— Вероятно, что так. — Хранитель покоя провел по ожогу ногтем. — Высокий лорд, вы же понимаете, сколь недопустимо осквернение святыни людскими магами?

— Без вас знаю, Вернон.

А самое неприятное, что святыня была осквернена как минимум дважды, и первое тело до сих пор не отыскали. Но где оно могло находиться, если перед храмом Круглое озеро, а за ним стелется долина? Неужели маг унес жертву с собой?

Озеро?! Бесы! Насколько же он слеп и туп, раз не додумался сразу осмотреть то. Никак женитьба совсем ослепила лорда, превратив из рассудительного мужчины в полнейшего олуха. Трауш зарычал сквозь стиснутые зубы.

— Прикажите стражам прочесать озеро. Где‑то должно быть первое тело, цепочка кровавых капель прерывалась у храма.

— Мы трижды обплыли его, — флегматично уверил хранитель покоя.

— Так обплывите ещё раз! И поставьте стражу в храм, двух, нет, трех воинов. Лучших!

— Разумеется, высокий лорд.

— Мари, — обратился Трауш к ведьме, рассматривающей убитого рынди так, будто тот был занятной вещицей, — помоги Вернону в поисках первого тела и обдумай, как появилось второе. Обойди здесь всё. Я не потерплю нарушения всех обычаев Пограничья. Кто бы ни был этот темный маг, он поплатится за свою дерзость!

Мари согласно промычала.

— Мне нужна любая информация, — сказал Трауш, выходя на воздух. — Любая мелочь.

— Будет, — в голос ответили Мари и хранитель покоя.

На душе поселилась тревога, и из неё сочился гной. А что‑то очень важное, что никак не могло вспомниться, засело в голове колкой занозой. Что бы ни говорил Вернон: хинэ и происходящее связаны. Понять бы, как именно!

… Тело достали со дна на вторые сутки тщательных поисков. Сгнившее и вздутое, в нем слабо различались хоть чьи‑то черты. Одно можно было сказать наверняка: убитым был подданный Пограничья, что означало: охотились не на конкретную расу.

Глава 3

Девочка лежала поверх покрывала, и кровь расползалась по её платью безвкусным пятном. Дарго крутился в дверях, тяжело дыша, а я раздевала мертвецки холодную Лидду. В голове роились мысли: что делать, с чего начать, как быть. Ясно одно, не обойтись без заклинаний, но резерв пуст.

— Веди сюда конюха, — рявкнула на суетящегося Дарго.

Тот не спрашивал — убежал, а спустя минуту или две втащил запинающегося парня.

— Я не… не воровал… буквально разок… — заикался тот.

Наемник бросил его к моим ногам. Я как раз окончила промокать рану.

— Если будешь вести себя тихо — получишь золотой.

Конюх понимающе заткнулся, и я впилась в него лезвиями — туманами, бесстыдно ощупывая. Итак, он маг — недоучка, обучения не проходил, дарованной ему силой управлять не умеет. Теперь бы научиться питаться, не высасывая до дна.

Капелька за капелькой, по глоточку, я тянула магический запас конюха в себя. Он побледнел и осунулся, но не сдвинулся, да и не смог бы — Дарго крепко держал мальчишку за воротник.

Резерв требовал ещё, но я оборвал канал на половине. Туманы в надежде на добавку потянулись к парню — нет, прекратите! Придавив рукой грудь девочки, я направила всю приобретенную магию в неё. Пустила в края раны, сращивая те. Кровь, бьющая фонтаном, остановилась. Краткая секунда передышки. Не успела я выдохнуть, как кровь хлынула изо рта. Лидда, выгнувшись, захрипела. Конюх завопил.

— Держи его! — прорычала я.

Туманы запустили пальцы в остаток резерва. Ещё. Ещё! Нет, не выпивайте всё, хватит!

Второй поток направила в порванное легкое. То трепыхалось под касаниями, но заживало. Нам потребовалось мучительных полчаса, чтобы рана исчезла, оставив о себе в напоминание грубый рубец. Дыхание Лидды выровнялось, жизненная нить восстановилась. Я обессиленно привалилась к стене и наощупь достала из поясной сумки монету.

— Держи. Советую записаться в столичную академию чародейства и знахарств.

— 3–зачем? — Мальчишка спрятал золотой, попятился.

— Ты маг и довольно сильный, не растрачивай свой талант попусту. — Рукавом смахнула испарину со лба. — Дарго, уж не знаю, как ты объяснишься перед сестрой, но её дочь будет жить. Возможно, у неё даже разовьются особые способности: на грани между жизнью и смертью такое случается, уж поверь мне. А пока ей нужен покой и обильное питье.