Ирина Сербжинская - За порогом волшебства

– Увлекающаяся натура… – заметил Тильвус. – А Нисандус?

– Нисандус временно отсутствует. – Куратор ордена потянулся было за стаканом, но вовремя спохватился и отдернул руку. – Как т знаешь, его конек – предсказания, тут ему равных нет. Не так давно он узнал крайне неприятную вещь: что некой колдунье, обитающей в горах, удастся хитростью заманить его к себе, превратить в какое-то крошечное насекомое и замуровать в кусочке янтаря. Нисандус пришел в ужасное волнение…

– Могу понять…

– И немедленно отправился к этой колдунье, чтоб объявить, что все ее планы стали ему известны. Что он не попадется на эту удочку.

– Планы-шманы… И что? – с интересом спросил Никита.

– Ну прошло уже несколько лет, а от него пока что нет никаких вестей. Надо бы все-таки узнать при случае, как он.

– А что, связь через хрустальные шары у нас уже не действует? – скептически поинтересовался Тильвус.

– Действует. Но Нисандус забыл свой хрустальный шар дома, поэтому, видишь ли, мы никак не можем с ним связаться.

– Забыл?

– Да, бедняга очень расстроился, когда узнал, что его ждет, – пояснил Хокум. – К счастью, всего-то через пару сотен лет заклятие колдуньи потеряет силу, и тогда он вернется.

Тильвус задумался.

– Ладно, – нехотя проговорил он. – Тогда оставим пока что все как есть. Ну что, тебе пора? Не хочу, конечно, намекать, что тебя ждет судьба бедняги Маркуса…

Хокум поднял палец.

– Кстати о Маркусе. Хорошо, что напомнил… Я, само собой, не предполагал, что мне придется лично навестить тебя, так что у Маркуса было для тебя письмо. Все, что я тебе сейчас рассказал, там было подробно изложено. Но раз мы встретились…

– Еще и письмо? – вздохнул великий маг. – Да… придется мне подыскать себе другой мир. Здесь больше жить невозможно.

– Хорошая мысль, – поспешно одобрила его Сати. – Что же, раз наш город вам не нравится…

– Это не город, – сдержанно отозвался Тильвус, не глядя на нее. – Это проходной двор какой-то… Ни единой спокойной минуты. То гости, то письма…

Куратор ордена задумчиво поглядел на мага.

– Маркус, конечно, торопился, но он, знаешь, был очень заинтересован в том, чтоб ты непременно получил послание…

– Догадываюсь почему.

– Да, – кивнул Хокум. – Доставку письма он потребовал оплатить отдельно. Пришлось уступить… а что делать? Сначала было немало желающих нанести визит чародею-страннику… сам понимаешь, деньги нужны всем… но как только выяснялось, что навестить нужно именно тебя, у всех магов тут же находились неотложные дела. Заняты – и все тут! Только Маркуса и удалось уломать. Так вот, он ухитрился уже в портале превратить пергамент в предмет, который ни у кого не вызовет подозрения, и оставить здесь. На тот случай, если вдруг тебе захочется прочесть.

– С чего бы это мне захотелось… ты мне и так уже все рассказал. – Тильвус тяжело вздохнул. – Но догадываюсь, к чему это ты… На пергаменте конечно же следы магии? Их может учуять любой чародей, случайно путешествующий мимо этого мира. Этого еще не хватало… Где был портал?

– Маркус говорил, на какой-то площади. Рядом находился большой дом, хранилище книг. Поэтому он превратил…

– Хранилище книг? – озадаченно переспросила Сати. – Хранилище книг… на площади? Господи, да это ж научная библиотека!

– Точно! – воскликнул Никита, торопливо сдирая целлофан с бутерброда. – Она самая!

– Он превратил пергамент в книгу и оставил в хранилище? – недоверчиво уточнил Тильвус.

Хокум развел руками.

– По словам Маркуса, он так спешил, что больше ему в голову ничего не пришло.

– Скажи на милость, как мне теперь ее оттуда забрать?! – сердито осведомился Тильвус. – Я же не могу снять с нее магию на расстоянии! То есть могу, но не здесь. – Он смял пластиковый стакан и бросил в урну. – Сколько уже дней книга находится здесь? Два? Да… Пожалуй, поспешил я с добрыми намерениями. Передай Маркусу, что если он посмеет явиться сюда еще раз, я превращу его в…

Он на мгновение задумался. Куратор ордена пожал плечами.

– Дед, да книгу в библиотеке взять проще простого, – пробубнил Никита с набитым ртом. – Мы завтра…

Сати встрепенулась:

– Что? Что ты сказал?

Перспектива снова иметь дело с великим магом так ее расстроила, что она на минуту даже потеряла интерес к импозантному куратору ордена Квенти.

– А что? Вот слушай: мы с тобой завтра…

– Сдача газеты у нас завтра, – ледяным тоном напомнила Сати. – И до обеда ты будешь на работе сидеть как миленький.

– Сдача-шмача… Это ж только до обеда. А потом мы с тобой в библиотеку сходим и книгу возьмем Ты, дед, ее расколдуешь быстренько – и все дела. Была книжка волшебная, а стала – обычная. И ты давай, дед, к библиотеке завтра тоже подтягивайся и… Правда?

Сати демонстративно промолчала.

– Сходим, дед, сходим. Делов-то! Пока никто из магов-шмагов это дело не просек.

– Ну-у, – протянул куратор ордена. – Не могу утверждать точно, но, возможно, кое-кто уже… Ты, конечно, помнишь Рэйвин? – спросил он, не глядя на Тильвуса.

Великий маг неопределенно пожал плечами.

– Что за Рэйвин? – поинтересовалась Сати. – У меня от этих магических басен голова уже кругом, – пожаловалась она Никите. – Это хуже, чем две планерки подряд. А вы угощайтесь. – Она кивнула на одинокий бутерброд в центре стола. Сисадмин, который только-только потянулся за колбасой, поспешно отдернул руку.

– Колдунья, – пояснил Хокум, недоверчиво покосившись на бутерброд. – Весьма… э… одаренная, надо сказать. Весьма.

– Еще и колдунья? Что, тоже из вашего ордена? Нет? Конкурентка, стало быть. Она что, узнала о пропаже? Бороться надо с утечкой информации, господа… – Сати взглянула на Хокума. – Вот и у нас так же недавно было. Собрались как-то все наши редакции у корректора из «Суворовского наказа», она отличные голубцы делает. И вдруг – звонок в дверь… ну это долгая история, в общем, – оборвала она себя, спохватившись. – А это не та колдунья, случайно, что кого-то из ваших коллег в насекомое превратила? Нет? Неприятная особа…

– Нет. Рэйвин обвинялась в использовании запрещенной магии, в контрабанде крови единорогов, в покушении на кражу артефактов, – добросовестно перечислил куратор ордена. – Насчет насекомых ничего не могу сказать… – сказал он Сати, словно извиняясь.

– За любой из этих пунктов полагается пожизненный срок в тюрьме Драконьих скал или смерть, – добавил Тильвус. – Кроме насекомых, само собой, – ехидно прибавил он. – За это не сажают.

– Ну давайте поговорим о насекомых, – недовольно пробурчала Сати. – Раз это всем так интересно…

– Она его и получила, пожизненный срок. Довольно мягкое наказание для того, кто ухитрился восстановить против себя даже собственный орден, – Хокум покачал головой. – У Жрицы-настоятельницы начинается что-то вроде крапивницы при одном упоминании ее имени… мгновенно вся покрывается красными пятнами… Такое, надо сказать, странное зрелище! Боюсь, единственный способ для Рэйвин получить прощение – преподнести ордену какой-нибудь могущественный артефакт. К примеру, монеты Квенти. Чем плохо?