Ольга Ильина - Особенные. Элька - 2

— Я думала, они не болеют.

— Не болеют обычными болезнями, но от порчи, последствий смертельных заклятий и ран, оставленных ядовитым оружием еще никто не излечился. Атолл — воин. Но не политик.

— Крыс, откуда ты все это знаешь? — восхитилась я. Не ожидала я от своего несерьезного хранителя таких глубоких познаний устройства мира.

— Так я ж не первый день на свете живу. Это ты еще совсем зеленая. Но ничего, мы наверстаем.

— Я так понимаю, что основным претендентом на место Атолла сейчас является Егоров?

— Да. И теперь мы подходим к самому главному. Чтобы попасть в совет, Егорову нужно собрать большинство голосов. Светлые уже отпадают. Хранители тоже. Остаются демоны, вампиры и оборотни. Но, сдается мне, Элька, что со всей этой борьбой у темных, кто-то еще мутит воду. Кто-то хочет свалить Михаила и этот же кто-то пытался скомпрометировать светлых.

— Но причем здесь я?

— Кто-то изначально знал кто ты. И подсунул Мартину тот смертельный рецепт. А этот старый козел и не понял. Моя ошибка, Элька.

— Вся эта история с советом началась с Михаила. Кто претендует сейчас на его место?

— Инкубы, Элечка.

— Те, кому приходится подчиняться вампирам.

Я встала. Заходила по комнате.

— Это что же получается? Мое вмешательство не позволило Феликсу внести смуту. Он бы одним выстрелом убил троих зайцев. Катя и оборотни, вампиры и темные. Нет, Крыс. Не надо нам лезть во всю эту грязь.

— Боюсь, что нас с тобой могут даже не спросить.

Я тоже так подумала. Но пока этого не случилось, пока есть еще время, нужно забыть о своих личных обидах и начать действовать. А еще я вспомнила, что та странная девица пришла как раз в компании инкуба, и как-то непонятно страшно стало. Я рассказала Крысу и об этой встрече и о татуировке и о том, что само напрашивалось на язык.

— Крыс, а вдруг это инкубы убили фею?

— Зачем? Чтобы та девица познакомилась с тобой? Сделать ей татуировку?

— Выдать ее за искру.

— Зачем?

— Не знаю. И мне страшно, Крыс. Действительно страшно.

— Не боись, Элечка, — переместился мне на плечо грызун и потерся носом о шею. — Пока мы вместе, я в обиду тебя никому не дам. А еще поговорю о твоих подозрениях с Миленой. Она очень умная. Может, что и надумает, и скажет кому надо, если придется. Главное нам сейчас на рожон не лезть и учиться. Элька, мы почти год вместе, а проблемы вокруг тебя растут как снежный ком.

— Я знаю, — согласилась я. Все знаю. Поэтому и встаю каждый день ни свет, ни заря, и терплю издевательства Диреева. А иначе это не назовешь.

Следующим утром он устроил очередную пытку. Поистине его фантазия по части моих унижений неиссякаема. А началось все с опоздания.

Диреев ждал внизу, недовольный и суровый. — Ты опоздала на десять минут. Плюс пять километров.

Вот, ну что я говорила? Бесит он меня просто.

— Почему не все десять? — возмущенно воскликнула я.

— Хочешь десять?

— Не надо, — испуганно замахала руками. А чтобы он не передумал, первая рванула с места.

Зря я про десять километров сказала. Даже однодневный перерыв в тренировках отрицательно сказался на моем бедном организме. Я чувствовала каждую мышцу, каждую косточку, клеточку. И каждая клеточка моего тела просила пощады. Блин, я бы тоже попросила, если бы этот садист не умотал вперед. Все. Я выдохлась. Улеглась на траву. Холодную, пропитанную росой. Но такую успокаивающую. А потом ощутила, как трава зашевелилась и очень стремительно начала меня затягивать.

— Мама, что это? — взвизгнула я, как свинка перед смертью, я бы еще и не так взвизгнула, но воды нахлебалась. Ё мое, да я в болоте. И как только это поняла, барахтаться перестала. Говорят, так болото скорее затягивает. Мне и так по шейку уже. Я так и вижу, как на той стороне стоит черная смерть с косой. А, нет, репетитор так развлекается.

— Ты совсем что ли? — пропищала я, и снова чуть под воду не ушла.

— Пока ты не научишься себя контролировать, я буду делать это каждый день.

— Из травы болото делать? Конечно, тебе просто издеваться над тем, кто не может ответить. А ты попробуй один на один. Лицом к лицу.

Кажется, я его впечатлила своей речью. Болото вмиг испарилось, а я оказалась лежащей на самой обыкновенной траве.

Поднялась и посмотрела ненавидящим взглядом на этого изверга. Его не впечатлило.

— Ну что? Теперь мы стоим один на один. Обещаю не пользоваться магией.

— Ты сильнее.

— Заведомо признаешь поражение.

— Я не собираюсь с тобой драться, потому что трезво оцениваю себя.

— И что же ты сделаешь, если столкнешься с реальным противником?

— Постараюсь с такими не сталкиваться.

— И все же?

— Ты предлагаешь мне с ним сражаться?

— Я ничего не предлагаю. Просто скажи, что ты сделаешь, если встретишься с угрозой лицом к лицу.

— Убегу, доволен? Я сбегу как можно дальше и быстрее.

— Именно.

— И что? Я типа дала правильный ответ? И ты мне приз подгонишь?

— Нет. Я хочу, чтобы в мире осталось мало тех, от кого тебе хотелось бы сбежать.

С этими словами он напал на меня. Сразу и без предупреждения. Едва успела уклониться. А то бы мой фэйс непременно встретился с его рукой.

— Ты совсем…

Договорить не успела, меня схватили и легким движением корпуса чуть не распластали по траве. Ой, кажется, во мне что-то хрустнуло.

— Псих.

— Хотел проверить твою реакцию. Не плохо. Но отражать удары совсем не умеешь. Вечером займемся настоящими тренировками.

— А те, что были, ненастоящие? — пискнула я.

— А те были щадящими, — обрадовали меня. — Ты хочешь, чтобы я тебя щадил?

— Я хочу, чтобы ты меня учил.

И отпустил. А то странный у нас разговор получается. И поза странная. Я почти на земле и он, придерживающий меня. И что удивительно, его такая поза совсем не напрягала. И вес у меня не маленький, а он даже не сбился с дыхания. В какой-то момент я посмотрела в его глаза, он в мои и… как там говорят в дешевых любовных романах? «Между ними возникло что-то». Кажется, у него точно возникло, иначе как помутнение разума его дальнейшие действия я назвать не могу. Он наклонился ко мне и почти коснулся своими губами моих. Я так растерялась, что даже сделать ничего не могла, мозги в желе превратились.

— Э…что ты делаешь? — выдохнула я, иначе бы он точно поцеловал. Пипец. Я в шоке. И, если раньше я могла списать его действия на усталось, романтизм момента и прочую чепуху, то сегодня он был вполне конкретен. Вполне конкретно хотел меня поцеловать. Правда, сам сделал вид, что ничего не случилось. Резко поднял меня на ноги и отпустил.