Чарльз де Линт - Зелёная мантия

Хови так и сидел, вцепившись в баранку, глядя, как он пятится для новой атаки, — и вдруг очутился уже не в машине, а на шоссе. На него из полосы стелющегося тумана надвигался грузовик. На капоте торчали оленьи рога, фары сверкали подобно глазам чудовища. Хови кинулся в лес, уворачиваясь от колёс. Оказавшись в чаще, он осмелился обернуться и увидел, что грузовик исчез, а вместо него, уставив рога, летел олень. Кажется, тогда он и проснулся.

Теперь Хови вспомнил все: и сон, и явь. Он понял, где находится, и неуверенно сел, ощупывая плечо под повязкой. Адски больно. Этот макаронник, который пустил в него пулю, ещё поплатится, чтоб его… Хови попытался встать, но тут дверь открылась и вошла брюнетка, возившаяся с ним прошлой ночью.

— Ни-ни, — проговорила она, грозя ему пальчиком. — Доктор Мэллон прописал покой, малыш.

— Какой доктор?.. Шерри усмехнулась.

— О, глупыш. Я Шерри Мэллон — вспоминаешь?

Хови кивнул.

— Ага. Медсестра. Конечно, помню, только не знал, как тебя звать.

Появилась блондинка Лайза, прислонилась к косяку. Сегодня обе облачились в обтягивающие джинсы — Шерри со свитером, а Лайза — с кружевной блузкой.

— И как мы себя чувствуем? — поинтересовалась Шерри.

— Малость не того. Жуткий сон.

— Ну, это понятно. Я с утра смоталась в аптеку за антибиотиками и накачала тебя.

— А сколько… сколько времени?

— Около половины двенадцатого, — отозвалась от дверей Лайза.

— Где Эрл?

— Сказал, должен кого-то встретить в Оттаве. — Лайза подошла к кровати. — А остальные все на работе — кроме нас.

— Вы не работаете? Лайза улыбнулась:

— Хорошо бы так. Нет, у меня каникулы. То-то кое-кому радости, верно? А мне все равно делать нечего. И у Шерри отгул.

— Хочешь поесть? — предложила Шерри.

— А можно будет встать к столу?

— Ну… если не будешь колобродить. Хови помотал головой:

— Где уж мне сейчас колобродить…

— Когда Эрл обещал вернуться? — спросил Хови, прикончив яичницу с ветчиной.

— Он не обещал, — отозвалась от мойки Лайза.

Хови обдумал ответ. Господи, только бы Эрл его не бросил.

— Слушайте, — заговорил он, — я благодарен вам за заботу и все такое…

— Обращались как с белым человеком, — усмехнулась Шерри. Она сидела за столом напротив, развернув перед собой сборник кроссвордов.

— Слово из восьми букв, «основательный»? — прочитала она.

— «Крепкий», — предложила Лайза.

— Из восьми букв.

— Тогда «солидный».

— Ну ладно, подсмотрю.

Она заглянула на последнюю страницу и вписала в квадратики: «глубокий».

— Вы, ребята, местные? — спросил Хови. Лайза обернулась к нему от мойки:

— Мы — ребята?

— Нет, я хотел сказать… Лайза рассмеялась:

— Ничего, это я просто дразнюсь. Я выросла в Перте, а Шерри с Запада.

— Где бродят бизоны, — закончила Шерри. — Страх и ненависть Великих Равнин.

Отсылка к Хантеру С. Томпсону[23] прошла мимо Хови.

— Перт отсюда к югу, верно? — спросил он.

— Всего в нескольких милях по дороге от Ланарка, — согласилась Лайза, — А что?

Хови задумался, не зная, как подать вопрос. Не хотелось выставляться перед ними недоумком — не так уж часто пара хорошеньких телок тратила на него улыбочки. Но кое-что ему нужно было узнать.

— Видели машину, в которой мы вчера приехали?

Лайза кивнула:

— Она так и стоит во дворе. На вас что — тягач налетел?

— Нет. Олень.

Шерри подняла голову:

— Олень? Брось. Давай серьёзно.

— Нет, правда. Самый здоровый, какого я видел. — «А то я много их видел, — добавил он про себя. — Ну, хоть бы и в зоопарке». — Ростом с лося!

— Может, это лось и был? — предположила Шерри.

Хови покачал головой:

— Нет, самый настоящий олень. Выскочил из лесу и давай нас бодать. Мы как раз встали на просёлке где-то к югу отсюда. У вас тут часто такое случается?

— Что? — переспросила Лайза. — Чтоб олени бодали машины?

Хови кивнул.

— Впервые слышу.

— Я в Скалистых горах видала, как быки окружают машины, — припомнила Шерри, — но они никогда не бодались.

— И ещё там была музыка, — продолжал Хови, путаясь в словах. — Такая… нездешняя…

Девушки смотрели на него, ожидая продолжения. Но он молчал, и Лайза тихонько захихикала.

— Покуриваешь? — спросила она.

— Что? Нет. То есть я тогда был не под кайфом. — Ему хотелось сказать, что музыка как-то связалась для него с нападением оленя. Но он чувствовал, что это прозвучит глупо.

— Ну, наверно, надо что-то делать, — заговорила Лайза. — Что скажете, доктор Мэллон?

— Я бы прописала пару хороших затяжек, — отозвалась Шерри.

Лайза взглянула на Хови:

— Как тебе, морячок?

— В самый раз, — ответил тот.

Дурак он был, что заговорил об этом, и хорошо хоть, не с Эрлом. Бог знает, что сделал бы с ним Эрл, потому что теперь, подумав, Хови сам понимал, как глупо было заводить такие разговоры. Но воспоминания о музыке тревожили его, и он твёрдо решил вернуться и послушать её ещё раз. В ней было что-то опасное, что-то в ней несло ему боль, он твёрдо знал это, хотя не умел объяснить.

— Держи, Хови, — окликнула его Шерри, протягивая сигаретку. — Затянись разок.

Хови с улыбкой взял самокрутку, отбросил непривычные мысли. На хрен. Потом подумает. А сейчас у него тут пара смачных штучек, косячок и вволю расслабухи. Олень и музыка подождут. И Эрл подождёт, если на то пошло.

Он затянулся, глубоко втягивая дым, и взглянул на девушек. Может, ему повезёт заполучить кого-нибудь из них. Черт, а может, даже обеих? Он улыбнулся, чувствуя, как кое-что под столом быстро твердеет, и затянулся ещё разок, прежде чем передать косяк соседке.

5

— Ты, верно, умом тронулся, что так болтаешь при малышке, — сказал Баннон.

Валенти взглянул на Али, почти скрытую от них густым подлеском. Дорожка постепенно превратилась в тропинку, но кто-то явно по ней похаживал. Почти заросла, заметил про себя Валенти. Кто мог здесь гулять? Он пару раз видел потрёпанный грузовичок, заезжавший в лес. На нем приезжала небольшая компания: пожилой мужчина, более молодая пара и трое-четверо ребятишек — все в поношенной, но чистой одежде. Они оставляли грузовик на целый день и уходили в лес по этой самой тропе.

Последний раз они появлялись здесь осенью. Тогда Валенти, заметив у них рюкзаки и тюки, принял их за обычных туристов, но теперь у него появились сомнения. Может, те люди доставляли продукты лесным жителям? Музыканту Томми, скажем? Или Малли?

— Говорю тебе, — продолжал Баннон, — ты просто напрашиваешься на неприятности.

— Али — славная малышка, — возразил Валенти. — С ней не будет хлопот.