Алисса Кирк - Демоны в Ночь Мертвых

— Ты превращаешься.

— Во что?

— Не могу сказать.

— Почему демоны пытаются убить меня?

— Ты — угроза.

— Почему?

— Ты можешь находить их. Это не считая многого другого.

— Но я не хочу. И не всегда могу это делать. Я не видела, что этот идет, — я указала на место, где в последний раз видела тигро-волка.

— Ты не тренировалась. И ты борешься с этим, что никак не помогает, — она взмахнула крыльями, чтобы взмыть ввысь. — Мне нужно идти. Придерживайся плана. Иди домой и оставайся под щитом сегодня. И перестань валять дурака. Теперь беги! — Она засмеялась и развернулась, задевая крыльями мою кожу, щекоча перьями. В полуобороте она хлопнула крыльями и поднялась в воздух, напевая:

— Давай улетим на луну, я буду играть со звездами...

— Какого плана? Какой еще щит? — начала я, но упустила из виду летающее чудо, когда ее голос затих. — Аарррх.

Уличные фонари мигнули.

От ощутимого присутствия злобы мой желудок скрутило, а волосы на руках встали дыбом. Я перебежала дорогу и пошла к дому, надеясь, что ушла не так далеко от него. Фонарь в конце улицы замигал и погас. Потом следующий фонарь возле меня потускнел и погас. Потом следующий. И следующий

Я дошла до светящегося фонаря, и его гудение стало более громким, потрескивающим. Голубой туман возник из света и опустился вниз, закручиваясь вокруг меня. Это не может быть хорошо.

Я включила заднюю передачу, но инерция подвела меня. Я упала на колени и приземлилась у ног громадного демона, который появлялся из тумана.

— Ай! — Болезненное покалывание обожгло мою кожу, когда я наполовину проползла, наполовину пробежала через туман и ускорилась.

Впереди уличные фонари мигнули несколько раз, прежде чем блестящая вспышка заставила меня покоситься. Фонарь взорвался, когда я достигла его света. Я подняла руки и пригнулась, спотыкаясь к остановке, усыпанной битым стеклом.

Сидя на корточках, тяжело дыша, я дрожала, боясь сделать шаг и порезать подошвы ног. Воздух вокруг меня гудел и вибрировал. Я опустила руки. Множество острых светящихся лучей света заполонили все вокруг, окружая меня прекрасным мерцающим пузырем, переливающимся голубым, сиреневым и белым и излучающим тихий, успокаивающий гул. Зачарованная ярким светом вокруг, я осторожно протянула руку, касаясь кончиками пальцев света.

Искры вспыхнули.

— Ауч! — я выхватила руку, прижимая ее к груди. И вдруг, свет? Теперь уже не такой уютный, мне хотелось наружу. Я попятилась назад, чудом не наступая на стекло, но почувствовала резкий болезненный удар электричества. Мой позвоночник вспыхнул болью. Я услышала тихий смех и свернулась в клубочек, боясь, пошевелится. Глаза наполнились слезами. Наверное, из-за яркого света, а не страха, завладевшего душой.

Я начала звать на помощь, но вскрикнула, когда искра ударила мне в ногу, а потом в бедро. Я попыталась сдвинуться, но меня бьющее меня напряжение — и боль — все увеличивались с каждым залпом в мою кожу. Я подавилась запахом озона, заключенная в ловушку, съежившись без надежды на побег.

Глава 26

Вспышки стали более частыми, и все мое тело покалывало, словно иголками. Я подумала о том, чтобы прорваться через свет, несмотря на низкий процент вероятности успеха. Все лучше, чем быть пойманной в эти кошки-мышки.

Я чувствовала себя ошибкой, экспериментом злого ученого, который поместили под купол электричества, который, если я не ошибаюсь, сужался. Я отбросила волосы с лица и пером Глории, которое я сжимала в кулаке, растрепанное от пота, почти ткнула себе в глаз. Свет снова ужалил. Я дернулась и ударила по невидимому барьеру, из-за чего перо коснулось энергии. Вспыхнул оранжевый свет. Сердитое жужжание усилилось, и пространство, оставленное для меня, кажется, расширилось. Не намного, но...

Я посмотрела на перо. А потом на пузырь энергии. Я провела пером в направлении гудящего поля, держащего меня в ловушке. Мерцающий свет, казалось, отступал. Я продвинула руку вперед. Новая вспышка оранжевого в том месте, где перо коснулось электричества, и моя тюрьма снова расширилась. Воздух наполнился запахом гари.

Я улыбнулась.

— О, да.

Еще несколько бешеных толчков, и я действительно могу двигаться.

Удар в заднюю часть ноги почти повалил меня на колени.

— Ах, ты ж козел!

Он был изворотливым и бил меня в спину каждый раз, когда я поворачивалась лицом к предыдущей атаке, но я почувствовала, что сила удара уменьшается с каждым ударом. Я заставила его отступить.

Используя перо в качестве ножа, я ступила ближе и полоснула им. Еще раз. И еще. Как невменяемый псих, забывший принять лекарство. Борозды открывались, словно кровоточащие раны, с которых сердито капал оранжевый и серебряный свет, но я все равно не могла протиснуться в эти отверстия.

Я облизнула губы, глубоко вздохнула, вонзила перо в свет, зафиксировала локоть и развернулась, таща перо за собой. Это разрезало мерцающий пузырь, словно лазер разрезает бумажный стаканчик. Когда отверстие достаточно расширилось, я вынырнула на свободу.

Жужжание стало на несколько нот выше. Раздраженный визг? Я вскочила на ноги, сжимая перо в протянутой руке, дрожа, как от приступа эпилепсии.

Сфера засветилась ярко-фиолетовым, голубым, серебристым, а потом превратилась в дымные вихри, которые собрались в фигуру человека, пульсирующую паутинками электричества. Она напоминала прозрачную модель человека с уроков биологии. Только с сиянием, как во «Франкенштейне».

— Неплохо, маленький Некс, — прошипел голос. — Но...

— Аврора, пригнись!

Я упала на землю.

Даже за закрытыми веками был виден вспыхнувший ослепляющий свет. Волна горячего воздуха подбросила мои волосы над головой. Словно от колючего кактуса, залп электричества отскочил от моего плеча. А потом тьма. Тишина. Я выглянула из своего скрученного положения. Демон исчез.

Я встала. Чувствовала слабость. Нет. Я чувствовала себя полным Гамби. Я рухнула на землю, и все эти мелкие травинки грозились порезать меня на кусочки. Надеюсь, у папы есть хороший пластический хирург. Прямо перед столкновением гравитация вдруг бросила свои привычные дела и подняла меня. Я почувствовала руки под своими плечами и ногами, и гравитация вдруг обзавелась именем. Эйдан.

— Попалась, — сказал он, и его куртка была такой холодной по сравнению с моими горячими щеками, пока он нес меня к дому.

Я бы обвила руки вокруг его шеи, если бы они перестали подергиваться. Он остановился перед домом Тристана.

— Тебе больно? Позвать твоего папу? Отвезти тебя в больницу?