Марина Добрынина - Полет тапка над Зулкибаром

Могу только вздохнуть в ответ. Ей-то понятно, отчего херовато, а мне вот почему? Я что, казней до этого не видел? Хотя, о чем это я? Это же не казнь, а ритуал!

Наш штатный палач, да, Терин оставил его при должности и папа заменять не стал, профессионалы — они на дороге не валяются, приносит колоду. Я вздрагиваю. Все же, фантазия у меня слишком уж хорошо развита для принца.

В зал вводят двух мальчишек и девчонку. Ну как мне их еще назвать, если старшему на вид двадцать-двадцать два? Ага, маги-сторонники, наверное. Судя по всему, вот тот, рыженький словесник — у него руки за спиной скованы и рот завязан. Девочка явно жестовик, так как ее локти плотно примотаны к телу, а уж конструкцию, удерживающую пальцы, я вообще плохо понимаю. Ну и старший, предметник. Ему больше всех повезло. Просто в кандалах.

Вокруг колоды члены Совета образуют полукруг. Они молчат. Ждут. О, Дукуса вижу. И даму эту со следами. Красоты, конечно. Где же мальчишка-словесник? Хотя, о чем я? Едва ли он мог быть членом Совета. Так, просто шавкой, как Терин и говорил. Я сам себя не узнаю, почему я поминаю этого чернокнижника к месту и не к месту? Что со мной?

А вот и он, кстати. Двигается как-то неестественно. Ах, да! Замечаю у него на шее знакомую вещицу. Теперь ты у нас весь из себя покорный, мерзкий маг. Отчего я не чувствую злорадства?

— На колени, Терин, — командует Дукус, и чернокнижник послушно опускается перед колодой.

Хм, Дуся что? Прижимается ко мне? Да ну! Точно прижимается. Обниму-ка я ее, пожалуй.

— Положи правую руку на плаху, — велит Дукус, и Терин подчиняется.

О, эта деревяшка у нас теперь именуется плахой? Лицо у бывшего короля Зулкибара белое, на лбу пот выступил. Черт, а я как бы себя чувствовал на его месте?!

Рядом палач. Даже без обычной маски. Ухмыляется. Ему-то чему радоваться? Работе, что ли? Он, видать, во время правления Терина заскучал, без дела-то? Дульсинея вцепляется мне в плечо когтями. Терплю. Я в последнее время таким терпеливым стал — сам себе удивляюсь.

У палача в руках палка. Железная. Судя по тому, как он ее держит, очень тяжелая. Не хочу. Не могу. Не хочу об этом думать!

Дукус как-то лениво машет рукой, и палач с размаху опускает палку на предплечье чернокнижника. Я слышу хруст. И ни звука больше. Они запретили ему даже кричать. Сумасшествие. Дульсинея рядом, кажется, хнычет. Если бы я мог к ней присоединиться! Но нет. Я же должен торжествовать.

— Левую руку! — говорит Дукус.

Терин все также покорен.

Снова хруст, и чернокнижник безвольно опускает лицо на плаху. И уже не чувствует, надеюсь, как палач, один за другим, ломает ему пальцы.

— Встань, — командует Дукус, — встань!

Ну что же они делают! Что они делают?! Он же без сознания. Кажется, я готов рвануть ему на помощь, но Дусины коготки, впившиеся в меня, дают понять, что не стоит. Я должен радоваться. Мой враг повержен. Я ведь сам мечтал о том, что ему кто-нибудь пальцы переломает? А вот так, когда и руки тоже — даже надежнее. Дульсинея тычется мокрым лицом мне в плечо, это немного отрезвляет. Вот и Терин поднимает голову и встает.

— В подземелье. В свою камеру, — велит старый Дукус, и Терин, шатаясь, бредет в указанном направлении.

— Друзья мои! — радостно восклицает Дукус и даже руки в стороны разводит, мол, так и обнял бы нас всех, — мы обезвредили узурпатора-чернокнижника! Он больше никому не сможет навредить!

Где-то справа слышится робкое «ура», но я кидаю туда гневный взгляд, и «ура» затихает, едва родившись. Мага это не смущает.

— Его судьбу мы решим после! — с восторгом в голосе заявляет он. А я перевожу взгляд на отца. Похоже, король Деларон тоже не в слишком счастлив, созерцая происходящее. Интересно, он-то отчего? А я отчего?

Маги-сторонники стоят, опустив головы.

— Ну что, дети, — спрашивает Дукус, обращаясь к ним, — вы поняли свою ошибку?

Старший поднимает заплаканное лицо и что-то тихо отвечает Дукусу. Не слышу, что. После чего мальчик получает от члена Совета по физиономии.

Звук пощечины и злобное шипение Дукуса, в отличие от слов парня, разносятся по всему залу.

— Гаденыш! — говорит Дукус, — увести их.

И вот я снова наследный принц. Все, вроде как, устаканилось. Отчего ж так погано на душе?

Мне место рядом с Вальдором определили. Вот стою я, значит, страху полные штаны! Радуюсь, конечно, что пронесло и я здесь нахожусь в качестве почетной гостьи, спасительницы принца, ну и невесты тоже, растудыть их всех в качель… и принца в первую очередь!

Вообще то я молодец, что Терина послушалась и ни словечка о том, что магией владею, не сказала, а то кто их знает, этот Совет чародеев, еще и меня бы под шум волны приговорили к чему-нибудь, не посмотрели бы что невеста. И так Таурисар этот психоватый чуть было меня не прикончил.

Вот интересно мне, как они собираются Терина обезвреживать? Пальцы ему что ли перебинтуют и руки в гипс по самые плечи? Мне даже смешно на какое-то мгновение стало, хотела своими забавными предположениями с Вальдором поделиться, смотрю, а он не улыбается и вроде как взбледнулось ему. Кажется, зря я веселюсь, что-то совсем не забавное тут намечается! Смотрю и остальные присутствующие, в том числе и король с Брианной, вид имеют нерадостный. Тут-то меня жуть одолела по настоящему, я даже к Вальдору прижалась с перепугу!

— Вальдор! — шепнула я, а у самой губы дрожат, вот же хрень то, а! Принц наклонился ко мне, чтобы расслышать, что я там лепечу, — Валь, ты наверно будешь смеяться, но мне как-то херовато!

Он в ответ только вздохнул. Ну да, а что еще сказать то можно? По физиономии его вижу, что ему не лучше чем мне, а может быть даже и хуже, потому что он знает, что сейчас произойдет, а я могу только догадываться! И вряд ли это будет что-то типа невинного загипсовывания рук мага-жестовика!

Вот какую-то колоду принесли. Ой, мама! Кажется, я сейчас в обморок брякнусь! Неужели они ему руки рубить собираются? Да нет, у палача в руках железка какая-то, а не топор. Это что же такое будет сейчас?

Потом в зал ввели двух парней и девушку. Молоденькие совсем. Одного из них я вспомнила. Это его я в тронном зале видела. Сейчас у него руки за спиной скованы и рот завязан. Значит, получается он словесник. А девушке бедной руки то как перемотали! Вот как они жестовиков обезвреживают…а зачем в таком случае колода эта и палач с железякой?

Дядьки и тетки в балахонах, маги значит, вокруг колоды полукругом встали, морды у всех торжественные по самое не могу! Потом Терина привели, точнее он сам пришел. Двигается как-то через силу. Ну, понятно, вот на шее фигня эта красуется, ошейник покорности. Какая гадость!