Валери Фрост - Тяжелой поступью

Маг печально опустил голову, стараясь рассмотреть, цел ли рисунок, — тщетно: песок засыпал половину линий.

— Ваше Мокрейшество, — вновь вступила в разговор Аня, — у меня есть для вас предложение.

— Откупиться хочешь, девонька? Не получится. У меня вона сколько сокровищ — в жизнь не сочтешь!

— То, что я хочу предложить, за деньги не купишь.

Маг внимательно следил за девушкой.

— И что ж ты такое можешь предложить, что бы я не смогла купить?

— Добрый совет и дружескую руку.

В пузыре воцарилось молчание. Лишь легкое пожатие пальцев колыхнуло воздух темницы.

— И каков же будет твой совет?

— Отправляйтесь путешествовать, Ваше Мокрейшество.

— Это как же ж?

— А где ваше невидимое царство находится?

— Под землей.

— Подземные воды?

— Они, родимые.

— А как далеко вы можете по этим водам добраться?

— Да куда душа попросит: можно и в море, можно и в небо.

— Тогда чего ж вы до сих пор сидите на месте, в скорлупе своей?

Владычица задумалась:

— А и вправду, чего это я?

— И прошу вас, прежде всего посетите стольный град Дон-Длон, загляните в императорский театр. Там мой друг главным оркестровым служит. Я ему скажу, он для вас ведерко приготовит. Вы дождем прольетесь, в ведерко сольетесь, он вас в ложу внесет, и вы на все концерты будете ходить и репетиции сможете слушать. А потом, как наслушаетесь, вернетесь в родные края да станете лучшей певицей окрестностей. Все слушать будут. И завидовать: нет ни у кого друга, а у вас есть! Никто не слышал песен краше столичных, а вы и их петь научились.

Желеобразная повелительница задумалась, а маг снова сгреб девушку в охапку и прошептал на ушко:

— Вместе уйдем. Так?

Аня согласно кивнула и стала гладить ровную вышивку на вороте мужской рубахи в ожидании ответа.

— А кого я оставлю на хозяйстве?

— А вы назначьте десяток заместителей и объясните, как голосовать за принятие решений, — подсказал кареглазый.

— И то правда. А коли передерутся, так и мороки с ними меньше будет! — засмеялась владычица. — А и Высшие с вами! Ступайте себе.

Внезапно хлынувшая вода затопила пузырь в долю секунды и застала Аню врасплох: девушка вцепилась мертвой хваткой в мага и что было силы заработала ногами. Однако потуги были бесполезны. Та же сила, что тянула давече Аню вниз, теперь стремительно несла парочку к поверхности.

Одного мига хватило для того, чтобы безболезненно достичь поверхности водной глади. Вырываясь из мокрого плена, парочка заключенных взорвала зеркало озера миллионами радужных капель. Глоток чистого воздуха — глоток свободы. Можно бесконечно долго наслаждаться им. Однако вода все еще была холоднее зимней стужи, а значит, требовалось выбираться на берег.

Самой близкой оказалась каменная россыпь ровно напротив места Аниного отбытия в водяное царство. Фыркая и активно работая руками, брюнетка первой добралась до берега, за нею захрустел галькой кареглазый наследник.

Дико болела голова у основания черепа, ноющая боль усиливалась по мере продвижения к цели, и вот сейчас, когда под ногами оказалась твердая земля, Аня шмыгала носом и омывала горячими слезами бледные щеки.

— Нам нужен огонь! Срочно! — Не обращая внимания на собственный командный голос, девушка прыгала на одной ноге, пытаясь стянуть с другой обувку.

Огонь послушно вспыхнул, обжигая теплом. Одновременно с устремившимся ввысь пламенем в обратном направлении устремилась брюнетка: намокший сапог все никак не желал слушаться хозяйку и покидать «насиженное» место — Аня грохнулась на камни.

— Чего стоишь?! Раздевайся! Ты же замерзнешь и заболеешь! — Мужчина, ухмыляясь, наблюдал за Аниными движениями и простодушно игнорировал приказы. — Ну, снимайся же ты! — это относилось к другому непослушному сапожку. — Помоги мне раздеться, пожалуйста.

На плаксивый зов девушки мужчина откликнулся — мгновенно прыгнул к мученице, сдернул сапожок. Аня, освободившись от оков, подскочила и начала судорожно стягивать с себя прилипшую рубашку.

— Ну, чего ты стоишь?

Девушка хотела спросить, почему мистер не спешит сбросить с себя холодный «компресс» из мокрой одежды, но маг решил, что вопрос в другом, и рывком дернул ворот Аниной рубахи в стороны.

То ли от возмущения, то ли от неожиданности девушка онемела. Стояла и смотрела на красавчика, беззвучно открывая и закрывая рот. Ровно до тех пор, пока зубы не стали отбивать чечетку. Очнувшись, спаситель сгреб девушку в охапку, прижал к себе и развернул спиной к огню.

Продолжая трястись от холода, Аня попыталась освободить руки и, прижав холодные пальцы к губам, стала активно согревать их дыханием. Наследник опустил голову, чтобы понять, чем занята беглянка, увидел посиневшие от холода пальчики, поймал Анины руки и поднес к своим губам. Прижимая брюнетку к себе одной рукой, второй аккуратно растирал и согревал кажущиеся такими крохотными в его руках девичьи ладошки. Аня млела от огненного тепла и от жара чужого тела, пыталась заглянуть в глаза спасителю, но видела лишь контур губ и ямочку на подбородке. Девушке безумно захотелось поцеловать эту самую ямочку, она потянулась вверх, зацепила кончиком носа колючий подбородок и наконец подняла глаза.

Под сосредоточенным и заботливым взглядом желание Ани вдруг стало рассыпаться, на глазах выступили слезы. Еще мгновение, и волшебство горячего дыхания рассеялось бы, однако блеснувший огонек в карих глазах зацепил ускользающее вожделение, рванул на себя и запечатал уста поцелуем. Аня сдалась — открылась, прижалась, слилась с чужим естеством.

Оторвавшись на мгновение от мужчины, чтобы набрать воздуха, графиня обнаружила, что все еще стоит спиной к припекающему огню в мокрых штанах и прижимается к совершенно сухой и теплой одежде мага.

— А почему твоя одежда сухая? — Вот теперь волшебство момента точно ускользнуло.

— Я высушил ее, — маг премило улыбнулся. — Хочешь, и твою одежду высушу?

Аня перевела взгляд на растянувшиеся в улыбке губы, мгновенно решила, что именно сухой одежды ей сейчас не хватает, и потянулась за новым поцелуем.

— Нет, — девушка выдохнула, целуя, и шепотом продолжила: — Я хочу, чтобы ты меня раздел.

С еще большей страстью мужчина впился в Анины губы, сбивая дыхание жаркими объятиями. Не дождавшись выполнения просьбы, брюнетка потянула высохшую рубашку освободителя вверх, обнажая каменный от напряжения живот. Тихий стон прямо в ухо жаркой волной прокатился по телу Ани — от корней волос до кончиков пальцев. Девушка обмякла, устояла на ногах лишь благодаря сильным мужским рукам. Голова шла кругом, тело отзывалось на малейшее прикосновение, из груди вырывались хриплые стоны и прерывистое дыхание.