Берёза - Ворон, Волк и Чёрная Крыса

Хотя нет ничего удивительного в том, что она обозналась. В чёрных джинсах и чёрной футболке таких же, как те, которые так часто носил Альберт, Влад действительно был похож на погибшего вампира. Стоит ещё добавить, что они были приблизительно одного роста, одного телосложения и выглядели примерно на один возраст. К тому же оба были брюнетами. Вот только выражение лица Влада разительно отличалось от непроницаемого лица Альберта, а его красивые тёмно-карие глаза не умели пронзать взглядом, как глаза, чёрные, словно бездонные колодцы. И Лин в очередной раз почувствовала, что не может ни вдохнуть, ни выдохнуть.

Вслед за Владом вошёл Кирилл, а за ним… Тадеуш. На губах вампира играла довольная усмешка, а голубые глаза изучающе уставились на Лин.

— Ну вот, мы снова встретились, Линда Ворон, — усмехнулся он. Но если он ожидал, что Лин будет трястись от страха, то его постигло разочарование. Лин встретила его взгляд с гордо поднятой головой.

— Как ты меня нашёл? — спросила она. Тадеуш приблизился, не сводя глаз с юной ведьмы.

— Хороший вопрос, — пробормотал он. — А ты не догадываешься? Знаешь, мне не нужно было даже искать ваше убежище. Мне, можно сказать, преподнесли тебя на блюдечке.

— Кто? — прошипела Лин, мечтая только о том, как бы выцарапать глаза предателю.

В этот миг часы, висевшие над столом секретарши, щёлкнули и стали громко отбивать полночь. Их бой казался мрачной музыкой, предвещавшей надвигавшуюся трагедию.

— Я, — громко сказал голос человека, появившегося за спиной Тадеуша. Лин дёрнулась, будто её ударили. Перед ней стоял Малыш.

Часть II

Кровь короля Штефана

Пролог

Несколькими столетиями ранее…

Над замком в затянутом облаками ночном небе медленно кружил ворон. Его хриплое карканье, врывавшееся в тишину, нависшую над бойницами, казалось, предвещало смерть.

В узких окнах, вырубленных в толще замковых стен, не светилось ни огонька, и лишь часовые мерили шагами крепостную стену. Ворота были крепко-накрепко закрыты, как и каждую ночь. Но людям, кравшимся вдоль крепостной стены, и не нужны были ворота.

Три человека, закутанных в чёрные плащи с надвинутыми на лицо капюшонами. Ни у одного из них не было факела, но, похоже, эти люди в них не нуждались. Они прекрасно находили дорогу в кромешной тьме.

— Сюда, — прошептал один из них, остановившись у едва заметной маленькой дверци в крепостной стене. В это мгновение луна вышла из-за туч, и на миг осветило бледное лицо мужчины, скрытое под капюшоном. В уголках губ блеснули длинные острые клыки, а затем на его лицо снова упала тень.

— Король велел поспешить, — шёпотом сказал второй мужчина первому. Тот кивнул и, отыскав под плащом связку ключей, отпер дверцу. Та отворилась бесшумно, показывая, что её петли каждый день тщательно смазывались, и двое мужчин проскользнули внутрь. Третья фигура запнулась о высокий порог и чуть не упала, но один из её спутников почтительно поддержал её за локоть.

Три тёмные фигуры пересекли широкий двор и остановились у ещё одной неприметной дверцы, на сей раз одной из башен замка. Первый мужчина отпер дверь и почтительно пропустил третью фигуру вперёд. Гуськом они стали подниматься по узкой винтовой лестнице с настолько низким потолком, что приходилось сгибаться.

Лестница закончилась, и три фигуры очутились в круглой комнате, освещённой пламенем прикреплённых к каменным стенам факелов. Из мебели здесь была одна огромная кровать под тяжёлым балдахином, и потому комната казалась голой, холодной и неприютной. Откуда-то из-под потолка монотонно капала вода.

Балдахин был отдёрнут, так что видно было лежавшего на кровати человека. Черноволосый и бледный, он казался совсем молодым, но его ярко-красные, словно кровь, глаза говорили о том, что перед ними промелькнуло немало столетий. Тяжело дыша, человек с трудом приподнялся на одном локте и уставился на посетителей.

— Мы привели её, ваше величество, — почтительно сказал один из мужчин. Оба сдёрнули капюшоны и опустились на одно колено, как и подобает верноподданным. Третья фигура тоже откинула капюшон, обнажая очаровательную женскую голову. У неё были длинные чёрные волосы, рассыпанные по плечам, и, хотя в них уже мелькали седые пряди, лицо женщины по-прежнему отличалось красотой. Её яркие, словно звёзды, голубые глаза гордо взирали на лежавшего мужчину.

— Рад видеть тебя снова, пани Ворона — улыбнулся он. Женщина не ответила на его улыбку.

— Зачем ты звал меня, Штефан? — холодно спросила она. Улыбка на лице мужчины стала печальной.

— Ты по-прежнему прекрасна, — прошептал он. — А я, вот видишь, умираю. Я хотел попросить тебя о последней услуге, пани.

Суровое лицо женщины смягчилось.

— Я догадываюсь, чего ты хочешь, — мягко сказала она. Король вампиров жестом прогнал своих слуг за дверь.

— Я уже слишком стар, — пробормотал он. — Боюсь, мне не дожить до рассвета. А когда я умру, от меня ничего не останется, кроме, быть может, легенд и сказок. Я хочу оставить кое-что в этом мире, чтобы вампиры никогда не забыли своего короля Штефана.

— И это кое-что — твоя кровь, — кивнула пани Ворона.

— Ты догадливая женщина, — хмыкнул король. На что женщина ответила:

— Ну, я же ведьма.

— Тогда не будем тянуть, — король достал откуда-то из-под кровати серебряный нож и хрустальный сосуд. Твёрдой рукой он резанул ножом по своим венам и даже не поморщился, когда на простыни закапала кровь.

— Серебряный нож? Смело, — хмыкнул ведьма, подставляя под рану сосуд. — И почему вампиры так боятся серебра?

— Мы сами этого не знаем, — пожал плечами король. С кривой усмешкой он наблюдал, как кровь перетекает из его вены в сосуд. Когда сосуд наполнился, ведьма заткнула его пробкой и спрятала в складках своего плаща.

— Нужно перевязать руку? — спросила она. Но Штефан только отмахнулся от неё.

— Мои раны быстро заживают, — сказал он. — К тому же я всё равно скоро умру.

— Тогда мне пора идти, — ведьма уже обернулась к двери, за которой начиналась лестница, но король вдруг окликнул её:

— Как тебя зовут? Я имею в виду на самом деле…

— У меня нет имени, — ответила ведьма. — Меня зовут пани Ворона.

— Тогда прощай, пани Ворона.

— Прощай, Штефан.

Ведьма вышла за дверь, где её ждали двое провожатых. Все трое опять скрыли лица под капюшонами и стали спускаться по винтовой лестнице. Они пересекли двор и исчезли за неприметной дверью в крепостной стене.

Замок спал глухим сном. Лишь часовые мерили шагами крепостную стену, да двое молодых парней играли в кости на перевёрнутом бочонке рядом с конюшней. Рядом с ними на земле лежала молоденькая девушка в крестьянской одежде. Её глаза неподвижно уставились в небо, а на шее запеклась кровь. Если присмотреться внимательнее, сразу становилось ясно, что девушка мертва.