Питтакус Лор - Я - четвертый

— Скажи мне, кто ты, — говорит он.

— Ты это о чем?

— Я видел, что ты делал там, в лесу. Ты не человек.

Этого я и боялся — что он увидел больше, чем я надеялся.

— Это безумие, Сэм! Я дрался. Я годами изучал боевые искусства.

— Твои ладони горят, как фонари. Ты бросал людей так, словно они ничего не весят. Это ненормально.

— Не валяй дурака, — говорю я, все еще держа руки перед собой. — Посмотри на них. Ты видишь какой-то свет? Говорю тебе, это были перчатки Кевина.

— Я спрашивал Кевина! Он сказал, что никаких перчаток у него не было!

— Ты что, серьезно думаешь, что после всего, что случилось, он сказал бы тебе правду? Опусти пистолет.

— Скажи мне! Кто ты?

Я закатываю глаза.

— Да, Сэм, я пришелец. Я с планеты в сотнях миллионов километров отсюда. Я обладаю сверхспособностями. Ты это хотел услышать?

Он неотрывно смотрит на меня, его руки все еще трясутся.

— Ты осознаешь, как глупо это звучит? Перестань бесноваться и положи пистолет.

— То, что ты только что сказал, это правда?

— То, что ты болтаешь глупости? Да, это правда. Ты слишком зациклился на этих делах. Тебе мнятся пришельцы и их заговоры во всем, даже в твоем единственном друге. Да перестань же целиться в меня из этого чертового пистолета!

Он смотрит на меня, и я вижу, что он обдумывает то, что я сказал. Я опускаю руки. Тогда он вздыхает и отводит пистолет.

— Извини, — говорит он.

Я делаю глубокий и нервный вдох.

— Есть за что. Что тебе взбрело в голову?

— Вообще-то он не заряжен.

— Надо было раньше сказать, — замечаю я. — Почему тебе так хочется во все это верить?

Он качает головой и кладет пистолет обратно в ящик стола.

Я беру минутную паузу, чтобы успокоиться и постараться вести себя так, как будто ничего особенного не произошло.

— Что ты читаешь? — спрашиваю я.

Он пожимает плечами.

— Да снова про пришельцев. Может, мне надо к ним поостыть.

— Или просто читать это как беллетристику, а не как факты, — говорю я. — Но выглядит это, наверное, довольно убедительно. Могу я взглянуть?

Он дает мне последний выпуск «Они ходят среди нас», и я аккуратно присаживаюсь на краешек его кровати. Я думаю, он достаточно успокоился, чтобы, по крайней мере, больше не выхватывать пистолет. Опять это дурная фотокопия, шрифт слегка отслаивается от бумаги. Брошюра не очень толстая — восемь, максимум, двенадцать страниц стандартного формата. В начале стоит дата: ДЕКАБРЬ. Должно быть, последний выпуск.

— Это странная дребедень, Сэм Гуд, — говорю я.

Он улыбается.

— Странные люди любят странную дребедень.

— А где ты это берешь? — спрашиваю я.

— Я подписан на него.

— Я знаю, но как?

Сэм пожимает плечами.

— Я не знаю. С какого-то дня он начал приходить и все.

— Ты подписан на какие-то другие журналы? Может, они взяли твои данные оттуда.

— Я был как-то на одной конференции. По-моему, я записывался там на какой-то конкурс или что-то в этом роде. Не могу вспомнить. Я всегда думал, что они взяли мой адрес там.

Я просматриваю обложку. Никакого адреса веб-сайта не указано, да я и не рассчитывал его увидеть, потому что Генри уже вдоль и поперек обыскал весь Интернет. Я читаю заголовок главной статьи:

ВАШ СОСЕД ПРИШЕЛЕЦ?

ДЕСЯТЬ БЕЗОШИБОЧНЫХ СПОСОБОВ

УЗНАТЬ!

Посреди статьи фотография человека, который в одной руке держит пакет с мусором, а в другой — крышку от мусорного бака. Он стоит в конце дорожки у дома, и мы должны предполагать, что он находится в процессе выбрасывания пакета в бак. Хотя вся публикация черно-белая, кажется, что глаза человека подсвечены. Это ужасный снимок — как будто кто-то сфотографировал ничего не подозревающего соседа, а потом пастелью подрисовал ему глаза. Я смеюсь.

— Что? — спрашивает Сэм.

— Жуткое фото. Выглядит, как что-то из «Годзиллы».

Сэм смотрит на меня. Потом пожимает плечами.

— Не знаю, — говорит он. — Может, фото и настоящее. Как ты говоришь, я вижу пришельцев везде и во всем.

— Но я думал, что пришельцы выглядят так, — я киваю на постер на стене.

— Не думаю, что все, — отвечает он. — Ты же говоришь, что ты пришелец со сверхспособностями, а так не выглядишь.

Мы оба смеемся, и я думаю, как мне вывернуться. Надеюсь, Сэм никогда не узнает, что я сказал ему правду. Но часть меня хотела бы ему рассказать — обо мне, о Генри, о Лориен — и посмотреть, как бы он отреагировал. Поверил бы?

Я разворачиваю страницы и ищу выходные данные, которые есть в любом журнале или газете. Здесь их нет, только статьи и теории.

— Здесь нет выходных данных.

— Что ты имеешь в виду?

— Ну, ты ведь знаешь, что в газетах и журналах есть страничка, где названы редакторы, авторы, сказано, где издание печатается? Ну, там, «для вопросов, пожеланий и так далее». Во всех изданиях это есть, а здесь нет.

— Им надо беречь свою анонимность, — говорит Сэм.

— Зачем?

— Из-за пришельцев, — говорит он и улыбается, словно признавая абсурдность своих слов.

— У тебя есть выпуск прошлого месяца?

Он достает его из шкафа. Я быстро пролистываю его, надеясь, что статья о могадорцах опубликована здесь, а не месяцем раньше. Я нахожу ее на странице 4.

Пришельцы — могадорцы с планеты Могадор в 9-й Галактике — вот уже больше десяти лет находятся на Земле. Это порочная раса со стремлением к всеобщему господству. Говорят, что они уже уничтожили одну планету, сходную с Землей, и планируют выявить слабости Земли, чтобы следующей заселить нашу планету.

(Продолжение в следующем номере)

Я читаю заметку три раза. Я надеялся, что в ней есть что-то еще, кроме того, что уже говорил Сэм, но напрасно. И нет никакой Девятой Галактики. Не знаю, откуда они это взяли. Я дважды пролистываю новый номер. Нет никакого упоминания могадорцев. Моя первая мысль: сообщать больше не о чем, никаких новостей нет. Но потом приходит вторая мысль: могадорцы прочитали этот номер и уладили проблему, какой бы эта проблема ни была.

— Ты не против, если я его на время возьму? — спрашиваю я, держа последний номер.

Он кивает.

— Будь с ним осторожен.

Спустя три часа, в восемь, матери Сэма все еще нет дома. Я спрашиваю Сэма, где она, а он только пожимает плечами, как бы говоря, что не знает и что в ее отсутствии нет ничего необычного. Мы в основном играем в видеоигры и смотрим телевизор, а ужинаем едой, разогретой в микроволновке. За все время, пока я здесь, он ни разу не надел очки, что странно, потому что раньше я ни разу без очков его не видел. Они были на нем, даже когда мы бежали милю на физкультуре. Я беру их с комода и надеваю. Все моментально расплывается, и у меня почти сразу же начинает болеть голова.