Проект «Джейн Остен» - Кэтлин Э. Флинн

мере, на клеточном уровне; мысли и чувства мои не изменились. Хотя, случись и такое, смогла бы я это понять?

Примерно через десять минут, когда я уже начала задаваться вопросом, не произошла ли какая-то путаница, шаги на лестнице возвестили о приближении Джейн Остен.

— Мисс Рейвенсвуд, — сказала она и, впервые пожав мне руку, предупредила: — Не бойтесь, я их вымыла. Прошу прощения за то, что заставила вас ждать. Я беседовала с вашим братом.

— Можете загладить вину, составив мне компанию на прогулке в экипаже. День сегодня ясный, и вам, на мой взгляд, необходимо проветриться.

Вид у нее был получше, чем вчера, однако все равно усталый. Она слабо улыбнулась мне в ответ.

— В такое время для меня это немыслимо. Мой брат…

— Находится под присмотром моего многоопытного брата. Поедемте. Сегодня со мной прибыл не только кучер, но и выездной лакей, так что мы с вами прокатимся в самом подобающем виде.

— И лакей! Неужели. — Выездные лакеи считались роскошью; такого не было даже у Генри.

— У него было много дел, и он не хотел сопровождать нас, но я настояла, потому что сама пригласила вас на прогулку и знала, что вы не согласитесь, если лакея не будет. Взгляните, вон он, тоскует без дела. — Щебеча, я подвела ее к окну — не только Лиам способен играть свою роль с таким беспечным видом.

— Весьма прелестный экипаж, — сказала Джейн, и по ее тону я поняла, что она согласна.

У меня была мысль свозить ее за покупками: могло ли хоть что-нибудь сравниться с визитом в книжный магазин в компании Джейн Остен? Но в итоге мы остались в парке — наслаждаться солнечным светом, что показывался нечасто, и разглядывать людей вокруг, сидя в карете, верх которой был опущен для того, чтобы удовольствие наше было максимальным.

— Вон в той одноколке — мистер Манваринг, — сказала Джейн. — Я знаю его по раутам у Генри. Он смотрит сю… смотрит на меня, но не может понять, как это я оказалась в такой роскошной карете, да еще с леди, которой он никогда не видел, и с лакеем. Так, я ему сейчас кивну, ответить он не успеет, но ему будет о чем поразмыслить.

— Вы любите рауты у брата? По его рассказам у меня сложилось впечатление, что вы предпочитаете спокойное времяпрепровождение.

— Я постарела.

Я замотала головой в знак несогласия.

— Да и Генри уже не тот, что раньше. Когда его супруга еще была жива — вот это были рауты. С музыкантами, мороженым и обилием французских эмигрантов, у каждого из которых была своя невероятная история побега. Эти дни остались в прошлом, мисс Рейвенсвуд. — В словах Джейн звучала ностальгия, но тоски в голосе не было, и в глазах ее, вбиравших залитый солнцем пейзаж вокруг, светилась живость. — Но прошлым жить нельзя. Да мне бы этого и не хотелось. Иногда я испытываю чувство, что самая интересная часть моей жизни только начинается.

От ее слов меня пробрал морозец: я знала, что жить ей оставалось совсем недолго.

— Откуда оно берется, как вы думаете?

Джейн посмотрела на меня с загадочной улыбкой, но не ответила.

— Вероятно, — отважилась я, — ваш успех на литературном поприще служит ему подкреплением?

Я попыталась перехватить ее взгляд, но она отвернулась, будто бы высматривая что-то вдали, где зелень парка сменялась серостью города.

— Ох, Генри совершенно не умеет хранить тайны, — наконец произнесла она.

— Сказать по правде, это была миссис Тилсон, — брякнула я, и Джейн рассмеялась — задорным гортанным смехом.

— Еще лучше! Довольно мне во всем подозревать его. Но слушать тем вечером, как ваш брат поет дифирамбы моим творениям, изображая невинное восхищение, действительно было забавно. — Она пожала плечами. — Учитывая, что он в курсе… и учитывая, что он знает, что мне известно, что он в курсе… Он весьма умелый льстец, не так ли? Простите, вряд ли мне стоит это с вами обсуждать.

Я уверила ее, что именно это ей со мной обсуждать и стоит.

— Я лишь надеюсь, что вы не считаете его каким-нибудь фатом.

— Я? Отнюдь.

Посоветовавшись с Лиамом, Джейн написала в тот же день своей сестре Кассандре, а также братьям Джеймсу и Эдварду и сообщила всем им о болезни Генри в таких, судя по всему, пессимистичных выражениях, что те немедленно примчались в Лондон. «Примчались» в переносном смысле.

В первый день — когда мы поехали на прогулку и она признала авторство своих романов — было солнечно. На второй день набежали облака, но Джейн тем не менее опять согласилась составить мне компанию. Мы съездили в «Хэтчердз»[23], где я купила несколько книг, к которым она проявила интерес, а затем в кондитерскую поесть мороженого — я настояла, что счет оплачу сама. На третий день пошел дождь и мы никуда не поехали, просто сидели в гостиной, болтали и смеялись, пока Лиам и мистер Хейден были у Генри, состояние которого, по словам Лиама, оставалось примерно тем же, ну, может быть, чуть-чуть улучшилось.

К тому времени Джейн начала чувствовать себя комфортно в моем присутствии, но, когда Лиам спускался после визита в комнату больного и заходил в гостиную, чтобы уведомить ее о состоянии брата и попрощаться, становилось ясно, что она предпочитает его компанию. Если в комнате присутствовали все трое, именно на нем задерживался ее взгляд, именно к его словам она прислушивалась с особым вниманием. Я старалась не обижаться — все-таки мы с ним были заодно.

На четвертый день Ричард не увел Лиама сразу к Генри, а пригласил нас пройти в гостиную, где Джейн стояла у окна и смотрела на улицу. Она тепло нас поприветствовала, но вид у нее был обеспокоенный.

— Кажется, сегодня ему лучше, — сказала она, посмотрела сперва на меня, затем на Лиама и остановила взгляд на нем. — Я хотела бы знать, доктор, разделяете ли вы мое мнение или считаете его всего лишь безосновательной фантазией сестры.

— Я уверен, что ваша наблюдательность вас не подводит.

— Чуть позже я попрошу вас подняться к нему и составить собственное мнение, но сначала я должна обсудить с вами один деликатный вопрос. — Она взглянула на него исподлобья, чуть склонив голову — с доверием. — Накануне ночью в город прибыл мой брат Эдвард, и вид Генри до того его встревожил, что он настоял на том, чтобы мы вызвали знакомого ему врача. Я объяснила ему, что лечением занимаетесь вы, а также мистер Хейден, но он был непреклонен.

— Что абсолютно естественно. — В голосе Лиама зазвучали утешительные нотки. — Вероятно, он был отрекомендован друзьями вашего брата?

— О! Именно так. Доктор Бейли следит за здоровьем самого принца-регента. Что, в моем понимании, совершенно