Маргарита Блинова - Одиночка

— Ой, ну чего ты кипятишься, Кряк, — мило улыбаюсь я — Ты разбил мне сердце, я сломала тебе руку. По-моему, мы квиты.

Увлеченная своим триумфом, я как-то совсем упускаю из вида Курта. Зато он шанс поучаствовать в бесплатном представлении — нет.

По-хозяйски обняв и прижав меня к себе, мужчина кидает на Лешку тяжелый взгляд.

— Только руку? — делано возмущается лаэрд. — Я насчитал еще девять костей, которые можно с успехом залить в гипс.

Кряк испуганно отступает назад и прижимает покалеченную руку к груди. Нюша отрывает восхищенный взгляд от Курта, смотрит на перепуганного Лешку и едва заметно морщится.

Да, подруга, не того парня ты себе бойфрендом выбрала.

— Курт, милый, — ласково мурлычу я, — не пугай моего бывшего напарника.

— Прости, если это прозвучало немного угрожающе, — лаэрд мягко улыбается, но смотрит так…

Ух! Даже меня пробрало.

— Ну, не будем вас задерживать, — вежливо улыбаюсь я и делаю изящный жест рукой. — Не скучайте!

Я ощущаю себя Умой Турман в фильме «Убить Билла». Мысленно напялив желтый костюм, с чувством глубокого удовлетворения удаляюсь от замершей парочки, сжимая в руке острую сталь катаны… В смысле, руку Курта.

Все-таки в некоторых ситуациях месть — невероятно приятное чувство.

— Ты улыбаешься, — подмечает Курт.

Не выдержав, я действительно широко улыбаюсь, готовая скакать и прыгать от своей маленькой победы над Лешкой и Нюшей.

— Как же я рада, что вы весь такой… — я запинаюсь, придумывая подходящее слово. — Ну, такой… Короче, такой, какой вы есть!

Мужчина останавливается и хитро улыбается.

— Эва, мне показалось или ты только что прихвастнула мной перед бывшим парнем и подругой?

Черт! Он такой обаятельный, когда улыбается!

— Ну, может, немножечко… — сознаюсь я. — Самую капельку, — показываю пальчиками размеры той самой капли.

Он качает головой в притворном негодовании, то ли еще не до конца выйдя из образа, то ли заразившись моим шутливым настроением.

— В таком случае я вынужден потребовать компенсацию, — важно сообщает Курт. — Обещай, что померяешь все, что я тебе предложу.

Яблокова, здесь явно какой-то подвох! Он заставит тебя мерить свадебные платья!

Недоверчиво прищуриваюсь, уже готовая послать лаэрда и его компенсацию куда подальше, но неожиданно мужчина снова улыбается…

— Соглашайся, — просит он. — Обещаю, будет весело.

Я с удивлением смотрю в его лицо. Как все-таки невероятно сильно меняют человека улыбка и хорошее настроение. И потом, мне банально любопытно, что подразумевает Курт под словом «весело».

— О’кей, — поднимаю руки, подтверждая свое окончательное поражение.

Надо отдать должное, Курт заставил меня посмотреть на процесс шопинга совсем по-другому. Он непостижимым образом умудрился найти кучу нелепой одежды, которую заставил меня мерить.

В одном магазине это были ковбойские сапоги красного цвета, в другом — бабушкино платье в цветочек, в третьем он притащил огромную шляпу, а когда я вышла и закричала: «Помогите, спасите! На меня приземлилось НЛО», смеялся так заразительно, что даже прибежавший на мой вопль охранник улыбнулся и вернулся на свое место, так и не сказав нам ни слова.

Вместе с фриковскими нарядами Курт не забывал приносить в примерочные вполне симпатичные и, что самое важное для меня, удобные вещи. Сама того не замечая, я незаметно обрастала новым гардеробом изысканной женщины.

У меня даже появился офисный костюм-тройка.

В обувном, правда, я немного взбрыкнула и показала характер. Ну так, чисто для профилактики, чтобы Курт не расслаблялся и не терял бдительности.

В результате долгих дебатов о высоте моего каблука-шпильки мы перемерили почти весь магазин и, оставшись недовольны выбором, пошли в следующий.

Туфли мы купили такие, какие захотел видеть на мне Курт, зато сапожки я сумела отстоять на плоской платформе, заявив, что зима в нашей стране — это «время травмоопасных гололедов».

После жаркой словесной битвы Курт немного «прогнулся» под каприз купить мне немного спортивной одежды для тренировок и даже позволил выбрать все самой.

Короче, я уже втихаря потирала ручки, решив, что с легкостью справилась с процессом перевоспитания взрослого мужчины, как тут же Вселенная осадила меня.

— Дальше сюда, — с прежней улыбкой заявляет мужчина, притормаживая у…

Да-да! Кошмары сбываются, ибо мы тормозим у свадебного магазина.

— Только через мой труп! — тихонько рычу, пугая окружающих. — Я не хочу замуж! Слышите, Курт? Так просто от меня вам избавиться не удастся!

Лаэрд передает пакеты водителю, который целый день только тем и занимается, что ходит туда-сюда, сгружая покупки в машину.

— Ну не рычи, — мягкая улыбка, и он вновь берет меня за руку. — Никто тебя замуж пока сплавлять не собирается. Просто здесь очень красивые вечерние платья…

«Красивые вечерние платья» были плохой альтернативой «свадьбе», но тут Курт ударил последним аргументом:

— Просто померяешь, как и обещала, — мягко напоминает он, в то время как его большой палец опять начинает ненавязчиво поглаживать мою руку. — Не понравится, я не буду настаивать.

Яблокова, не ведись! Это провокация! Давай, соберись, грозно насупь брови и упрямо скажи…

— Хорошо, — шепчу я, вопреки голосу разума.

Курт довольно улыбается и заводит меня в магазин.

Приветливая брюнетка в черном строгом платье огибает стойку и идет встречать нас. Хотя почему же сразу нас…

Судя по тому, как она лучезарно улыбается и лезет обниматься с Куртом, становится очевидно — ради меня эта солидная дама даже попы бы от стула не приподняла.

Пока я пыхчу от накатившего гнева, ощущая себя лишней, они обмениваются парой фраз на немецком и смеются, по-видимому, вспоминая что-то из совместного прошлого.

Откуда-то сбоку ко мне подходит еще одна девушка, вежливо здоровается, расспрашивает о моих вкусах и предпочтениях, но настроение уже не то…

Буркнув что-то помощнице в ответ, дожидаюсь дежурной улыбки и, кинув на все еще разговаривающего с незнакомкой Курта косой взгляд, бреду к примерочным.

Все та же девушка приносит мне платье, помогает влезть в него и долго стягивает шнуровку на спине. Я безучастно смотрю прямо перед собой, даже не следя за процессом одевания.

— Все готово! — наконец сообщает девушка и открывает дверь примерочной. — Выходите сюда, на подиум.

Подхватив длинную пышную юбку, я осторожно покидаю примерочную и поднимаюсь на широкий подиум. Остановившись напротив огромного зеркала во всю стену, с сомнением оглядываю себя с ног до головы.