Александр Гейман - Рулетка колдуна

А потом он забылся, а когда очнулся, то обнаружил, что уже начинается рассвет, ольсков вокруг нет, а он, Грэм Эрскин, сын Южаны и Бойтура, находится где-то в лесу. И хотя он ещё не совсем пришел в себя, не все уяснил сам себе и не все вспомнил из того, что свершилось во время этого чудесного танца, одно Грэм знал точно — и от замка Кра, и от той лунной лужайки с ольсками он отдален многими днями пути. А ещё он знал, что произошло много важного, хотя теперь, без окружения ольсков, он не знал слов, чтобы рассказать это сам себе.

— Все-таки я теперь подожду, пока совсем не рассветет, — решил Грэм. — Значит, вот оно все как!

И теперь лишь юноша понял весь горький ужас положения своего отца, заключенного в Эшпоре под видом главного тюремщика крепости. А ещё — он оценил его стойкость, ранее невидимую для глаза Грэма. Ведь король Бойтур не сдался, как теперь понимал Грэм, — он терпел пытку, и все, что он позволял себе, — это пара лишних кружек эля. А он-то ругал отца!

И лишь теперь принц Грэм сообразил, что с ночи его побега из Эшпора прошло всего десять дней. Десять дней! Ха! Да ему один рассказ Вианора о своей страшной мести показался за целую жизнь!

— Я знаю, что я — полный невежда и молодой неуч, — сказал себе принц Грэм, — но одно я теперь понял: мне есть что узнать и есть чему научиться, а ещё — мне есть за что и есть за кого биться!

И вот только теперь Грэм принял настоящее — правильное, как сказал бы Трор или Вианор, — решение: не отступая сражаться с Сэпиром, со всяким врагом вообще, и победить его, и вернуть Анорину законному королю Бойтуру Сколту!

А уже пели птицы и совсем рассвело. Грэм чувствовал себя свежим и бодрым — лучше, чем после самого хорошего сна, и не теряя времени он направился по лесу на северо-запад — что-то внутри, «моя предсказательная шахта», как называл это Вианор, подсказывало ему именно это направление.

И Грэм не ошибся. Очень скоро он наткнулся на тропку и последовал по ней. Минут через пятнадцать тропка вывела его на край леса, и Грэм увидел, что лес этот расположен в ложбине между горами. Из-за отрога одной из гор поднимались дымки, а значит, там находится селение. Грэм решил идти туда, — разумеется, соблюдая осторожность.

На жителей он наткнулся очень скоро — вот только были это не люди. Навстречу Грэму по тропке из-за поворота вылетела гурьба детишек совершенно малышового роста. Это были юные соплеменники его спутника неподражаемого Стагги Бу!

Завидев Грэма, гномья детвора оглушительно закричала:

— Дылда! Ды-ылда-а!..

И немедленно все кинулись врассыпную — кто в лес, кто обратно по тропке. Слегка обескураженный, Грэм начал аукать, но ответа, конечно, не было. Тогда он пошел прежней дорогой, время от времени громко провозглашая:

— Господа гномы! Я всего-навсего одинокий путник. Не бойтесь! У меня даже оружия нет. Господа гномы! Я не замышляю никакого зла!

Он прокричал это в пятый или шестой раз на своем пути, пока не последовал ответ:

— А вот мы посмотрим, что ты замышляешь!

Эти слова проговорил сердитый голос из кустов вдоль дороги, а следом оттуда же выскочило несколько гномов с заряженными арбалетами. Они целились прямо в сердце Грэму.

— А ну-ка, шпион Сэпира, стой! — скомандовал старший из гномов.

— Я не шпион Сэпира, я его враг, — отвечал Грэм.

— Как же, как же! — язвительно усмехнулся недоверчивый гном. — Небось, ты не первый такой засылаешься в наши Унгурские горы.

— В Унгурские горы? — переспросил Грэм. — Так вот куда меня занесло! Это не здесь ли где-то находится знаменитая предсказательная шахта?

— И ты будешь говорить, что ты не шпион! — возмутился гном-предводитель. — А ну, братва, вяжи его!

Гномы всей кучей накинулись на Грэма, но он не сопротивлялся. Через пару минут юноша уже был связан по рукам и ногам и недвижно лежал на земле.

— Что же это, нести такую тяжесть, — проворчал кто-то из гномов. — Охота тебе, Дагга, маяться дурью!

— Верное слово, Вигга! — одобрил другой гном. — Давайте его просто прогоним, чтобы не шлялся тут!

— Господа гномы, — подал голос Грэм, — я и сам пойду, если только вы развяжете мне ноги. Я потерял дорогу, не знаю, где нахожусь, и не убегу от вас — даю честное слово. Если не верите, то можете завязать мне глаза, хотя так я буду спотыкаться.

Поднялся было галдеж, но наконец гномы на этом и порешили. Не менее получаса Грэм, спотыкаясь и оступаясь, шел, понукаемый веревкой, и лишь вблизи от селения ему развязали глаза.

Грэм ожидал, что деревня гномов окажется скопищем пещер или хотя бы нор в земле, но ничего подобного — дома были как дома, хотя, конечно, не такой высоты, как у людей. Изгороди были ниже, улицы — уже, огороды — поменьше, но, кроме размеров, остальное было таким же.

Поглазеть на Грэма высыпала вся деревня, в том числе и та ребятня, что подняла тревогу при его приближении. Все галдели и обзывали Грэма шпионом и ещё по-всякому, но, по крайней мере, никто не бросал в него камнями или мусором. Наконец его привели в середину деревни, на площадь, и там Дагга, старший в отряде гномов, с поклоном доложил пожилой женщине:

— Матушка Бу, мы изловили коварного шпиона Сэпира. В жаркой битве мы свалили его на землю и…

— Что ты мелешь, Дагга! — возмутился один из гномов. — Да ведь дылда вовсе и не сопротивлялся.

Женщина топнула ногой и велела всем замолчать. Несколько мгновений она изучала лицо Грэма, а затем накинулась на Даггу:

— Ну и болван же ты, Дагга! Ты хоть на лицо его посмотри! Разве такие бывают шпионы? А ну-ка, развяжите молодого господина.

По всему, матушку Бу слушались беспрекословно, и путы с Грэма сняли тотчас. Грэм растер затекшие запястья, а затем, как следовало по правилам учтивости, сделал самый почтительный поклон:

— Рад нашему знакомству, сударыня. Позвольте представиться…

— Он не стал говорить — «Вайонси, оруженосец дона Уварры» — чтобы не усложнять дело, а назвался по-старому:

— …Грэм Эрскин, из Эшпора.

— Станна Бу Ансуз Станна Бу, вдова, из Чеквила, — в свою очередь сделала книксен госпожа Бу.

— Госпожа Бу, — продолжал Грэм, открывая в себе дремавший ранее дар учтивости, — позвольте осведомиться: вы, случайно, не матушка достопочтенного гнома некоего Стагги Бу?

— Неужто ты знаком с моим бездельником Стаггой, мастер Грэм? — поразилась матушка Бу.

— Мы расстались не далее, как вчера, — отвечал Грэм. — Спешу сообщить, что он в добром здравии и в очень хорошем обществе. Но мне не хотелось бы при всех рассказывать о нашем совместном… э… путешествии.

— А ты действительно знаешь моего сынка Стаггу? — подозрительно сдвинула брови госпожа Бу. — А ну-ка, опиши мне его характер.